Ледяное пламя - Leon Hart

детей, и даже на свою страну ему плевать, он хочет лишь абсолютной власти… правда, какой смысл быть на вершине, когда рядом с тобой никого нет? Нет ни тех, кого ты любишь, ни тех, кто любит тебя. Да ещё и в придачу, весь мир тебя ненавидит и желает твоей смерти. Вот к чему стремится Озай.

— Любовь-любовь, кому нужна эта любовь, когда есть абсолютная власть? Можно просто приказать и тебя полюбят. — подошла Азула к шкафу и достала оттуда курительную трубку, стилизованную под дракона.

— Ага, а потом тебя ночью пырнут ножом в сердце, и если мне, как целителю, такая рана принесёт лишь небольшой дискомфорт, то вот Озай просто умрёт. Сколько бы власти у него не было, он всё равно остался лишь человеком, причём с ограниченными возможностями лишь в одной Магии Огня.

— Ну, честно говоря, хоть отец и сильный Маг Огня, но я уверена, что смогу его победить… и я это планирую сделать. Как только он захватит весь мир, я его убью и займу его место. — поделилась Азула своими планами, и улеглась на диванчик курить трубку, — И раз уж я тебе рассказала эту информацию, то твоей встречи с отцом точно не допущу. Умм, надеюсь в этой дыре есть хороший массажист. — потёрла она свою спинку.

— Так давай я тебе массаж сделаю, как целитель, я и это умею? — предложил я.

— Ага-ага, и для этого я должна освободить твои руки из кандалов. — ухмыльнулась Азула, глядя на меня и покуривая трубку.

— Не сказал бы, что они меня вообще как-то сдерживают. — разорвал я толстую цепь скрепляющую браслеты между собой, — Я и без магии достаточно сильный. — разогнул я и сами стальные браслеты на моих запястьях.

— Спасибо, что показал, насколько ты сильный, как раз закажу министру Циню для тебя кандалы покрепче, или ещё какой сдерживающий механизм. — ответила Азула и встала, собираясь атаковать меня молнией.

— Сестрёнка, если я захочу, ты меня никак не сдержишь, но сейчас я и не планирую куда-то сбегать и как-то тебе вредить, лишь сделать массаж. — поднял я руки вверх.

— И ты думаешь я подпущу тебя к своему телу? Чтобы ты мне шею свернул? — указала на меня Азула искрящимися двумя пальцами.

— Сестрёнка, может отношения у нас всегда были не очень, но я тебя всегда любил и люблю, и никак тебе вредить не буду. — начал я подходить к Азуле, пока не уткнулся грудью в выставленные искрящиеся пальцы.

— А я буду. — атаковала она меня молнией прямо в грудь.

— Плохая девочка… — захватил я её руку, и перехватил вторую руку, которой она хотела поцарапать меня своими острыми ногтями, ну и так как руки у неё были захвачены, она перешла на атаки ногами, и мне пришлось прижать девушку к себе покрепче, чтобы она прекратила меня атаковать, и на всякий случай, я отвернул её лицом от себя, ведь Азула умеет дышать огнём изо рта, а мне не хотелось бы чтобы моё лицо попало под поток синего пламени, — Расслабься, сестрёнка, я не хочу с тобой враждовать. — говорил я, обнимая девушку, что была вся напряжена и старалась выбраться из моей хватки.

— Моя любимая сестрёнка выросла, и стала настоящей прекрасной девушкой… хоть и злобненькой, но я тебя всё равно люблю, Азула. — поцеловал я её в темечко, и она после этого как-то расслабилась.

— Отпусти меня. — посмотрела на меня Азула снизу вверх.

— Хорошо, сестрёнка. — поцеловал я её в лобик, и раскрыл руки.

— Слишком много себе позволяешь, братец. — потёрла она лоб, где я её только что поцеловал.

— Ну, меня просто распирает от любви к тебе, хочется её хоть как-то выразить, я бы тебя вообще всю зацеловал бы. — вновь обнял я Аузулу, но уже спереди, и вновь поцеловал её в лобик, — Давай я всё же сделаю массаж своей любимой сестрёнке? — посмотрел я на Азулу… по ней было видно, что она раздражена моим поведением… но с другой стороны, ей определённо нравилось такое проявление любви, уверен, что Озай никогда её родительской лаской не баловал.

— Ещё раз меня поцелуешь, и я тебя в карцер отправлю. — сказала Азула.

— Ну, карцер так карцер. — покрепче обнял я Азулу, и поцеловал её в щёчку, — Ну, я готов. — посмотрел я на Азулу в своих объятьях.

— Ты меня раздражаешь. — отвернула от меня лицо Азула и выбралась из моих объятий.

— Чем? Тем, что я тебя слишком сильно люблю? — подошёл я к Азуле и стал сзади массировать её плечики, используя во время массажа и жизненную энергию.

— Тем, что ты… слишком правильный для нашей семьи, ты меня бесишь своим ко мне отношением… любишь, не смотря на то, что я всегда тебя обзывала и унижала, ты должен меня ненавидеть и боятся, как наша мать! — сказала Азула и мышцы её плеч напряглись.

— Мама тебя действительно боится, но она тебя любит. Она сказала мне, чтобы я наладил с тобой отношения. Азула, я никогда не воспринимал твои высказывания всерьёз, ты всегда для меня была любимой сестрёнкой, просто отец хотел воспитать из тебя свой покорный инструмент, что, как и сам Озай, будет ценить лишь силу. Но, не думаю, что такое воспитание тебе было особо по душе, думаю, ты, как и все дети хотела родительской любви, да и сейчас, когда ты выросла и превратилась в девушку, тебе хочется любви от парня. Каждая девушка и женщина жаждет любви, внимания и ласки. — вновь я обнял Азулу сзади, и прижал к себе.

— Ты стал бесить меня ещё больше. — подняла она взгляд на меня, и я вновь поцеловал её в лобик.

— Это пройдёт. Ложись, я сделаю тебе массаж. — уложил я Азулу на диван, и принялся массировать её спинку, вливая в неё свою жизненную энергию, что помимо приятных ощущений, вызывало у Азулы возбуждение.

— Умм… а массаж ты действительно замечательный делаешь. Братец, думаю, я тебя всё же не стану казнить, а сделаю тебя личным массажистом. — проговорила Азула, расслабившись от моего массажа.

— О, как мы с Аватаром победим, и ты станешь новой Хозяйкой Огня, я могу тебя навещать и делать моей любимой сестрёнке массаж. — опустился я к ножкам Азулы, начав массаж с её попки, и Азуле было так приятно, что она никак не возражала, когда я стал трогать её ягодички.

— Ты не победишь… умм… — тихо простонала Азула от массажа её ножек, особенно она стонала когда я массировал её попку и ступни ножек.

— Азула, ужин нам принесут через десять минут, оу… я смотрю, вы уже помирились. — в комнату