Испытание на прочность - Алексей Ильин

Рекс бросил взгляд на часы. Близилось время получения первого груза. И что-то подсказывало, что работы прибавилось. Значит, надо шевелиться.

* * *

Эледа уютно устроилась в кресле рядом с изысканно сервированным столиком в аванложе. Герард как раз наливал невесте шампанского, когда один из его охранников вдруг заговорил:

— Вы были правы, босс. Ваш брат просит о встрече.

— Проверь его и пропусти, — сказал Герард.

— Если не возражаете, я буду при этом присутствовать, — тотчас отмер Батч, стоящий за спиной Эледы.

— Да, разумеется, — ответила она.

Телохранитель кивнул напарнику и вышел вслед за охранником Герарда.

— Наконец-то я познакомлюсь с кем-то из твоей семьи! — Эледа одарила жениха солнечной улыбкой.

Тот в ответ промолчал, а через полминуты в аванложу вошел высокий элегантный мужчина. Он был молод, светлоглаз, светловолос, строен и похож на Герарда. Реальный возраст гостя выдавал только взгляд — слишком изучающий и пристальный.

— Мисс Ховерс, Герард. Приятно удивлен этой неожиданной встречей, — безо всякого удивления поприветствовал присутствующих мужчина.

— Добрый вечер, мистер Клейн! — Эледа протянула ему руку, лучась счастьем. — Как я рада познакомиться с кем-то из семьи Герарда, — она бросила сияющий взгляд на жениха. — Хорошо, что мы встретились с вами так внезапно и неформально. Если честно, я робею в ожидании официального представления.

— Совершенно зря, мисс Ховерс, — Рихард коснулся протянутой руки вежливым поцелуем. — Хотя, признаюсь, мой брат может нагнать робости на кого угодно. Я и сам иногда его побаиваюсь.

Собеседница рассмеялась:

— Вы, конечно, шутите? Герард просто излишне серьезный, — она взяла жениха за руку и посмотрела на него с обожанием.

— Профессиональная деформация, — спокойно ответил тот. — Чаще приходится быть серьезным, чем беспечным.

— Ничего, уверена, мне удастся тебя смягчить, — улыбнулась невеста и снова повернулась к гостю. — Мистер Клейн, антракт короток, а мне очень хочется с вами побеседовать. Составьте нам компанию.

Она кивнула на кресло. Мужчины сели. Герард наполнил виски еще один бокал и подал его гостю.

— Именно за беседой я и пришел, — сказал Рихард.

— Не верь ему, милая, — совершенно серьезно произнес брат. — Он пришел, потому что захотел полюбоваться тобой вблизи. Из высшей ложи это делать не очень удобно, а театральный визор не позволяет приближать бенуар.

Старший Клейн улыбнулся в ответ одними губами:

— Вот что значит родная кровь, ничего невозможно утаить.

Мисс Ховерс снова рассмеялась.

— А вы знаете, что я выяснила буквально перед началом спектакля? — она бросила лукавый взгляд на Герарда и чуть подалась вперед. — Оказывается, мы впервые познакомились, когда мне было десять! И это случилось здесь же, в театре, правда, в другой ложе. Герард был один, без спутницы. Кстати, почему ты был без спутницы? — Эледа повернулась к жениху.

— Я собирался коварно очаровать маленькую красивую девочку, спутница бы в такой ситуации только помешала, — ответил он.

Мисс Ховерс с ласковым упрёком покачала головой и снова обратилась к гостю:

— Он помог мне разобраться с театральным визором, развлек беседой, а в антракте виртуозно ухаживал, кормя пирожными и лимонадом.

Рихард задумчиво посмотрел на младшего брата.

— Действительно забавная история, — сказал старший Клейн без малейшей улыбки.

Эледа снова взяла Герарда за руку:

— Забавна не сама история, а то, что я ее запомнила. Мой первый выход в свет и первый флирт…

— Ты крутила мной, словно мальчишкой! — с напускным негодованием возмутился жених. — Рихард, ты даже не представляешь, как умело она вьет из поклонников веревки.

Невеста от такого признания порозовела, смущенно сделала глоток шампанского и только после этого сказала:

— Не преувеличивай. Ты плохо поддаешься.

— Позвольте усомниться, — Рихард кивнул на окольцованную руку мисс Ховерс.

Собеседница бросила счастливый взгляд на ярко вспыхивающий голубой бриллиант, затем снова на жениха и только потом на гостя:

— Просто Герард сказал, что раз уж я украла его сердце, то мне придется ответить по всей строгости.

— Что-что, а решительности ему, как потерпевшему, не занимать, — по-прежнему серьезно ответил гость. — Обходительности, впрочем, тоже.

— Когда видишь возможность, не упускай шанса, — сказал брат, но осталось непонятно, к чьим словам относится эта реплика — Эледы или Рихарда.

— Что ж, мисс Ховерс, мне было очень приятно с вами познакомиться, — поднялся с кресла старший Клейн, — однако вынужден попрощаться, скоро дадут звонок. Герард, — встав, гость не торопился выйти, — эта заваруха у «Амилайта»… Нас она как-нибудь коснется?

— Пока ничего не могу сказать, — Герард укоризненно посмотрел на брата и чуть коснулся уха. — Навскидку — девяносто процентов, что нет.

Рихард, безмолвно извиняясь, развел руками, после чего снова поцеловал пальцы Эледы:

— Поздравляю с прекрасным выбором, — он посмотрел на брата и закончил: — Вас обоих. Приятного отдыха.

Один из охранников распахнул дверь, гость покинул аванложу, а Герард повернулся к невесте. Мисс Ховерс пригубила шампанское, взяла тарталетку с мясом снежного краба и сказала, улыбаясь:

— Какой приятный у тебя брат. Мне кажется, я ему понравилась. Как считаешь?

Герард чуть сдвинулся на кресле и посмотрел на избранницу долгим взглядом. Наконец, подчинив себе голос, чуть хрипловато произнес:

— Да, милая, мне тоже так кажется.

Эледа в ответ довольно улыбнулась и подняла бокал, салютуя жениху.

* * *

Без десяти шесть. Шелест ключ-карты в замке. Джеллика стоит у входной двери с улыбкой на лице.

— Добрый вечер… Дейв.

Она и сама не поняла, как догадалась назвать его по имени. Инстинкт подсказал, не иначе. Потому что мистер Парсон счастливо улыбался.

— Здравствуй, Джеллика, — сказал он.

И горничная, чувствуя, как от этого приветствия у нее в животе разбивается на осколки кусок льда, протянула руки, чтобы забрать у хозяина пиджак. Животный страх мгновенно затопил сознание. Бесследно испарилась обреченная решимость. Всю ненависть, весь отчаянный бунт, сутки зревший в душе, погасил парализующий ужас, мигом овладевший рассудком. Та немногая храбрость, которую Джеллике придавали мысли о спрятанном в диване ноже, улетучилась в одну секунду, не оставив после себя даже следа. Сердце болезненно сжалось и затрепетало, колени задрожали, а по спине поползли тонкие ручейки холодного пота.