Принц мародеров - Артемис Мантикор

Прижав ладони к тому месту, где под маской должен быть рот, волшебница помотала головой, давая понять, что не собиралась шуметь специально.

В ответ на это на нас налетел шквальный ветер, будто бы следуя за голосом девушки. Мощным потоком он сорвал капюшон, обнажая закрытое маской лицо чародейки и едва не валя ее с ног, а затем так же быстро улетая дальше по своим делам. Возможно, в поисках новых звуков и жертв.

На меня уставились глаза Неоноры, скрытые за розовым и зеленым кристаллом. Совсем короткие, но пышные каштановые волосы, мальчишеская стрижка, вот, собственно и все, что я мог сказать о нашей временной спутнице. Хорошо хоть, что острый слух позволял считывать мельчайшие оттенки интонации в речи.

Глаза девушки были самыми обыкновенными, серыми, с едва заметным оттенком голубого, не вписывавшегося в окружающий нас пейзаж.

Я приложил к губам указательный палец, призывая к тишине, и обернулся зверем. Неонора дернулась от неожиданности, но к ее чести, не издала больше ни звука.

Четыре звериных уха мелко задрожали, увеличивая радиус прослушиваемого пространства. Искажение никуда не делось, но именно для таких случаев природа и предусмотрела раздельное восприятие потоков звука. Вторая пара ушей жадно принялась ловить каждый шорох в каждом участке в несколько метров, выстраивая карту локации вопреки сопротивлению местности.

Навык сонар повышен. Текущий уровень — 16.

Известие стало приятной неожиданностью. Повысить силу восприятия за счет благословений великого отца у меня никак не удавалось — то ли я уперся в невидимый предел, то ли в принципе не мог повышать сонар таким образом. Загадка, конечно, но загадка приятная. Может, своими силами можно развивать навык и сверх ограничений по связанной характеристике? Ладно, не время сейчас об этом думать.

Выборочный слух прошелся по общей территории уделяя особое внимание заинтересовавшим меня участкам, и на карте начали вырисовываться уже не столь хаотичные, истинные очертания географии местности. Здесь и впрямь было все вперемешку, словно некая ландшафтная каша. Но теперь в ней четко проступали множество скрытых в тумане троп, сетью пронизывающих все пространство вокруг.

В таком месте не нужны стены или высокие башни. Достаточно просто хорошо ориентироваться на собственных землях, и любой вторгшийся заранее обречен. Группой больше дюжины не пройти, а лучше и того меньше. В то же время ударить в тыл или завести в окружение можно с легкостью.

— Ты что-нибудь понял? — шепотом спросила Неонора.

— Что это место слишком оживленное для необитаемых земель, — в тон ей шепнул я.

— Будем ждать твоего друга здесь или укроемся?

— Зачем? Мы ведь пришли на разведку. Разве у тебя нет какого-нибудь заклинания на обнаружение врага или просмотр местности?

— Точно! — спохватилась волшебница призывая слово силы.

В воздух взлетел маленький хрустальный шарик, разлетаясь в высшей точке снопом радужных искр. Следом серый туман, окружавший нас до этого плотной завесой, начал рассеиваться, обрисовывая черные камни, серый песок и заросли кустарника с необычными крошечными черными листьями, напоминавшими маленькое угольное облачко.

— Какого…? Зачем? Нас же теперь мигом найдут! — от быстроты произошедшего я даже не сразу понял, чем нам это грозит. А когда понял, было уже поздно — совсем рядом с нами нашлась группа из шести серых существ, напоминавших серых разумных разного вида. Серые гривы волос, серые глаза, светло-серя короткая шерсть и разное число конечностей — из шести врагов у двоих насчиталось по одной дополнительной паре рук.

Бирюза, безразлично получив по голове отскочившим от нее острием кинжала, лениво устремилась в сторону шестерки. Ее сразу же обогнал летящий следом рейлин, но цели он не достиг — серый зверянин ушел с траектории, вовремя перейдя к бегу на четвереньках.

Кошачий прорыв. Веерный удар.

Оказавшись сразу в рядах противника, я просто поймал летящий рейлин и резко крутанулся вокруг своей оси, пользуясь инерцией летящего тяжелого диска и перенаправляя его на круговой удар вокруг себя.

Двое врагов обратились четырьмя одинаковыми половинками. Третий был чуть дальше, потому просто получил сильный порез. К его чести, никакого страха он не испытал, тут же попытавшись подловить меня в новой атаке. И ему это почти удалось, если бы не огромная клеймора из белой китары, срезавшая разом голову и плечо с рукой не заметив сопротивления.

Минус четыре. И поумневший камень приятно обрадовал тем, что счет наш был равным. Еще один спешно убегал прочь. Перехватив рейлин, я запустил его во врага, но вновь мимо. Юркие твари. Впрочем, и пусть себе катится к бездушному богу — все равно крики, которыми он попутно оглашал на всю округу свои муки, и без того оповестили о нашем присутствии всех, имеющих уши.

Оставался шестой, и его, а верней — её, я нашел валявшимся замертво перед Неонорой с зияющей дырой в брюхе.

— Что-то проблем пока от тебя больше, чем пользы. Зря Сайрис тебя не прикончил. Отстанешь — сама отбивайся от тварей.

— Это ч-чихары, — к моему удивлению девушка дрожала и едва сдерживала позыв рвоты при виде сотворенного ею же. — Серые чихары.

— Потом, — бросил я, ускоряясь в сторону ближайшего облачка тумана, не развеянного магией.

Я был в ярости. Что это за скрытый уровень такой, если ее напугали пара мохнатых уродов? Возможно, я и впрямь её бросил бы, если бы не Бирюза, что тоже не поспевала за скоростью сиинтри. А чуть погодя, я вспомнил и то, что эта дура знает, где искать Рин.

Фантазия услужливо подбрасывала образы лиходейств с волшебницей, но разум вовремя подкинул иную идею. Резко свернув с тропы и прислушиваясь, я вновь на мгновение обратился зверем, чтобы затем вынырнуть из серого кустарника перед парочкой одиноко бредущих по своим делам серых.

Вылетевший из травы рейлин мигом подрубил одному из них ноги, в то время, как второй оказался скован силой Цвета. Васильковый холод заморозил противника, а когда тот пришел в себя, у его шеи уже был мой вернувшийся китаровый диск.

— Готов побесседовать? — тихо произнес я.

— Чихары… не могут… говорить… — прошептала Неонора, запыхавшись.

— Гховорить. Убхивать нет. Гховорить — да. Да!

Я с укором посмотрел на волшебницу. Кажется, я начинаю понимать Сайриса, когда он, сморщившись от презрения, произносил:

— Бесполезна, — вынес такой же вердикт и я. Хотя по её виду было понятно, что едва ли она