Жажда - Макс Вальтер

Уже на остатках сил, скорее, даже на каком-то безумии я принялся вытягивать из рюкзака вещи. И вот наконец рука нащупала тугой свёрток, который никак не желал вылезать наружу. Хотелось кричать, крыть последними словами, навалилось отчаяние, чувство безысходности и близкой смерти, а я всё продолжал трепать толстовку.

Удалось, я смог добраться до чёрного сердца. Странно, что эти уроды не забрали его, видимо, им, в самом деле, нужно было нечто более ценное. Но с этим я разберусь потом, а сейчас, необходимо как можно скорее добраться до плоти чудовища.

Непослушными пальцами я пытался добраться до содержимого свёртка, и едва пальцы коснулись чего-то скользкого, подтянул толстовку ближе к лицу. И за каким хреном я так плотно всё замотал? С другой стороны, кто же знал, что такое случится?

Зубы впились в чёрное сердце, но плотность сырых мышц оказалась настолько жёсткой, что я даже прокусить его не смог. Пришлось сильно сжать зубы, насколько это вообще возможно в моём состоянии. Попутно я взялся елозить нижней челюстью то вправо, то влево, в надежде хоть как-то перепилить тугую плоть.

Удалось! Я прокусил его, но кусок всё ещё не полностью отделился, и я не придумал ничего лучше, чем помочь себе ножом. Кажется, я до кучи отрезал себе часть губы, но это были уже мелочи, потому как частичка чёрного сердца, наконец провалилась в желудок. И на этом мои силы закончились, в глазах окончательно потемнело.

Я какими-то неведомыми усилиями продолжал удерживать сознание на плаву. Может быть, чёрное сердце помогло, но скорее всего, простое желание выжить любой ценой.

А тем временем в животе заработал ядерный реактор, именно такие ощущения я сейчас испытывал. С каждым мгновением становилось всё жарче, огонь постепенно распространялся по всему телу, заполняя собой всё. Вскоре не осталось ничего, кроме жгучей боли, словно по венам пустили кислоту, и она вот-вот разъест тело и вырвется наружу.

И я закричал! Даже не заметил, как сделал глоток воздуха, как затянулись раны на спине, в мире не осталось больше ничего, только нестерпимый огонь, что выжигал меня изнутри. А затем я почувствовал силу, да такую, что готов был стены ломать голыми руками.

Я был словно Терминатор, Супермен, если угодно. Готов поклясться, если сейчас мой кулак встретит кирпичную кладку, то последняя не устоит и разлетится на мелкие осколки. И я снова закричал, хотя сейчас это больше походило на львиный рык.

Ощущения схлынули так же внезапно, как и навалились. Уже через секунду я устало опустился на стул и вытер рукавом холодный пот со лба.

— Твою мать! — выдохнул я, — Если эти ублюдки чувствуют такое постоянно, нам ни за что их не победить.

Однако яростная перестрелка снаружи быстро вернула меня к реальности. Я метнулся к выпотрошенному рюкзаку и вытряхнул всё его содержимое на пол. Чёрное сердце обратно в толстовку, туда же банка тушёнки, соль, спички и холщовый мешочек с крупой. Патроны рассыпались и раскатились по полу, на них ушло чуть больше времени, но я подобрал все до единого и сунул в карман, револьвер отправился туда же.

Всё, нужно скорее валить, но куда? Как теперь выбраться из города, который находится в опале? О том, что это не внутренняя перестрелка, говорил мерный ультрафиолет, что заливал голубым свечением улицы за окном. А значит, твари близко и неизвестно ещё, смогут ли сдержать их стены.

Очередной взрыв сотряс здание, и на голову с потолка прилетели крошки штукатурки. На размышления нет больше времени. Попадать к этим уродам в плен я больше не желаю. Уж лучше сдохнуть, чем вновь оказаться в распределителе.

Свет несколько раз мигнул, и город погрузился в полную тьму. Лишь бледный лунный свет хоть как-то позволял рассмотреть очертания предметов в комнате. Ультрафиолет тоже погас, а значит, из строя вывели основной генератор. Сейчас дружина запустит резервный, но за это время может многое пойти не так.

Словно в подтверждение моих мыслей на стене загрохотал пулемёт, а значит, началось полноценное наступление. Больше я не сомневался и выскочил из кабинета через разбитое окно.

На улице царил хаос. Постоянно, то тут, то там мелькали тени, кто-то крыл трёхэтажным матом на стене. К пулемёту уже присоединились автоматные очереди, но пока ещё короткие, прицельные.

Я рванул к противоположному выходу, но не преодолел и половины города. До ушей долетели звуки перестрелки, а это значит — мы находимся в полноценном кольце. Выхода попросту нет, остаётся надеяться только на дружину, чтоб им удалось удержать периметр.

Мысли судорожно метались в голове, в попытке отыскать хоть какой-нибудь выход. А тем временем со спины раздался первый крик боли и ужаса.

— Пиздец, — выдохнул я, понимая, что это, скорее всего, прорыв защиты.

Не факт, но вероятность очень высока, при подобных атаках пал уже не первый город. Они всегда действуют слаженно, чётко и практически не оставляют шансов. К тому же для того, чтобы убить человека, не нужны особые пули, а вот для них, напротив, требуется серебро.

Вновь вспыхнул ультрафиолет и за стеной раздался оглушительный вой, что вызвало на моём лице кровожадную улыбку. Нет, просто у них не получится, не удивлюсь, что ход с отключением электричества, оказался спланированной акцией. Всё же зря я гнал на дружину, они хорошо знают своё дело.

То ли нервы слегка расслабились, а возможно, помог синий свет, от которого стали более заметными мечущиеся люди вокруг. Взгляд вдруг упал на пару: женщину с дочкой, которые, как мне показалось, двигались вполне целенаправленно. Они замерли на перекрёстке, осмотрелись и рванули налево, словно знали, что там есть спасение.

Думал я буквально мгновение, после чего поспешил присоединиться к ним. Женщина бросила на меня короткий взгляд, но ничего не сказала, просто молча кивнула, словно бы давая согласие.

Очередная короткая перебежка, и мы втроём замерли у выхода на широкую, главную улицу. Помимо ультрафиолета её освещало несколько фонарей. Нечего и мечтать перебраться через неё незамеченными. А народу там сейчас более чем достаточно, в основном дружина, но и среди мирного населения добровольцев хватало.

Если женщину с ребёнком пропустят, пожалуй, без лишних вопросов, то, что до меня — вряд ли. Мужское население в подобных случаях привлекается в полном объёме, начиная с возраста десяти лет. Пацаны, как правило, уже способны загнать патрон в магазин, для чего их, собственно, и используют. Ну а всех, кто дожил до двенадцати, без зазрения совести посылают на стену, не зависимо от того, гость ты или постоянный житель.

По идее, я сейчас как раз должен поливать серебром атакующих, вот только шли бы они все вместе с городом. Когда мне требовалась помощь, об меня вытерли ноги, да ещё и грохнуть хотели, притом прямо в отделении безопасности. Так что хрен им всем, а меня даже совесть ни разу не уколет.

Вопрос в другом: как теперь перебежать центральную улицу, чтобы не привлекать внимание? В том, что нам нужно именно туда, я отчего-то не сомневался. А ещё казалось очень странным, что женщина тоже не спешит рваться через дорогу.