Финал - Андрей Сантана

Я сразу понял, что она хочет сделать.

— Хорошо, — кивнув, я протянул руку.

Маленькие пальцы обхватили мою лапищу. Не церемонясь, ведьма жадно поглощала эссенцию. Мигрень отдавалась в висках, но Нова была моим бальзамом. А потому, когда на земле появился призывающий круг, я уже пришел в норму.

— А-а-а! — закричала элементалистка, из носа у нее побежала кровь. Пентаграмма вспыхнула, каменная кладка треснула, завибрировала, и ее кусочки, смешиваясь с землей, закружились в водовороте. Через секунду показалась рука, еще одна.

— Му-а-мо, — загудел на непонятном языке голем Земли, появившись полностью.

— Погнали! — запрыгнул я к нему на плечо.

Сломав угол каменного строения, наша "техника" вышла напрямую к паровым машинам, набирая темп. Каждый ее шаг сотрясал землю, выстрелы противника откалывали небольшие куски от голема, но он, не останавливаясь, несся вперед. С вражеской стороны щитоносец также побежал нам навстречу. Технология против магии. Ожившее против неживого. Рука голема удлинилась, превращаясь в заостренный шип. Щит вперед. Одно мгновение.

Удар! Великаны столкнулись в противостоянии. Искры, скрежет, сотрясение по всей округе.

— Ра-а-а! — прыгнул я с плеча голема на робота — и сразу перегнал татуировки в ноги, доставая из груди секиру.

Еще прыжок! Словно выпущенный снаряд, с занесенным над головой оружием Ярости, я целился в машину с винтовкой. Точное попадание разрубило кабину пилота, и он упал вниз, подняв клубы пыли. Теперь я стоял над ним, как маленький Давид, победивший Голиафа... Если бы я еще помнил, кто это такие. А так… хотя бы образ.

Теперь второй.

* * *

На самом краю города расположившиеся минометчики досылали снаряды в установки и, зажимая уши, обстреливали позиции эсеснциевых по донесениям с координатами в опасной близости от церкви.

— Пли!

Новый залп.

Выстрелы оставляли по себе дымок — и слабый шлейф от вылетевшего снаряда, что несся над городом по дуге. Эти выстрелы ощущали на своей шкуре оборотни. Поле битвы перед церковью покрылось новыми воронками: залпы не подпускали армию Клифа.

— Меткие засранцы, — встряхнула мордой Рита, прикрывая Мелони.

— Нельзя останавливаться, — убрала Мел грязь со шляпы. — Надо давить до конца. — Пробежавшая по пальцам ведьмы искра намекала, что у повелительницы молний есть план. — Я создам для вас путь.

— Но потом тебе нужен будет отдых, — понимающе кивнула Рита. — Давай. — Они переждали еще один залп из минометов. — Прикрывайте Плеть! — Руки волчицы, разорвавшись, создали огненную завесу. Защитники — ведьмы и оборотни — также активировали свои способности, полностью уйдя в оборону.

Жрица людей, махая кадилом, увидела этот маневр.

— Сконцентрировать огонь на девке в шляпе!

Выстрелы разбивались о каменные щиты и тела волков, гранаты перехватывались телекинезом и метались обратно.

Мелони концентрировала всю свою мощь в ладонях. Элементаль в образе умершей матери возник за ее спиной, повторяя движения хозяйки.

— Черт! В рукопашную! — подгоняла жрица солдат.

— Но, госпожа, мы попадем под обстрел... — прильнул к баррикаде стрелок. И не успел снова открыть рот, как получил кадилом по голове.

— Вперед, я сказала! За вашими спинами невинные жизни! — подкинула она порошка. — За Безликого, за главнокомандующего, за человечество!

— А-а-а! — зазвенели раскладывающиеся клинки, заработали протезы.

Охотники метровыми прыжками пошли в контратаку — под заклинания ведьм, под свой же обстрел. Без страха, не щадя себя.

— Не пропускайте их! — зарычал вожак "крепких" вервольфов.

Столкнувшись в жестоком противостоянии, две группы закружились в танце смерти. Кровь из пульсирующих вен окропляла землю, блеск когтей, песня мечей. Волк нанес рассекающий, охотник, увернувшись, пробил ему горло острием. Огненная стрела попала в охотника, крутанувшись, он скинул тяжелый плащ и выстрелил из револьвера, поразив обидчицу. Рита как из огнемета опаляла подошедших, несколько пуль ранили ей плоть. Еще немного — и люди доберутся до Мелони… но вот возникшая над головами туча откликнулась на мистический зов. Кожа ведьмы уступила молнии — единение с самой сутью природы. Рита успела отпрыгнуть в сторону, за ней последовали остальные… но, к сожалению, не все. Мел выпрямила руки. Будет прямой выстрел прямо в двустворчатую дверь церкви.

Глубокий вдох.

— ТЕСЛА-ПУШКА! — громогласный голос перекричал разрывающиеся снаряды.

Луч чистой энергии поглотил все, чего бы ни касался, испепелил в ничто. Унося жизни приближающихся охотников, накрыл жрицу, пробил дверь, убил все живое внутри и пронзил святыню насквозь, уничтожив несколько домов за ней.

Выдох.

Мелони без сил упала на колени. Наэлектризованный воздух покалывал ошарашенных, многие впервые видели это заклинание — и по-настоящему пришли в ужас от такой силы.

— Чего глаза пучите? Мы еще под обстрелом, шевелите лапами! — переключила общее внимание Рита. — Вперед, наступаем дальше!

Эссенциевые, разделившись на две группы, начали обходить покосившуюся церковь и оставленный след от луча. Немногих выживших людей быстро добили, и центр города оказался взят. Рита, подняв ведьму на руки, отступила, найдя место поспокойней.

— Все, отдыхай, дальше мы сами.

— А... — учащенно дышала Мел, — ага, — утерла она кровавый подтек из носа, размазав алую кляксу по рукаву.

Оставив девушке одного телохранителя, бурая нагнала войска, чтобы прекратить обстрелы.

Элементалистка лежала на пороге какого-то домишки, постепенно восстанавливаясь. Оставленный вервольф боялся дышать в её присутствии, но постоянно дергался от новых выстрелов. Наконец арт-обстрел прекратился, местность постепенно заполняли некромантки, собирая "ресурсы", сражение перешло в финальную фазу на самых окраинах, доносясь слабым эхом откуда-то от другого входа в город.

— Помоги подняться, — протянула руку элементалистка.

— Д-да.

Вервольфа чуть ударило током от прикосновения ее ладони.

— Иди, этот район уже наш.

Задержав дыхание, Мелони оклемалась окончательно. Хотя теперь биться, как прежде, ей можно будет лишь через сутки крепкого сна.

— Но мне приказали...

— Иди, я сказала! — вспылила ведьма, и ее глаза заискрили.

Прижав уши, вервольф ретировался. Мелони, сняв очки, какое-то время наблюдала картину, похожую на ту, что она видела несколько часов назад: мертвые, теряя покой, поднимались, чтобы встать под новую эгиду. Особо радостный смех из церкви привлек внимание девушки. Пересиливая себя, голубоглазая с трясущимися коленями прошла по отставленной заклинанием тропе. Опираясь на завалы, поднялась по нескольким ступенькам, вошла в дыру, что раньше была входом. И тяжесть навалилась ей на плечи неподъемным грузом. Мелони не хотела смотреть, снова окунувшись в отчаяние с головой. Еще один грех, еще одно проклятие.

Вот почему жрица так