Андервуд. Том 1 - Илья Рэд

Но как только он схватил его за рукав, Ник резко потянул противника на себя, затем сместил корпус и за счёт силы инерции отправил дурачка через плечо на пол и, не дав опомниться, ударил в кадык. Тут не до техники безопасности, ноги бы унести.

Вокруг восторженно визжала толпа. Кто-то кричал, что усыновит Ника в случае победы, другие просили быстро не заканчивать, третьи поливали пивом уже валяющихся вормлингов и презрительно харкали в них.

Главный из тех четырёх понял, что что-то не так, и попытался улизнуть. Ганс вцепился в последнего и не отпускал, получая тумаки.

— По лицу не бей, с*ка, я слишком красивый для синяков! — сопел он, клинчуясь лёжа на спине и пытаясь не дать противнику выпрямиться.

Смыться вормлингу не дали, так что вскоре он побежал в отчаянии на Ника и промахнулся первым ударом, затем вторым, а потом получил мощный лоукик в колено, заверещал и словил в зубы прямой джеб. Когда бьёшь вормлингов всегда странное чувство — кулак, будто в тесто попадает.

Кровь потекла у преследователя по подбородку, а сам он зашатался, но не упал. Заматерелый чёрт, но серия боковых ударов вкупе с отбитой ногой довершили дело, и он отправился отдыхать на пол. В уличной драке, если противник упал — его надо добивать. Не испытывая угрызений совести, Ник обрушался на врага ногами. Четверо на двоих как-то тоже нечестно, а ему надо сделать так, чтобы уроды не смогли их преследовать.

Толпа скандировала: «Ник! Ник! Ник!» и восторженно орала, чествуя кровь, пот и насилие.

— Тебе помочь? — спросил он у возюкавшегося Ганса.

— Нет, я справлюсь, — раздался пыхтящий голос.

Вокруг продолжали орать, но больше уже смеялись с двух бедолаг, что копошились в партере.

— Моя бабка бы уделала его одной грыжей, что ты там возишься, сопляк?

— Пхаха… — захрюкал кто-то рядом.

— Дави ему глаза, буээ.

— Да иди ты на хер, — это уже сказал тот, на кого блеванули.

В рядах окруживших их мужиков назревал массовый мордобой.

— Спасибо, — прокричал он Ллойду, забирая портфель и клинок.

— Как же без тебя скучно было, ты бы знал, — заулыбавшись во все зубы, сказал вышибала.

Ник ему ничего не ответил, проворно вдел лямки и махнул рукой на прощание. Разбежавшись, ударил ногой в башку последнему вормлингу. Его даже добивать не пришлось: пара последователей Диониса взяли бедолагу под руки и, гогоча, швырнули в дерущуюся толпу.

— Идём, — Ник протянул ладонь потрёпанному Гансу и они, уворачиваясь от летящих металлических кружек, пробрались к спуску, откуда пришли.

На отдалении стояли жители муравейника и наблюдали за сценой массовой драки. Согбенные старики, молодые мамы, дети, подростки, группы молоденьких женщин. Кто-то осуждающе, кто-то с любопытством, ну а другие со справедливым раздражением, когда же это всё закончится и можно будет культурно отдохнуть.

— Я гляжу, ты тут местная звезда, — прокомментировал позади Ганс.

— Скажешь ещё, — спокойно отреагировал Ник, минуя очередной пролёт.

— Нет, ну а всё же — кто ты такой?

— Я уже говорил, просто Ник.

— Да ты у нас крепкий орешек, да Ник? — ухмыляясь, продолжал трепаться Ганс.

— Можешь проверить, — без какой-либо агрессии ответил он отметеленному красавчику.

После некоторой паузы, когда они уже покинули стоэтажный сталогмат и двигались в восточную часть города, Ганс задумчиво спросил.

— А научишь меня также драться?

— Что предложишь в ответ? — Ник не собирался его учить, да и цели сейчас как бы другие: нужно обменять камень жизни на экоины и забурится где-то в благополучном районе, пока не стихнет шумиха.

— На мечах также умеешь? — спросил он вдруг, показывая подбородком на клинок, что приходилось таскать без ножен.

— Не-а, — просто ответил Ник.

— Ну, тогда по рукам?

Он даже остановился о неожиданности и вновь присмотрелся к несуразному Гансe.

— Ты будешь учить меня фехтованию?

В его вопросе, видимо, было столько скептицизма, что собеседник огрызнулся.

— А что не похоже, что я умею?

— Нет уж, — отмахнулся Ник, — обойдусь как-нибудь, — в парне что-то такое виднелось да, но он не профессиональный воин, что, впрочем, скоро и подтвердилось.

— Ну ладно, не я — отведу тебя к своему учителю. Я у него единственный ученик. Признаться, колотит он меня ещё как. Я бы не отказался от соперника своего уровня.

А вот это уже заставило Ника задуматься.

— Идём, будет весело, — расплылся в улыбке новый знакомый. — Он мировой мужик, и комнату тебе сдаст.

Последнее окончательно его убедило, и Ник согласился.

— Хорошо, веди к своему сенсею.

Глава 5

Учитель

Ник думал, что они пойдут в сторону приличных домов, но всё повернулось совсем наоборот — они шли на границу с крысиным округом. С каждым шагом его подозрения росли, а говорливость Ганса по поводу своего учителя, наоборот, скорее отталкивала. Он ждал подвоха, и он его получил.

Это был частный дом на окраине со своей огороженной территорией. Вместо забора торчал всякий хлам: хитиновые части монстров, плоские кости размером со взрослого человека, вкопанные в землю, а также натянутая на металлические штыри старая кожа саламандр. Последнее вообще никак не защищало от посторонних посетителей.

По углам частокола были навалены груды камней в виде башенок. Создавалось ощущение, будто это домик из деревенской вымершей глубинки, где половина мужиков — деды лет под восемьдесят, а вторая нещадно бухает.

Ник сморщил нос — это обычные трущобы, где он провёл большую часть здешней жизни. Что-то не похоже на элитную школу прославленного мастера боевых искусств. Справедливости ради внутри царила чистота. На территории была площадка для боёв и аскетичные тренажёры любого постсоветского двора: турник, брусья, лесенка.

Чуть подальше в кучу свалены железные круги, диски, цепи и прочий хлам, очевидно, служивший снарядами или утяжелителями. Одно лишь только это вернуло в глазах Ника авторитет «школе». Иначе бы он уже припустил куда подальше. Соседство с крысолюдами ему вот вообще не упало.

Они ведь конченые психи.

Сам дом представлял собой двухэтажный вытянутый массив из странного материала. Он уходил горизонтально на несколько секций и заканчивался зашпаклёванным овалом.

— Погоди, это что череп? — Ник ошарашенно стоял, не веря своей догадке.

— Ну да, а что?

— Твой учитель живёт в черепе какой-то монстрюги, серьёзно?

Ганс непонимающе поводил глазами из стороны в сторону и пожал плечами.

— Да какая разница? Идём.

Они зашли внутрь.

— Снимай обувь, — сказал ещё с порога Ганс. — Он не любит, когда дома грязно.

Ник тяжело вздохнул. Эта затея всё больше ему не нравилась, но деваться некуда. Переночует здесь, а под утро смотается, как и планировал,