Генерал Крузо - Дмитрий Суслин

Вот что было написано на табличке.

– Вот это да! – воскликнул Краснобаев. – Так это значит самый настоящий остров настоящего Робинзона Крузо! А я думал, что все это только выдумка великого английского писателя Даниэля Дефо!

– То есть как это выдумка, – неодобрительно сказал Бочкин. – Раз есть такая книга, значит и был Робинзон Крузо. Неужели ты думаешь, что такой важный человек, как английский писатель, будет заниматься таким делом, как выдумывать то, чего не было?

– Но я слыхал…

– А ты плюнь в глаза, тем от кого слыхал. Это все завистники и недоброжелатели. Вот к примеру, если найдется человек, который не пожалеет своего личного времени и труда, да напишет о нас с тобой книгу. Допускаешь такое?

Краснобаев смутился и покраснел:

– Ну, допускаю.

– Напишет он о нас книгу, обо мне, или, скажем, о тебе, а лет через тридцать найдутся такие умники, которые объявят все это выдумкой, как тебе это понравится?

– Мне это не понравится.

– Вот то-то и оно! Поэтому не верь всему, что тебе говорят. А верь мне, своему командиру.

Стали они осматривать хижину.

– Вот ведь какой этот Робинзон мастер был! – восхищался Бочкин. – Триста лет прошло, а как будто только вчера построено. Не то что твоя палатка, Краснобаев.

– Если вас, товарищ генерал на эту хижину с неба сбросить, она тоже развалится, – не остался в долгу Краснобаев.

В общем, хижина оказалась вполне пригодной для жилья. Кое-что в ней конечно надо было заменить, подремонтировать, почистить. В старом морском сундуке, они нашли набор старинных инструментов вполне пригодных для употребления.

На окно, в котором не было стекла сел красивый и большой попугай.

– Робин! Робин! – прокричал он. – Бедный Робин!

– Это наверно потомок того самого попугая, который был у Робинзона Крузо, – сделал предположение Краснобаев.

Бочкин подошел к попугаю и погладил его по голове.

– Надо теперь говорить, «Бедный Бочкин», – поправил он.

– Бочкин! Бочкин! Бедный Бочкин! – послушно прокричал попугай.

Бочкин заплакал навзрыд и прижал попугая к груди.

– Ты смотри, Краснобаев, какой умница! – сквозь слезы поделился он своим восторгом с Иваном Ивановичем.

– Бедный Бочкин! – подтвердил его слова попугай.

Вот так и поселились Иван Иванович и генерал Бочкин на необитаемом острове, на том самом где когда-то жил сам Робинзон Крузо.

Целая неделя потребовалась для того, чтобы привести хижину в порядок. За эти дни Краснобаев научился и топором работать и рубанком, и деревья рубить, и рыбу ловить.

А Бочкин нечего не делал. Только гулял по острову с попугаем на плече, к которому сразу очень привязался, разговаривал с ним. Да еще ходил к ликерному источнику и после обеда часами парил над островом, смотрел на море и на небо. Птицы его уже не боялись, даже принимали за своего, что-то кричали, когда пролетали мимо. Видимо приветствовали.

Несколько раз Иван Иванович возвращался к самолету, и приносил из него все, что могло им с Бочкиным пригодиться в хозяйстве. Хотел даже кресла вытащить и двери, но Бочкин не позволил.

Ты, что? Это же казенное имущество! Чтобы у меня ни один болт не пропал.

Радио тоже не удалось Краснобаеву починить. Лампы разбились во время вращения самолета внутри смерча, когда на рацию Бочкин упал, а запасных у него не было.

Бочкин же все больше и больше стал походить на Робинзона. Нашел в хижине старые шкуры, обмотался ими, обвязался веревками. Только фуражку свою оставил, генеральские штаны с лампасами, да портфель. А Краснобаев больше на Пятницу походил. Худой, жилистый, голый и загорелой. В руках копье, с которым он на диких свиней охотился. Бочкин как-то увидел поросенка, так после этого покой потерял.

– Сала хочу соленого! Поймай мне, Краснобаев поросенка.

Вот и бегает Краснобаев по острову, поросенка ищет. Ну самый что ни на есть Пятница.

Однако через несколько дней у них самый настоящий Пятница появился. Дикий, голый и с кольцом в ухе.

Но, пожалуй, начну все по порядку.