Абандон 3 - Сергей Котов

— Что за контингент? — заинтересовалась Соня.

— Ну, ребят, — Павел пожал плечами, — вы же понимаете, да, в какой местности мы находимся? Золото. Алмазы. Уран. И достаточно бедный народ, чтобы соблазниться всем этим. Конечно же, тут есть контрабандистские тропы, которые организовывают негласную доставку всего этого добра, в обход правительства.

— Что, здесь? — удивился я, обведя правой рукой окружающий нас пейзаж.

— Ну а где ещё? — Павел пожал плечами, — каньон просто подарок для таких вещей. То есть, конечно же, все обо всём знают, но у правительства даже близко нет столько сил, чтобы закрыть все лазейки в этой местности. Нет, конечно, облавы периодически устраивают — но это шоу, потому что, как правило, все в доле. Конечно, чиновникам тоже надо делать карьеру, поэтому какую-то мелкашку «подстригают». Особенно из молодых и наглых, которые рискуют составить конкуренцию крупному конгломерату. Вот так вот тут всё устроено, — он улыбнулся.

— Да уж… — сказала Соня, со странным выражением глядя на ближайшую скалу.

В этот момент я почувствовал, как смартфон завибрировал в кармане джинс. Вся связь, включая спутниковую, была заблокирована. Значит, Эльвира активировала экстренную одностороннюю связь, чтобы сбросить сообщение.

Я достал аппарат и прочитал. В сообщении было всего одно слово: «Живы?»

Я подождал, пока смартфон поймает спутник, и написал ответ: «Да. Сердце у нас. Двигаемся в столицу».

— Ваши, да? — спросил Павел, глядя на мои манипуляции. Странно — раньше он благоразумно старался не обращать внимания на такие вещи, — волнуются?

— Да, — ответил я.

— Круто. Серьёзно.

Я неопределённо махнул рукой.

— Спутниковая связь — необходимое условие выживания здесь. У меня есть, но, конечно, не защищённый. Поэтому стараюсь не пользоваться. Только на открытых выездах.

— Ясно, — кивнул я.

— Вас не торопят? — спросил Павел, будто бы нарочно безразлично.

— Да вроде нет, — осторожно ответил я.

— Если есть два — три часа, то я бы поспал. А то тяжело, правда. Дорога ещё не близкая.

— Думаю, можно, — кивнул я, немного поколебавшись.

Возможности сердца, которое мы извлекли, как-то притупили чувство опасности. Кто бы ни пытался нас атаковать, теперь это нас надо опасаться, а не наоборот.

— Тогда по коням, — Павел подмигнул, — покажу место, где можно отсидеться.

Мы заехали в пещеру с довольно высоким сводом. Интересное дело: вход невозможно было заметить, даже стоя в нескольких метрах от него. Причудливая игра узоров на скальной породе скрадывала его очертания до полной незаметности.

— Круто? — спросил Павел, когда мы оказались внутри.

— Ага, — честно ответил я.

— Тут не так жарко. И снаружи увидеть нас невозможно. Но спать всё равно предлагаю в машине. На земле может какая-нибудь пакость повстречаться.

— Какая пакость? — насторожилась Соня.

— Членистоногая. Вот какая, — ответил Павел.

— Окна открою, — продолжал проводник, — если надо по делам — то лучше снаружи, в воде, чтобы следов не оставалось.

— Ясно, — ответил я.

Соня покраснела.

— Интересное какое место, — сказал я, разглядывая внутренности пещеры.

В центре было что-то вроде натоптанной тропинки, которая уходила куда-то вглубь скалы, в темноту.

— Нравится? — осклабился проводник, — одна из баз нелегальных старателей. Когда-то тут даже алмазы хранили. Но потом случилась крупная бойня. Группировки не смогли договориться, подключили правительство… в общем, вышло полное безобразие. С тех пор место заброшено.

Мы с Соней переглянулись.

— Мы же не собираемся здесь задерживаться до темноты, так? — осторожно сказала напарница.

— Что? — удивлённо переспросил Павел, — нет. Конечно, нет. Пара часов, силы восстановить.

— Арти, заведи будильник, пожалуйста.

Я улыбнулся, кивнул и достал аппарат. Заодно проверил батарею. Оставалось ещё больше половины. Нормально. Хватит до столицы, если экран не светить слишком часто.

— Отлично, — кивнул проводник, — ну что, приятных сновидений тогда.

Он забрался на водительское место и разложил сиденье. Соня хмыкнула и полезла на задний диван. Мне ничего не оставалось, кроме как занять место переднего пассажира.

Только вытянув ноги и опустив спинку я почувствовал, насколько устал. Так, улыбаясь и представляя себе мягкую постель в номере отеля, я провалился в сон.

Меня разбудила жуткая головная боль и тошнота. Сначала я подумал, что опять подхватил какой-то вирус. Но температуры не было. Состояние напоминало банальное похмелье.

А ещё — болело всё тело, ноги затекли, и вокруг было темно. Впрочем, темнота не была абсолютной: было видно, что мы по-прежнему в пещере, и снаружи до нас добирается бледный рассеянный свет.

Мне было так нехорошо, что я даже не сразу испугался.

— Соня? — осторожно окликнул я.

Ответом мне была тишина.

— Соня, ты здесь? — повторил я, уже громче.

Где-то рядом послышался приглушённый стон.

Отлично. По крайней мере, она жива.

— Арти? — произнесла Соня, — Арти, ты тут?

— Да! — ответил я, и поднялся на четвереньки, чтобы ползти в сторону напарницы, — да, я здесь.

— Блин, ощущение, будто мы вчера жёстко бухнули… — сказала Соня, — что произошло?

— Не знаю, — ответил я. Хотя уже догадывался, что к чему.

К сожалению, мои догадки оказались верными.

Пропал мой смартфон. И, что самое страшное, сердце, которое мы достали на руднике.

Зато в углу пещеры нашлись оставленные, будто как издевка, пара рационов и бутылок питьевой воды. Впрочем, за воду я был благодарен.

— Арти, ты помнишь, что сказал этот говнюк насчёт этого места? — спросила Соня.

К сожалению, я помнил. Поэтому, как только мы попили, встал и направился туда, где, как я предполагал, был выход из пещеры.

— Стой! — окликнула меня Соня, — ты куда?

— К выходу, конечно, — ответил я.

— Как думаешь, снаружи ночь?

— Почти уверен, — вздохнул я, — думаю, это лунный свет, — я указал на слабые отблески на ближайшей стене. Благодаря им света было достаточно, чтобы видеть силуэты друг друга.

— Арти, нам нельзя к выходу, — понизив голос, сказала Соня, — если здесь есть стражи — они именно там. Понимаешь?

Я мысленно хлопнул себя по лбу. Это правда. Как я мог забыть настолько элементарные вещи?

— Тогда мы слишком близко к выходу, — прошептал я, — давай попробуем пройти дальше. Надо найти