Волшебник-юнлинг - E. ea I

Поттер мельком покосился на собственные светлые вельветовые брюки, такие в самый раз под пятнадцать градусов Цельсия и сырость прошедшего вечера. Мальчик пощупал карман, убеждаясь в реальности магического переноса. Он резко глянул на Квиррелла — глядевшийся в волшебное зеркало профессор ничего не заметил.

— Что там⁈ Что ты видишь⁉ — вновь потребовал Квиррелл, нервничая по мере наступления развязки долгой игры с Дамблдором и Снейпом.

— Я… здороваюсь за руку с Дамблдором. Я выиграл кубок по квиддичу, — легко соврал Поттер, лгавший не раз и не два в своей тяжёлой жизни, ибо правда зачастую стоила ему запирания в чулане, лишения еды, тумаков кузена.

— Он лжёт, — тяжело упали слова Тёмного Лорда.

— Скажи правду!!! Что ты видишь⁈ — гневно заорал Квиррелл, по каким-то соображениям не решаясь применять грубую силу для вытрясания истины. Профессор был слишком на взводе, чтобы заметить оттопырившийся карман.

Сердце Гарри билось часто, он боялся находиться рядом, но стоял и готовился дать дёру в случае чего.

— Дай я поговорю с ним, — отовсюду упали слова.

— Господин, вы недостаточно сильны, — заботливо произнёс слуга и взялся теребить собственные пальцы.

— Для этого у меня достаточно сил.

Гарри попятился, когда Квиринус принялся разматывать тюрбан. Чесночная вонь сильнее ударила по носу. Упёршаяся в ступеньку пятка остановила мальчишку, обернувшемуся туда, откуда пришёл. Гарри-Грегарр хотел было показаться, но из веры в самого себя хмыкнул и передумал.

Тем временем из-под тюрбана блеснула лысина, из словно бы резинового затылка выдавилось уродливое лицо, обращённое к волшебному зеркалу.

— Гарри Поттер… — шипяще выдохнуло уродское лицо. — Мы снова встретились…

— Воландеморт… — пугливо выдохнул мальчик и спиной поднялся на ступеньку выше.

— Да. Видишь, каким я стал? Видишь, что мне приходится делать, чтобы выжить? — вещало лицо на затылке.

Тёмный Лорд действительно имел очень мало сил, но их хватало обнаружить присутствие философского камня. А ещё Реддл ощущал от Поттера родственную магию, потому тянул время разговором. О случайно получившемся недо-хоркруксе он даже не догадывался, пока.

— Жить за счёт другого. Простой паразит!.. — горько роняя слова от собственного унижения. Это одна из психологических уловок для накачки себя негативными эмоциями, усиливающими магию. — Кровь единорога… поддерживает меня. Но она не может дать мне моё тело.

Гарри с выпученными глазами и чуть приоткрытым ртом смотрел на голову Квиринуса, спереди с профессорским лицом, а сзади с темнолордовским «личиком». Мальчик не вслушивался в словоизлияние, поражённый очередным фокусом магии.

— Но есть одна вещь, которая даст, — более хищным тоном произнёс шепелявый голос, обнаруживший то, зачем вообще весь этот цирк нужен был. — Эта вещь очень кстати лежит в твоём кармане.

Тут Гарри бросился наутёк, больше не захотев искушать судьбу. Болевшие зимой ноги сейчас быстро и легко несли его сразу через пары ступеней.

— Останови его! — яростно воскликнул Тёмный Лорд.

Квиринус прищёлкнул пальцами, активируя заготовленное заклинание, опоясавшее огнём всё помещение. Гарри чуть не свалился с лестницы, резко подаваясь назад от пыхнувшего в лицо огненного жара; он заметался на верхних ступенях, не зная, куда бежать, ибо за всеми колоннами горело пламя, казавшееся ему погребальным, и чётко теперь видевшаяся форма амфитеатра напоминала опрокинутое надгробие.

— Не будь глупцом, — прошипел всё тот же голос, возвышаясь над звуками пылающего огня. — Зачем умирать страшной смертью, если можешь стать моим сторонником и будешь жить? — определив искомое, Реддл занялся загадкой родственных чувств.

— Никогда! — непримиримо вскричал Гарри, всё ещё бросая косые взгляды в поисках возможности сбежать, но языки яркого пламени вздымались на два его роста.

— Х-ха. Ты смелый. Твои родители были такие же. Скажи мне… Гарри… ты хочешь снова увидеть маму и папу? — ударяя по больному. — Вместе… мы можем их вернуть.

Поднатужившийся лорд заставил зеркало Еиналеж показать нормально стоящее изображение родителей Гарри в парадных красных мантиях. Мальчик помрачнел.

— За это я прошу вернуть мне эту вещь.

Рукой с засохшей кровью вокруг уже затянувшегося пореза Гарри извлёк волшебный камень, мистически заигравший переливами в свете колдовского огня. Мальчик думал бросить его в огонь — что-то сногсшибательно определённо произойдёт и позволит сбежать, напрочь испортив планы Тёмного Лорда!

— Да, Гарри. Это не добро и не зло. Это только Сила, — интонацией выделив слово. — Остальные слишком слабы, чтобы добиться этого. Вместе мы свершим великие дела, — прельщал Реддл. — Только отдай мне камень, — умело играя на жалости маленького гриффиндорца.

— Ты лжец! — ни капли не поверив в сладкоречивые посулы смертельного врага.

Он замахнулся камнем, но не успел его кинуть.

— Убей его! — приказал Реддл своему сосуду.

С резким прыжком Квиринус в мгновенье ока пролетел разделяющее его с Гарри расстояние и повалил мальчика на ступени, сдавив горло.

Гарри-Грегарр закусил губу до крови, тяня время со своим выходом.

Мальчик выронил камень, откатившийся от руки. Инстинктивно он схватился за душившую его руку. И тут от запястья взрослого с шипением повалил пар, плоть стремительно иссыхала и трескалась, как земля в пустыне.

— А-а-а… — Квиринус с ужасом отпрянул, уставившись на истлевающую руку.

Глубоко вдохнувший и часто-часто задышавший Гарри с удивлением и надеждой уставился на свои руки, мельком косясь на профессора.

— Что это за колдовство? — плаксиво воскликнул профессор Защиты от Тёмных Искусств.

— Дебил, хватай камень! — сердито выкрикнул Реддл на затылке Квиррелла.

Вытянув левую руку, человек, напоминая невидимке дроида, ринулся к валявшемуся на ступени философскому камню как к собственному спасению.

Гарри смело кинулся наперерез и вцепился своими руками в лицо, тут же начавшее шипеть и трескаться от воздействия кровной защиты от Лили. Гарри-Грегарр ощутил эмоцию извинений от Воли матери, в данном случае не способной повлиять на результат её чар. Недоголокрон оставался там, где прицепился.

Квиринус орал от боли — Гарри скалился от искренней ненависти и мстил за все свои невзгоды, осознанно желая смерти другому человеку и причиняя эту самую смерть как загнанный в угол зверь. Мужчина попытался отбежать назад к стене, но мальчик двигался следом, неотрывно держа руки на чужом лице и чувствуя мощный поток исходящей из него магии, впервые чётко и ясно обнаруживая её в себе. У