Удар иглы - Илья Стальнов

– Двести – и по рукам!

– Хорошо, двести пятьдесят.

– Договорились.

Торг закончился в нашу пользу. Похоже, наши жизни были спасены. Но вдруг лысый толстяк заорал, тыча в меня пальцем:

– Он же убил Большого Дика! Дика любили все, а ты милуешь его убийцу!

– Большой Дик уже в аду, – резонно заметил пиратский капитан. – Ему все равно.

– Нет. Убийцу Большого Дика надо разрезать на куски, – проговорил второй пират, низенький, кривоногий, в красной повязке на голове.

– Это тебя надо разрезать на кусочки! – вдруг сорвался я. Просто не выдержал последних переживаний. – Как, наверное, разрезали на кусочки твою мать, которая была грязной сукой, почти такой же, как и твой отец!

– Ну-у… – Кривоногий бросился вперед и взмахнул над моей головой ятаганом…

Прогремел выстрел. Пуля из пистолета капитана пробила кривоногому спину, но смертоносная сталь все же обрушилась на мою голову. И я опять погрузился во тьму.

* * *

Голова раскалывалась. В ней гудело так, словно внутри работала кузнечная мастерская. Меня сильно тошнило, но главное – я был жив. Я с трудом поднял Руку и ощупал место, куда пришелся удар. Голова была забинтована. Главное, что я цел. Видимо, когда кривоногого настигла пуля, ятаган в его руке повернулся и мне достался удар плашмя.

Я лежал на чем-то мягком. Надо мной раскачивался фонарь. Похоже, немного штормило. Я застонал и попытался приподняться. Чьи-то руки помогли мне усесться. Я находился в тесной каюте, заваленной тюками…

Надо мной склонился Генри:

– Как вы себя чувствуете?

– Получше, чем покойник, но похуже, чем живой человек. Где я?

– На «Альбатросе», фрегате Клейменого Джека. Я выкупил вас и Винера, и теперь вы – моя собственность.

– Это очень приятно. Надеюсь, у тебя нет железных рудников. Где остальные?

– Где им и положено быть. Разграбив галион, Клейменый Джек пустил его ко дну вместе со всеми людьми. Такого не позволял себе даже Морган.

– Ох! – Я снова застонал. Несколько сот человек погибли по воле этого клейменого чудовища! Меня будто еще раз ударили ятаганом по голове.

– А что вы хотели? Клейменый Джек – самый отпетый и кровожадный супостат в этих морях. Рассказывают, он взял один из испанских прибрежных городов и, как принято, приступил к пыткам жителей, требуя золото. Когда ему заявили, что золота нет, он рассек грудь одного из горожан, вырвал сердце и надкусил его. И добился своего… Кстати, в те времена он еще так не озверел.

– Что он сделает с нами?

– Думаю, ничего. Несмотря на дурной и чересчур суровый характер, он человек слова. Он высадит нас в каком-нибудь удобном месте, Отдыхайте, вам надо быстрее выздоравливать. – Генри дал мне попить и ушел, а я провалился в сон.

День был или ночь – не знаю. Я проснулся от того, что Генри тормошил меня за плечо.

– Вставайте, Эрлих. Нас всех хочет видеть капитан.

– Что ему надо?

– Похоже, мы здорово влипли.

В сопровождении нескольких вооруженных матросов, поглядывающих на меня, как мне показалось, с некоторой опаской, я проследовал в капитанскую каюту. Там нас уже ждал Адепт.

Клейменый Джек катал ладонью по столу три огромных жемчужины. Он посмотрел мне в глаза, в его лице читалось любопытство.

– Где ты подобрал этих людей, Генри?

– Они спасли мне жизнь. Я их должник. Они мои друзья.

– Друзья! – Капитан ударил по столу с такой силой, что жемчужины подпрыгнули и упали на пол. – Джованни!

В каюту, почтительно согнувшись, проскользнул Джованни.

– Ты-то вряд ли считаешь их своими друзьями.

– Нет, капитан, это не мои друзья.

– Да? И почему же?

– Они адовы отродья.

– Неужели? Рассказывай.

Джованни кратко изложил историю погони за нами по всей Испании, а заодно и стычку с Аррано Бернандесом.

– Капитан, они продали душу дьяволу. Они приносят несчастья всем, кого коснутся. Шторм. Вы видели когда-нибудь такой шторм, как вчера?

– Никогда.

– Это все он! – Джованни указал пальцем на Адепта. – Он стоял на палубе и весь горел, как свеча, сатанинским пламенем, выкрикивал богохульные слова и призывал все силы ада на наши головы. После шторма обоих едва не выкинули за борт галиона, но их языки Длиннее даже их шпаг.

– И он о тех же глупостях, – произнес, улыбнувшись, Адепт. – Неужели вы верите этому иуде?

– Никогда бы не поверил. Но у меня есть еще один свидетель. Приведите!

В каюту влетел монах-бенедектинец Игнасио, которому придали скорость хорошим пинком. Он был в ножных кандалах и сильно избит. Вольная братва, ненавидящая и боящаяся испанских священнослужителей, прихватила его для жестоких развлечений, чтобы отыграться на нем за все обиды, нанесенные инквизиторами. Хотя наверняка в команде было много католиков, но при воспоминании о своих товарищах, замученных по приговору инквизиции, вся набожность куда-то исчезала и на ее место приходило ожесточение.

Игнасио за последнее время не придумал ничего нового. По привычке он призывал убить нас, выкинуть в море, а лучше всего, сжечь.

– Это полная бессмыслица, – сказал Адепт. – Вы допускаете, что этот сумасшедший говорит правду?

– Не знаю. Может быть.

– О, безумие!

– В вас есть что-то такое, чему я не могу подобрать слов. Возможно, вы действительно как-то связаны с дьяволом.

– Вам ли, Клейменый Джек, бояться дьявола?

– Не мне. Я давно сроднился с ним. Но я не люблю конкуренции на моем судне.

– Это навет. Они обычные люди, я их знаю давно, – выступил вперед и прижал руку к груди Генри.

– Конечно, они не бесы, как уверяет эта длиннорясая скотина, – сказал Клейменый Джек. – Скорее всего они какие-нибудь чернокнижники. А может, и нет – не знаю. Но все равно – если есть сомнения, их надо разрешать. Балласт за борт! Дело решенное!

– Но это же моя собственность, Джек!

– Я возвращу тебе деньги за них.

– Так нельзя!

– Ты хочешь последовать за ними? Не испытывай мое знаменитое долготерпение. В море! – Он взмахнул кулаком, и на его скулах заиграли желваки.

Да, нам ненадолго удалось пережить «Санта-Крус».

– Подожди, Джек! – крикнул Генри. – Мы подошли к Антильским островам. Измени немного курс. Высади их на необитаемом острове. Это же нетрудно.

– Я устал от тебя… Такой крюк недешево стоит.