Проект - Галина Булахова

Что тут мозговать? – говорил Кол Шнобелю. – Надо ехать на эту дачу и караулить. Кто-нибудь да появиться: либо твой любимый профессор, либо этот лысый, который исчез.

– Чего он мой любимый? Я этих профессоров!.. Мне эти профессора!.. Шнобель постучал характерным жестом по горлу.

– Не пойму я тебя, – говорил Кол, залезая в машину. И чего тебе эти профессора? Ты что, с ними общался? Они тебе что, преподавали? Двойки ставили? Или тебе какой-то профессор денег задолжал и не отдает?

– Еще бы он мне не отдал, я бы его!..

– Ладно, успокойся, – сказал Кол, поняв, что он из этого разговора ответа не получит.

Заехав на Лавандовую улицу, они притормозили недалеко от дома № 2 и стали усаживаться поудобнее. Времени было много, а впереди предстояла ночь.

Кол закурил сигарету, Шнобель заерзал на сиденье: ему тоже хотелось курить. Но сигареты у него давно уже кончились. И теперь надо было в очередной раз клянчить.

Кол краем глаза посмотрел на напарника и протянул ему сигарету.

– Спасибо, Колюнь, забыл купить.

– Не забыл ты купить, а денег у тебя уже нет: просадил ты их давеча. И что за охота деньги просаживать?

Шнобель взял сигарету, закурил и понимающе кивнул:

– Ты прав-прав, но с собой я ничего не могу поделать, как магнитом тянет. Я поначалу, знаешь, сколько выигрывал! А потом!.. Ну не может же мне всё время не везти? Я уверен, что мне обязательно улыбнется фортуна. Вот выиграю много денег, брошу всё и уеду.

– Не уедешь.

– Почему это?

– Не выиграешь ты ничего! А если и выиграешь, так тут же и просадишь. Да и ехать тебе некуда. Уедет он, как же!

– Ну что ты, блин? Уеду – не уеду. Выиграю – не выиграю.

Шнобель сидел какое-то время молча, потом сказал:

– Помечтать не дает! Хорошо тебе, ты не играешь. И куда ты только деньги деваешь? У тебя их, наверно, уже… – И он посмотрел на Кола.

– Ты чужие деньги не считай, ты свои считай. – При этом он многозначительно ухмыльнулся.

– А что мне свои считать, у меня их… – Он похлопал себя по карманам.

– Поэтому и клянчишь сигареты.

– Сигарету пожалел?

– Да не сигарету, а тебя, дурака.

– Ты кого дураком назвал? – вдруг взъерошился Шнобель. – Ты базар фильтруй!

– Ну, кто тебя куда посылает, – стал более примирительно говорить Кол, – поняв, что зря его послал.

– Нет, ты мне объясни, ты чего так со мной разговариваешь? – раскалялся Шнобель, задетый за живое. – Ты что тут, самый главный? Это мои деньги, что хочу, то и делаю с ними! И не собираюсь я перед тобой отчитываться! Сигарету я у него попросил! Тебе что, сигарету для друга жалко? Да я таких друзей на зоне пачками укладывал!

– Тут тебе не зона! – сказал Кол и понял, что это было уже лишнее.

От этих слов Шнобель покраснел, со звуком выдохнул и резко сказал:

– А ну, пойдем, выйдем!

Кол посмотрел на напарника, вздохнул, подумав: «Как он легко заводится! Нервы ему там, в тюрьме, подпортили, исправители хреновы! Он посмотрел вперед и увидел двух мужчин. Те шли не спеша.

– Кол шикнул на Шнобеля:

– Тихо ты! Вон смотри!

– Что смотри?! – спрашивал ещё не остывший Шнобель.

– Не на меня, идиот, а вон туда!

Шнобель посмотрел туда, куда показывал Кол, шепча себе под нос:

– И за идиота ответишь.

– Отвечу, отвечу. Гляди внимательно. Они?

– Вон тот справа, лысый. Это тот, который исчез.

– Ну и что будем делать?

– Что, что? Брать надо!

– Что, обоих?

– Вообще-то нам нужен только лысый. Ладно, пошли, там, на месте разберемся.

– Ну, пошли.

– Значит, так, – говорил, выходя из машины Кол, – я мужика беру на себя, а ты – лысого, но только без фанатизма: он шефу нужен здоровенький.

– Да понял я, понял.

Они подошли к мужикам. Кол попросил у Стаса закурить. Тот полез за сигаретами с мыслями: «Может, действительно, у людей кончились сигареты, и они вот увидели на этой пустой улице, наконец, людей и обрадовались».