Кремль 2222. Царицыно - Дмитрий Дашко

– Дядя большой. Дядя обидеть может.

Пока что меня забавляла эта ситуация, но из неё требовалось выходить.

– Дядя пошёл. Ырг на месте, – приказал я и погрозил ему копьём.

– Копьё моё! – едва не заплакал незнакомец. – Отдай!

Я присмотрелся к нему. Теперь в мордахе лохматого просматривалось что-то обиженно-детское. Никак это ребёнок? И если да, то какого размера его папаша? Этот «пацан» почти на голову выше меня!

– Не отдам. Ырг наказан.

– Ырг убьёт тебя!

Блин, мы, кажется, пошли по кругу.

Тут мне стало ясно, отчего взгляд его вдруг стал таким нагло-решительным. На ближний перекрёсток вывалила толпа сородичей мохнатого, и это точно были не дети. Высоченные, квадратные обезьяны с крайне зверскими рожами. И намерения на этих рожах читались яснее ясного. Кажется или нет, но кое-кто даже плотоядно облизнулся.

Я – мужик рисковый, но тут у меня просто не было шансов, поэтому, не дожидаясь столь массовой атаки, развернулся в противоположную сторону и дал стрекача. Иногда это лучший способ спасти свою шкуру.

Толпа с гиканьем ринулась за мной.

Пробежав с полкилометра, я к крайней досаде убедился, что они плотно висят у меня на хвосте. Ещё один «кэмэ» ситуацию не изменил. Что же за день такой сегодня?! Мне попались все до одного легкоатлеты-марафонцы. Сдаётся, у них даже дыхалка не сбилась.

Я пошёл на военную хитрость. Во время первого поворота, когда выпал из поля зрения погони, не стал улепётывать вдоль короткой улицы, заканчивавшейся новым перекрёстком, а сиганул в то, что когда-то было подъездом пятиэтажки. Быстро взобрался на самую верхнюю лестничную площадку, потом оказался в квартире, встал к стене у окна и принялся украдкой рассматривать возбуждённую процессию.

Её представители не заставили долго ждать. Вынырнув из-за угла, остановились, лихорадочно крутя лохматыми башками. Как назло, среди них оказался некто с организаторскими способностями. Он разбил отряд на несколько групп. Большинство умчалось до перекрёстка, где разделилось ещё на три команды (направо, налево и прямо), а оставшаяся часть принялась внимательнейшим образом рассматривать уличные дома. И сдаётся, что при этом мои преследователи ещё и принюхивались, словно собаки. Неужели и впрямь могут напасть на след? Тогда я сам себя загнал в ловушку.

Принимать бой не хотелось. Все до единого «обезьяны» были вооружены: кто копьями, навроде того, что стало моим трофеем, кто дубинами, но не простыми, а утыканными кусками арматуры, что твой ёжик. Вот лучников или того хуже – обладателей огнестрела, я среди них не приметил. Так и у меня, увы, при себе даже завалящего АКМ нет. Только копьё.

Тяжело в деревне без нагана, вздохнул я.

Вождь, я едва не добавил «краснокожих» снова распылил свои силы. Его «орлы» побежали по разным подъездам, но сам он (Ой, дурак! Ну, куда тебя понесло!) вознамерился исследовать тот, в котором прятался я.

Сам напросился. Стычка была короткой, и окончилась тем, что главарь обезьяньего войска тишком (с моей помощью) опустился на пятую точку и замер, невидяща глядя перед собой мёртвым взором.

Я оставил копьё в нём, взял себе на память что-то среднее между мечом и куском ржавого железа. Сходу определиться сложно: то ли изначально из дерьмового металла сковали, то ли совсем запустили «саблюку». Но даже в таком состоянии, эта железяка была предпочтительнее копья. Я больше привык к оружию рубящему, чем колющему. У каждого свои капризы, и я не безгрешен, в чём готов покаяться хоть сейчас.

Исчезновение главаря заметили. Ко мне ещё дважды наведывались в «гости» и каждый раз я обзаводился полезным трофеем. Мелочь, но приятно. Теперь в моей коллекции была сплюснутая от удара армейская фляжка (Я отхлебнул. Обычная вода, но в моей ситуации лучше и не надо), ножичек в самый раз для засолки огурчиков, то есть штука безумно полезная в любой ситуации. Ещё с одного мертвеца снял хороший кожаный ремень (так и не понял, на кой ляд он обкрутил им свои голые чресла? Понтовался?).

Безумно хотелось есть, но трофейный провиант не вызвал ничего, кроме тошноты. Эти парни питались дрянью отвратительной на вид и на вкус. Такое можно слопать лишь умирая от голода. Я пока что повременил с приёмом пищи. Гарантировано потом засяду в кусты и неизвестно, когда из них выберусь.

Однако куковать в подъезде до приёма более массовой делегации глупо. Так что я снова решил пойти ва-банк. Тут либо пан, либо пропал. Пан – лучше. Намного лучше!

Выскочил на улицу и дал стрекача, петляя не хуже зайца.

Через пару кварталов обстановка прояснилась. За мной не гнались. Вот и чудненько. Можно топать дальше, правда, с оглядкой, реагируя на каждый шорох. Мало ли какие сюрпризы ждут меня впереди.

Сегодняшний лимит на приключения ещё не исчерпал себя. Через полчаса я стал свидетелем ещё одной необычной сцены: семёрка закутанных в самое невообразимое тряпьё типов, смахивающих одновременно на бомжей и древнеегипетских мумий, наседала на хрупкого вида девушку. Та отбивалась, демонстрируя хорошие навыки рукопашного боя, но было ясно, что дела её плохи.

Атакующие действовали слажено, отнюдь не так, как обычно показывают в боевиках. В кино злодеи нападают на главного героя в порядке очереди, терпеливо дожидаясь, пока тот уделает противника и перейдёт к следующему.

Девчонку брали на измор, нападали сразу с нескольких сторон, умело уходили от ударов и дожидались, когда она выбьется из сил. И пусть вся семёрка имела при себе оружие, включая арбалеты, но в ход его не пускала. Вывод из этого следовал простой – она нужна целой и невредимой. Зачем – другой вопрос. Например, позабавиться. Вряд ли эти отбросы могли рассчитывать на внимание со стороны нормальной женщины.

Во мне ещё горел задор от недавней стычки с мохначами, да и не привык я оставлять женщин в беде, так что никакой проблемы выбора передо мной не стояло. Если добавить, что девушка была, если не красивой (а это понятие относительное), так симпатичной, это сходу усилило мою решимость и прибавило сил.

Уроды (кстати, действительно уроды – из какой выгребной ямы их только выкопали?) не подозревали о моём существовании, они были слишком заняты увлекательным занятием, так что моё появление стало большим сюрпризом.

Я не встал взывать к совести, увещевать и уговаривать. Педагогика слов тут бесполезна, нужны совершенно иные аргументы, такие как прямой в голову или боковой по рёбрам. Можно в другой последовательности.

Пользуясь элементом неожиданности, вырубил парочку ближайших, и внимание всей компашки резко переключилось на меня. Они перераспределили цели, четверо по-прежнему занимались девушкой, а пятый бросился на меня. Это был мечник, и я моментально понял, что столкнулся с умелым противником. Да, за ним не чувствовалось школы фехтования, рубился он не по академическим правилам, зато в каждом выпаде чувствовался опыт реальных боёв не на жизнь, а на смерть.

Мечом он орудовал лихо, махая им, словно пёрышком. Я с трудом парировал его полные ярости выпады. Эту схватку надо заканчивать как можно быстрее, я такой темп долго не выдержку. Да и трофейная сабля уступала отлично сбалансированному мечу. Я положил на неё глаз сразу, как только увидел в бою. Пора ей менять владельца.