Крыс - Владимир Поселягин

– К железнодорожным складам, я покажу.

– Лады, – кивнул я и, тронув грузовик с места, он был потяжелее моей «полуторки», подъехал к воротам. Дальше штатно, предъявил путевой лист и покинул территорию автобата.

Город я знал плохо, сержант его вообще не знала, так что больше по логике ехали. Наконец он опознала знакомую улицу, и мы по ней доехали до складов. Дальше дело было обычное, часовой был снят со склада, его открыли и шестеро бойцов железнодорожных войск достаточно быстро переносили груз. Там было два явно тяжёлых ящика, оббитых железом, несколько коробок, а также тюки с каким-то материалом. В общем, кузов был забит доверху. Ладно, я догадался уточнить объём груза и велел ефрейтору, что командовал красноармейцами, бочку с бензином поставить у заднего борта. Хоть заправиться смогу без осложнений.

Было три часа дня, пятнадцатого мая, когда мы покинули Житомир и по шоссе, кстати, это мы его ремонтировали, направились в сторону Ровно. Там требовалось свернуть на Луцк. Как мне сказали, не заблудишься, если что, дорогу можно спросить.

– Куда это мы свернули, дорога же прямо? – с подозрением спросила строгая сержант, когда мы съехали с шоссе.

– В одно место заскочить надо и кое-что забрать.

Это действительно было так. Я хотел проехать по полю и посмотреть, не появился ли овал портала, ну и, пользуясь случаем забрать из схрона запасы иномирного товара. Раз еду далеко, почему не воспользоваться оказией и не распродать его там, всё же далеко от Житомира? Как оказалось, для жён командиров это востребованный товар. Тем более они всегда при деньгах. Да и ко мне не приведёт, всё же до Луцка было порядка двухсот пятидесяти километров, если вспомнить, какие тут дороги, то все триста. Не-е, до вечера точно не доберёмся, ночью или завтра. Посмотрим.

Грузовик, поскрипывая корпусом и переваливаясь на дороге, перевалил через железнодорожное полотно и направился в сторону поля и уже знакомого леса. Портала не было, я с огорчением был вынужден это признать, уже стараясь не думать о доме, оставленном с той стороны, разграбят ведь, а к своему имуществу я относился очень серьёзно, поэтому, доехав до леса, остановил машину.

– Что случилось? – испуганно спросила сержант, нервно теребя край форменной юбки.

– Остановка на минутку, – ответил я и, покинув кабину, побежал в лес. Достав сидор из дупла, я быстро вернулся и сунул его под сиденье.

– Что это? – с подозрением спросила пассажирка.

– Ты знаешь поговорку про любопытную Варвару? Хочешь последовать её примеру? – запустив электростартером двигатель, спросил я у неё. Ответ был получен, когда я уже развернул машину и направлялся обратно к переезду.

– Подозрительный ты.

– О, как? Если веду себя не так, как нужно, сразу подозрительный? Для меня ты подозрительнее. Чего это тебя ссадили в Житомире, а не в Ровно? Довела железнодорожников до нервного срыва?

– Ничего я не доводила, сопровождающий лёг в больницу с аппендицитом и велел мне дальше сопровождать груз. А нас тут ссадили, сказали, вагон понадобился, его к другому поезду цепляли. Велели ехать дальше на машине, даже до вашей части довезли.

– Ага, сбросили с себя проблему, молодцы, – пробормотал я, на первой скорости преодолевая переезд.

Смотритель выглянул из будки, осмотрел машину и нырнул обратно. Я не показался ему подозрительным. Вернувшись на трассу, я разогнал грузовик до пятидесяти километров в час. А где дорога была ровной и все шестьдесят шёл. Как сообщила сержант, груз выдержит, упакован хорошо, но, что за груз, я так и не узнал.

– Что ты поёшь? – полюбопытствовала час спустя сержант, когда мы удалились от Житомира километров на тридцать, проехав один из автомобильных мостов. Нас там проверили, документы, без обыска.

– Да так, бурчу себе иногда под нос, помогает скоротать время. В принципе у меня голос хороший, его даже поставить в детдоме хотели, я игре на гитаре учился.

– И как, получилось?

– Учителя хвалили, дар есть.

– Играешь и поёшь?

– А когда? Я эти три недели только дорогу перед капотом вижу. Да по вечерам провожу осмотр машины, потом просто заваливаюсь спать. Ладно, хозяйка хорошая попалась, с пониманием. Молодая, муж погиб на финской, вдова. Так что, после работы я руками с трудом шевелю. Вон, у ЗиСа руль даже тяжелее, чем на моей «полуторке». Сейчас-то полегче, привыкать стал, а в первое время тяжело было.

– Успеем сегодня доехать?

– Если надолго останавливаться не будем, в принципе должны. Расход горючего только неожиданно большим оказался, груз тяжёлый, через пару часов остановимся заправиться, там и подкрепимся.

– Хорошо. Ты только погромче пой, чтобы мне слышно было.

– Мне не жалко, – согласился я.

К шести часам вечера, когда я уже подумывал об остановке, мы лишь раз останавливались на пять минут по естественным надобностям, заметил впереди пост. Причём в этот раз не армейский, а судя по фуражкам, там были сотрудники НКВД.

– Ты чего? – удивилась сержант, когда я сбросил скорость и притёрся к обочине лесной дороги.

– Пост подозрительный. Не хочу соваться к нему один, подождём попутную колонну или машину. Чёрт, ещё лес вокруг, да и дорога узкая… Подождём. В общем, я сейчас заправляться буду, а ты погуляй, посмотри вокруг, как будто всё нормально.

– Но это же наши, русские.

– Ты про волка в овечьей шкуре слышала?

Та на несколько секунд задумалась, после чего кивнула.

– Хорошо, погуляю.

– В лес не уходи, помни про волков.

Вооружены мы не были, поэтому действительно опасались нападения, тем более слухи всё же ходили. Случались в этих краях и обстрелы, и нападения. Зайдя за машину, я незаметно достал монокуляр и рассмотрел пост. Вроде всё нормально, но чуйка пела, что что-то не так. Достав брезентовое ведро, шланг и самодельную воронку, я открыл горловину бака и вставил воронку, после чего прошёл к заднему борту, развязал тент и откинул его край в сторону, чтобы можно было добраться до бочки. Дальше просто, отсасывал шлангом, ждал, когда ведро наполнится, и заливал бензин в бак. Я успел сделать три ходки, кстати, никто из патруля в нашу сторону не направился, хотя и проверили встречную машину, когда услышал шум нескольких двигателей позади. Какая-то колонна шла попутным с нами маршрутом.

Машины подъезжали довольно долго, я успел закрутить бочку и бак, убрать ведро со шлангом и воронкой и даже завязать тент, так что, когда они приблизились, тронулся с места и поехал впереди.

Бойцы на посту проводили нас взглядами, но не остановили, что ещё больше усилило моё подозрение, а когда через восемь километров нам попался армейский пост, я сам остановил грузовик, под фырканье сержанта. Та всю дорогу смеялась надо мной и моими страхами.

– Товарищ лейтенант, можно с вами пообщаться? – спросил я командира поста, покинув кабину.