Крыс - Владимир Поселягин

– Вы зачислены во вторую роту, вашим непосредственным командиром будет старшина Зайцев, командир третьего автовзвода. Завтра утром он будет в части, познакомитесь, – протянув мне оформленный документ работника автобата, в графе звание было вольнонаёмный, концелярша велела пройти в соседний кабинет.

Причину явного злорадства в её голосе я распознал, когда понял, куда меня направили. К особисту. В принципе, в батальоне, тем более таком, выполняющем широкий спектр работ, действительно должен был быть представитель этой службы. Я его, кстати, в столовой не видел, видимо, отсутствовал, зато политрука рассмотрел, у него звёзды на рукавах были. С ним я ещё не беседовал, чую это впереди. Кстати, у особиста тоже была форма политработника. Странно.

Честно говоря, беседа с особистом меня вымотала, что-то это не было похоже на рядовой опрос, слишком тот был навязчив и любопытен, хотя вроде особых вопросов с подковыркой не задавал, просто повторял их под разными углами и в разной интерпретации. Особо я не готовился, но, похоже, не провалился. С политруком, или как тут по старой привычке называли, комиссаром батальона, я разговаривать не стал, не потому что не хотел, а потому что он с комбатом куда-то отъехал. Ну а я, отпросившись у старшины Авдеева, к которому меня временно прикрепили на время ремонта, по вопросу жилищного обустройства, в казарму я не хотел, хотя мне и предложили, покинул парк и направился обратно в город. Теперь у меня были серьёзные документы, разрешение на нахождение в городе, и вёл я себя уверенно.

Пока я был на территории автобата, то обдумывал свои следующие шаги, нужно снять жилище рядом с местом работы, лучше у частника комнату, но для этого нужны были деньги. Мне могли бы выделить подъёмные в бухгалтерии, но кассира не было, уехал с финансистом, да и выходные были. Кстати, наш автобат был отдельным, подчинялся транспортному управлению Киевского военного округа.

У меня в кармане были две губные помады, пудреница с зеркальцем и кисточкой, пара духов, вот и всё. Именно это я и решил продать, так как мои финансы… да не было их у меня пока.

Шагая по улицам города, я изучающе разглядывал местных жителей, выбирая себе жертву. Ну как жертву, покупателя. Причём из тех, с которыми потом лучше бы не встречаться. Пока заводить постоянную партнёршу я не хотел. Светиться желания не было.

Моё внимание привлекла одна кандидатура, и я остановился на углу, где опёрся плечом о ствол дерева, росшего у края тротуара, и лузгал семечки – я их стрельнул у старшины, – разглядывая командирскую «эмку». Машина остановилась у какого-то здания, из дверей которого то выходили, то входили командиры. Водитель в красноармейской форме открыл дверь и выпустил генерала. Нет, ошибся, судя по звёздам на рукавах, это кто-то по политчасти, я тут уже начал понемногу разбираться. Да ромбы у него были вместо звёзд в треугольных петлицах. Кажется, дивизионный комиссар, но я могу ошибиться.

Так вот, ромбовый заспешил в здание, а следом машину покинула расфуфыренная девица. На дочь она мало походила, скорее на б… э-э-э, подружку, ну или жену, в крайнем случае, поэтому я решил начать с неё. А что, мне кажется, клиент тот, что надо. Деньги они считать не умеют, примерный уровень цен я знал, пока был на вокзале, определился, так что пока молодая женщина курила, прогуливаясь у машины, я отлип от дерева и направился к ней.

– Доброго дня, – поздоровался я.

Обернувшись, девица осмотрела меня явно с плотским интересом. Ну, точно б… э-э-э, молодая жена, вошедшая во вкус. Надо сказать, у генерала вкус был, формы и личико что надо. Да и подать она себя умела, дорогое платье с меховым воротником, шляпка с вуалью и сигарета в длинном мундштуке. Пока та не успела открыть рот, чтобы отшить меня, я затараторил:

– Специально для вас могу предложить дорогую заграничную косметику. Купил у одного капитана-пограничника в поезде, тот с похмелья был, не хватало ему. Контрабанда.

Сказанное сделало своё дело, глаза у девицы жадно загорелись, и, не обращая внимания на пристально смотревшего на нас водителя, она взяла меня за локоть и отвела чуть в сторону, к углу, но не уходя из зоны видимости. Понятно, генерал своей пассии не доверял, наверняка бегала налево.

– Показывай, – почему-то шёпотом велела она.

Достал тюбики с помадой, там было два разных тона, но оба яркие, тени и духи. Та всё осмотрела, понюхала и, быстро глянув на меня, спросила:

– Сколько?

Причём вся косметика вдруг исчезла из её рук, отдавать её обратно она явно не собиралась. Похоже, зря я всё вот так ей дал, нужно было попридержать, уплатила бы, потом отдал.

– Триста рублей.

К моему удивлению, мадам достала из ридикюля требуемую сумму, там даже оказалось чуть больше, чем я просил, и, застучав каблучками, отправилась обратно к машине. Водитель открыл ей дверь, и она села в машину, а я, развернувшись, поспешил обратно к перекрёстку улицы. Понемногу я уже начал ориентироваться в Житомире, так что знал, как добраться до вокзала. Конечно, из-за многочисленности военных в городе найти подходяще жильё сложно, но я надеялся, что смогу сделать это по частным объявлениям. Я их видел рядом со стендом с газетами.

Мне не повезло, не нашёл ничего подходящего, поэтому энергичным шагом направился в нужный мне район города, где располагался автобат, решив уже сам порасспрашивать у жителей и найти себе место для постоя. Вот тут удача вернулась ко мне. Были три дома, где сдавались комнаты, два не устроили меня, а вот третий – вполне. Отдельный вход на веранду, которая вся передавалась мне, кровать, даже шкаф был. Электричество тоже имелось. Так что, заплатив сразу за два месяца сто рублей, стал устраиваться. Оплатил я только жильё, столоваться буду отдельно. Женщина, что сдавала веранду, отметила это. Уточнив, я узнал, что за стол оплата отдельная. Сообщив, что обедать я вряд ли буду, как и ужинать, дал тридцать рублей на все два месяца – только за завтраки.

Вещей у меня особо не было, поэтому я решил устроить закупку завтра, местный рынок уже был закрыт. Время ещё было, до темноты оставалось около трёх часов, поэтому, вернувшись в автобат и заодно запомнив дорогу, занялся своей «Маркизой». Сумку с инструментом мне дал старшина, даже пронаблюдал немного, как я окончательно разбираю грузовичок, после чего ушёл. В общем, до самого вечера я подготавливал себе поле деятельности на завтра. На место постоя я вернулся уже в полной темноте. Даже был остановлен патрулём, но отпустили, комендантского часа в городе не было.

– И раз!.. И раз!.. – командовал старшина, когда мы вшестером заталкивали мой грузовичок в бокс, где на талях уже было подвешено новое сердце для «Маркизы». Как только машина замерла под мотором, посадочное место я тоже подготовил, в бокс зашёл Зайцев, взводный, у которого я числюсь вот уже как три дня шофёром. Мы успели познакомиться.

– Как дела? – поинтересовался он, с интересом осматриваясь. Сам он ездил на пятом ЗиСе, а всего «полуторок» во взводе было шесть, остальные тоже ЗиСы пятой и тридцать второй серии. С моей «Маркизой» будет семь таких грузовичков.