Клетка Удава - Тетти Нериус

— О Господи! — я драматично запрокинул голову, закатив глаза. Забыл как-то, что меня предупреждали о тараканах в башке Дубенко. Здоровенных таких радиоактивных тараканах! Что Зона — это всё постановка, глобальная мистификация не то инопланетян, не то теневого правительства. До такого даже обкуренные в хламину свободовцы не додумаются!

— Знаешь, Роман, а я соглашусь с тобой, — сказал Олег, всё еще пристально рассматривая под светом фонарика сплошную стену земли в шахте. У меня от его заявления отвисла нижняя челюсть, и брови стремительно поползли высоко наверх, к самому краю волос на лбу. Жаров оглянулся на нас и спешно пояснил. — Я имею в виду, что этот обвал выглядит ненатурально. Почему он произошёл именно тогда, когда мы проходили в шахте? Почему не раньше? Реально как в фильме подстроено всё.

— Думаешь, это Шухов устроил? — спросил я, ощутив укол сомнения, — сквозь сон понял, что мы отправились за «Клыками» и помешать нам захотел?

— Не знаю, — долговец щёлкнув выключателем фонарика, — просто странно это.

— Ну, знаешь, от чего лавина в горах бывает? Какой-нибудь придурок заорет и пошло-поехало! Я знаю, что в некоторых древних храмах и в пещерах нельзя громко говорить, только шёпотом. От звука вибрация типа идёт. А мы там поцапались с тобой, — я указал на вход в шахты. Ромка с Саяном проследили за моим жестом, уставились обратно на меня. При этом взгляд собаки был куда умнее. — Я больше склоняюсь к тому, что обвал из-за нас произошёл, а не из-за Удава.

— Может и так, — Олег задумчиво помял в пальцах ремешок «Винтореза», и отмахнулся. — Ладно, хорош трепаться. Двигаем к лагерю бандитов. Нас могли засечь…

Вот с этим я согласен. Грохоту, кажись, было много, до кучи Ромыч глотку драл. «Охотники» уже могут выдвинуться небольшой группой на разведку или устроить для нас засаду. Еще меня не покидали мысли о крупном псевдо-медведе. В тот раз он бродил совсем рядом с шахтой, и невероятно повезло, что не набросился на меня. Вдруг у него берлога рядом? И именно сегодня у он будет голодный, с плохим настроением? Ох, блин, не нравится мне эта затея с «Клыками»!

Неспешно мы двигались цепочкой по знакомой мне тропе к кирпичному забору копра. Саян крался впереди, уткнувшись носом в землю. Изучал чужие следы, пыхтел, иногда фыркал. Пару раз задрал лапу у корней дерева. Никакой опасности он не чувствовал. Всё же я не был полностью спокоен. Оборачивался на каждый подозрительный шелест, на упавший в траву лист. Напрягала эта тишина! Округа полнилась звуками, издаваемыми только нами: старательное сопение, шуршание высокой травы и хруст сухих веток. Они висели низко, будто специально хотели задержать нас, цеплялись за одежду. Жаров свернул налево следом за Саяном, скомандовав нам не отставать. Тут же запнулся о выступающий корень, потерял равновесие. Схватился рукой о тонкий ствол дерева, чтоб не растянуться на земле. Ромка тихо хихикнул над неуклюжестью долговца. Смотри, парень, как бы он тебе за твою весёлость леща не прописал…

Щелчок сломанной сухой ветки. Я оборачиваюсь на звук, направляя дробовик на тёмную чащу. Листья на деревьях с шелестом покачнулись от слабого ветерка. Померещилось вдруг, что на меня из полумрака смотрит белое лицо. Сморгнул, и наваждение прошло. Просто игра света. Между двумя голыми стволами дубов блестела тугая паутина с прилипшим полиэтиленовым пакетом. Странно, что он делает тут, в лесу? «Дикари» бродили здесь и часть клоунской одежды потеряли? Да и паутины столько раньше тут не было. Крупная какая, аж жутко. Помнится, Лесоруб говорил, что в Лесу пауки здоровенные водятся…

— Что ты там застрял, наёмник⁈ — задумавшись, я вздрогнул от резкого оклика лейтенанта. В мою руку ткнулся мокрый нос собаки. Саян смотрел на меня с каким-то немым вопросом, слегка покачивая кончиком хвоста. Я погладил его между ушами, немного сняв напряжение от мягкого прикосновения. Ты мой личный антидепрессант! Хорошо, что ты рядом!

Наконец-то из занавеса листвы выплыл кирпичный забор. За ним проглядывала башня копра. Всё такая же огромная, чёрная и мрачная, прямо как замок Дракулы из страшилок. Двор лагеря был пуст, свет не горел ни в окнах башни, ни в доме двухэтажном. И всё та же давящая на мозг тишина. Теперь мнение о засаде, поджидающей нас, укрепилось еще больше. Понять бы только, где бандюки могли засесть? Или в зданиях все закрылись и из окон нас палят? Уф, лучше бы я на цементный завод пошёл!

Остановившись у раскрытых ворот, Олег поднял руку, притормаживая нас. Я жестом велел Саяну не высовывался вперёд. «Охотники» его пристрелят и глазом не моргнут. Жаров присел возле пошарпанной стены забора, вытянул из кармана чёрной куртки пару ржавых болтов. Один метнул в металлическую стену вагончика с характерным звуком, второй точно закинул в пустой дверной проём. Болт ударился об пол, прокатился по нему с тихим постукиванием. Ничего, внутри пусто, как и в прошлый раз. Кивнув сам себе, лейтенант упер приклад винтовки в плечо. Я последовал примеру долговца, перебежал вместе с собакой на другую сторону тропки, укрылся за кирпичной кладкой. Молча жестко указал Ромке на землю, чтоб он сидел на месте и не рыпался. Понял меня? Понял! Раздражённо закатив глаза с драматичным вздохом, Дубенко плюхнулся на холодную землю задом позади Олега.

— Не пойму, есть там кто живой? — лейтенант через окуляр «Винтореза» осматривал безмолвный лагерь. Покусывая губы, я в нетерпении ожидал от него ответа. Переглядывался с Саяном, проверял, не появились ли в его поведении изменения. Что-то ему явно не нравилось. Уши прижал к голове, водил по сторонам носом, шумно принюхиваясь к чему-то. Облизнув зубы, он еле слышно заворчал на своём собачьем.

— Не нравится мне это… — прямо озвучил мои мысли Жаров, опуская винтовку. — Давай пса вперёд пустим?

— Ага, щас! — я иронично кивнул, — чтоб снайперы ему сразу черепушку прострелили⁈ Сам иди! Или вон, блогера отправь! Чего он на халяву хлеб наш жрёт?

— Да чего я-то сразу⁈ — прошипел Ромка, нахохлившись, — я вообще не хотел сюда идти, меня заставили!

— В Зону тебя тоже идти заставили? — огрызнулся на него Олег, — или в поход с Азраилом⁈ Давай, топай до вагона с поднятыми руками и громко пароль называй! Помнишь его хоть, нет?

— Не-а! — Дубенко активно замотал