Абсолют Империи - Андрей Юрьевич Орлов

— Мне кажется, что для сбора информации лучше подойдёт архив, — задумчиво произнесла девушка.

— Архив? — переспросил я. — А у вас тоже имеется место хранения воспоминаний и памяти прошлых членов Рода? Мне казалось, что такая информация доступна лишь высшим чинам, наследникам и главам Родов.

Не во всех странах практикуется хранение воспоминаний. Так как эта магия, в каком-то роде даже технология, достаточно дорогая, и далеко не многие аристократы могут себе такое позволить.

— Так ведь есть не только личные архивы. Можно сделать запрос в общий, правда, так только общие факты. Детали там отыскать достаточно сложно. Очень немногие Рода готовы на общую огласку, так что из подробностей там есть только те Рода, которые разжаловали в простолюдинов, или те, кто не боится показать истинную историю Рода.

— Я так понимаю, что некоторые открывали свои архивы для оправдания во времена осуждения?

— Верно, — кивнула Агнесса. — Такое бывает нечасто, но когда против тебя выдвигают обвинения сразу несколько, к примеру, княжеских Родов, хочешь, не хочешь, но тебе придётся сделать это, чтобы не навлечь ещё больше последствий. Уже были такие прецеденты, где главы Рода обычно безоговорочно соглашались.

Архивы Родов… А у нас их обычно называли Архивы Памяти Предков (АПП). В них храниться почти каждое воспоминание прошлого главы или выдающегося члена Рода. В основном, конечно, на первый план выходили мысли о напутствии и стратегии дальнейшего развития Рода.

Ещё при жизни люди могли сохранять часть своих воспоминаний, чтобы если к моменту смерти что-то было повреждено, то важное воспоминание осталось в целостности.

Да, обычно в каждом Роду или Клане есть менталисты. Те люди, владеющие аспектом ментала, которые при смерти господина могли перенести его воспоминания в архив, а после не проболтаться о том, что видели.

Обычно у таких магов уходит примерно несколько дней на перенос всех воспоминаний в архив. Если же человек, который умер, умер уже давно, и от его воспоминаний ничего не оставалось, то менталисты с помощью лекаря старались максимально возможно восстановить мозг и перенести все воспоминания.

Иногда им помогали Некроманты. Не совсем те, которые при помощи своей магии заставляли восставать легионы мертвых людей, а скорее те, кто мог связываться с душами умерших.

Да, в этом мире даже до этого додумались, хоть это и очень сложно, и далеко не каждый владеющий аспектом Смерти способен на такое. И да, для того чтобы призвать душу, нужно проводить ритуал, а самое главное, что времени со смерти должно пройти немного, а иначе вызвать душу из воронки уже достаточно проблематично, но не значит, что это невозможно.

Телефон девушки зажужжал, и она незамедлительно посмотрела на экран, довольно улыбаясь.

— Кругленькая сумма пришла? — усмехнулся я.

— Ага, — покачала она головой. — Так на какой счёт тебе переводить?

— На личный Имперский, — сразу ответил я, и Агнесса указала рукой в сторону небольшого столика. — И я бы предпочёл, чтобы половину суммы ты оставила себе.

— Почему это? — сощурив глазки, спросила меня девушка. — Я вроде бы ничего такого не сделала.

— Нет, сделала, — покачал я головой, отодвигая стул для графини, а сам присел напротив. — Я бы его и за просто так одолел, а ты добавила этому ещё и небольшой элемент остринки и большую выгоду, так что я просто не могу принять эти деньги полностью. Да и я бы предпочёл, чтобы вместо денег ты мне продала на все деньги мана-мифрила.

— П-ф, — явно задумалась Агнесса. — У меня есть один поставщик, но, как ты понимаешь, этот металл сейчас в большом дефиците на рынке.

— Сильных магов мало, и высокоуровневые разломы уже не так активно защищают, а ведь именно там встречается мана-мифрил и, следовательно, обычный тоже. И этим ты хочешь сказать, что наценка будет просто адской?

— Да, — кивнула девушка, переминая в руках чашку. — В общих чертах сейчас даже с такой наценкой любой мифрил прямо нарасхват, так что, если удастся что-то для тебя заполучить, то это будет в районе нескольких грамм.

— Негусто, — хмыкнул я. — А разве на складах Разумовского не может быть запаса?

— Ты думаешь, что Кира продаст мне мифрил по рыночной цене? — явно задумалась Агнесса. — Можно попробовать, но Кира тоже не дура, чтобы разбрасываться важными ресурсами. Я пока ещё даже не знаю, сколько будет стоить восстановление моего средства передвижения, так что просчитать все переменные сложно. Можно подождать спада рынка, а затем я просто маякну тебе, и ты расплатишься.

— Такой вариант меня вполне устраивает, — я заметил, как графиня положила револьвер на стол. — Ты хотела мне рассказать про свою проблему.

— Всему своё время, — Агнесса взяла меня за руку, и я почувствовал едва заметное вливание энергии, которая вливалась в меня.

Девушка как бы невзначай свободной рукой скинула бретельку чёрного платья.

— Печенье кончилось и мы переходим к основному десерту? — спросил я улыбнувшись.

— Смотри мне в глаза, — продолжила девушка.

— Это немного проблематично, но я с радостью выдержу это испытание, смотря в твои прекрасные зелёные глаза, — слегка придвинулся я вперёд.

Я приготовился к продолжению сюрприза, но то, что сказала в следующую секунду Агнесса чуть ли не выбило меня из колеи.

— Ты сейчас возьмёшь револьвер в руку. Выйдешь на улицу, приставишь дуло к своему виску и нажмёшь на спусковой крючок.

Глава 31

Попал. Крупно так попал!

— Вот как? Что же, — выдохнул я, усмехнувшись. — Я тоже так могу, — улыбнулся, не отводя взгляда от глаз Агнессы, и девушка явно слегка запаниковала, схватив в руки револьвер.

Саламандра, которая всё это время внимательно прислушивалась к каждому действию девушки, выскочила прямо на моё плечо и яростно зашипела на Агнессу, сверкая своим ярко-синим пламенем.

— Саламандра? — слегка ошарашенно пробормотала графиня. — Откуда у тебя фамильяр⁈ Ты призыватель⁈

— Отвечу, как и всем. Так, где взял, уже нет. И нет, я не призыватель, — вздохнул я, смотря на синюю бестию.

Волнуется за мою жизнь. Мысленно отдал приказ скрыться, и она его выполнила. В отражение зеркала позади заметил свой взгляд.

Вроде бы ничего необычного, но синее свечение заставляет призадуматься. Теперь я Абсолют, точнее, получается, всю эту жизнь был, только не знал об этом,