Совершенство - Клэр Норт

занавес падает.

На мгновение путаюсь в его объятиях. Занавес падает, и я смотрю, медленно поворачивая голову набок и глядя вниз сквозь балконное ограждение.

Я – боль, и это нормально.

Шок: острая стрессовая реакция: онемение, амнезия, диссоциативное сознание, раздвоение личности, немота.

Я – свидетель всего происходящего.

Я – мои глаза, которые визжат.

Я вижу воочию:

Женщина в золотистом платье, склонившаяся над телом своего партнера по танцам, все глубже и глубже вкручивающая сломанную ножку от бокала для шампанского ему в глотку. Он уже мертв, но она зачарована игрой стекла и крови, ярко-рубиновыми каплями у него на коже. Они так идут к ее платью, возможно, кто-то сможет сшить что-то в подобной гамме?

Мужчина в алом от крови смокинге с торчащим из ноги икорным ножом, которому все равно, тащит другого мужчину по залу, вцепившись ему в горло. Он доходит до двери, но пугается ее и отпускает свою жертву, но та уже мертва, а он все еще в замешательстве, так что он возвращается на свое прежнее место, переступив через лежащую у двери безглазую официантку, и ищет, сможет ли обрести просветление где-нибудь в другом месте.

Просветление: высшее духовное состояние, отсутствие страданий и желаний.

Женщина, сидящая на корточках рядом с мужчиной, у которого голова болтается на ниточке. Рот и зубы у нее в крови, но она пока довольна и тихонько раскачивается из стороны в сторону. По-моему, я как-то раз видела ее в кино, кажется, она играла несчастную жену в драме из жизни американских пригородов

(моя кровь стекает через край балкона)

(ее не заметят)

Мужчина с оторванным ухом, но это нормально, это не проблема, тихонько бьется головой о стену

раскачивается на каблуках

назад

вперед

бум

назад

вперед

бум

Женщина, затмевающая лунный свет красотой, растерянно оглядывает мертвых и умирающих, замечает кого-то, кажется, знакомого, насаженного на ледяную скульптуру в центре зала. Он умер там после того, как утопил другого мужчину в кубиках льда, и глядите, его жертва лежит под ним, все так же лицом вниз, аккуратно сохраненная в шампанском. Женщина встает. Пересекает зал. Сдергивает с шею лежащего во льду шелковый шарф, затем идет в другую сторону, выискивая, как бы ей лучше повеситься с тремя или четырьмя другими, выбравшими ту же участь.

Девушка, задушенная жемчужным ожерельем.

Мужчина с вонзенной в позвоночник золотой авторучкой.

Визга было не так уж и много. Когда члены Клуба двухсот шести принялись уничтожать друг друга под звуки голоса Байрон, они так увлеклись бойней, что им стало все равно, что их тоже могут забить. С визгом умирали лишь несовершенные, распорядители и официанты, фотографы и репортеры.

Рэйф Перейра-Конрой умер с визгом, как мне думается, забитый насмерть микрофоном, который держал в руках, собираясь произнести речь. Кто бы мог подумать, что таким небольшим устройством можно размозжить так много костей?

Его убийца теперь сидит на полу у него за спиной, скрестив ноги и ожесточенно грызя ногти.

Взгляд Филипы блуждает по залу, встречается с моим, но она явно меня не замечает. Сдается мне, что она больше вообще ничего не замечает.

Видеокамеры в ложе папарацци продолжают запись. «Ютьюб» в ожидании.

Я – свидетельница.

Я закрываю глаза.