Грани - Валентин АТ Дмитриев

Кошка затарабанила по тяжеленной двери. Приглушенно послышались шаги, залязгало. Хлопнула вьюшка.

- Чего тебе?

- Да этого, подкинули, паршиво ему. Откинет копыта, что я с ним делать буду?

- Помрёт тогда и позовёшь. У нас лекарей в штате нету. Одни гроботёсы. А вам обоим и так и эдак лекари не понадобятся! - хохотнул невидимый ключник и закрыл окошко.

- Пожрать принеси! - крикнула Рыжая вдогонку. - Что это значит?.. - Кошка села рядом. - А, Харальд?

- Да хрен его знает. Что угодно. Может, нас просто решили вывести из игры. Ты ведь тоже в Зоне большой вес набрала, соседка. Вот, значит, конкурентов и изъяли.

- Да ну… С такими заморочками?

- Есть другая идея. Что здесь впутались наши комитетчики.

- Кто?

- Ну ФСБ. Мы же, считай, как сами себе князья сидели.

- Вот придумал… Хотя тоже вариант. Не зря же они к тебе подкатили.

Я кивнул. В коридоре снова зашумели, на этот раз шли двое.

- Тихо…

Открылась большая створка. Две здоровенные ручищи поставили на неё широкую миску и двухлитровую бутылку с водой.

- Забирай живее.

Кошка схватила лагман и воду, осторожно поставила на солому.

- Вот уроды. Ни вилок, ни ложек.

- Юшку отпей. Потом руками, чего тут церемониться. Только не к добру это…

- Ты о чём? - Рыжая с шумом втянула через край наваристый бульон и протянула миску мне. - Отравить что ли, хотят?

- Хотели бы, убили сразу. Мы им для чего-то нужны. А теперь давай подумаем отвлечённо. Для чего кормить двух закрытых такой вкуснятиной? Слей-ка на руки.

- Ну… Принесли и вправду как на убой, - хмыкнула Кошка. И подняла глаза. Вода, булькая, полилась на солому.

Зона. Закрытый Город. Арена. Харальд

Это был ход, воистину достойный Древнего Рима. Засунуть в одну камеру двух человек, друг другу хорошо известных и отнюдь не противных, дать им время пообщаться - и выставить на песочек.

Кошку увели утром следующего дня, а через час с чем-то пришли за мной. Два невероятно громадных, накачанных дядьки, рядом с ними я почувствовал себя годовалым щенком, без особых грубостей они отвели меня в пропахшую оружейной смазкой и кожей комнатку, предоставив полную свободу выбора. В иное время я отсюда часа три бы не вылез, но один из верзил коротко прогудел:

- Десять минут.

Десять так десять. Я снял китель, нашёл толстую рубаху из ткани, похожей на мягкую мешковину, надел её прямо поверх тельника. Кожаный чехол, чтобы кольчуга не цеплялась за ткань. И сама кольчуга, добротная, двойной вязки. Легче, чем должна весить стальная, по характерному сизому отблеску похожа на титан. Приехали… На голову нашёл закрытый шлем.

- Эй, шевелись!

Я промолчал, выбирал оружие. Среди разнообразных мечей, топоров и сабель отыскал ятаган с метровым клинком, удобный и острый. Прихватил у выхода небольшой овальный щит, окованный по краям и в центре.

- Топай давай. Тебя уже ждут.

В коридоре, предусмотрительно выставив автоматы, верзилы показали на открытые ворота шагах в двадцати. Солнце, видно кусочек трибуны в девять рядов. И ровно напротив, по ту сторону песчаного круга - фигурка Кошки. Она заплела свою медно-золотую гриву в косу. В руке шашка. Кожаная куртка, усеянная квадратными клёпками.

Я вздохнул, пошёл к воротам. Два дня в подвале, глазам нужно привыкнуть. Тридцать метров диаметре, невысокие трибуны. Две большие гостевые ложи. Народу полно.

Мы сблизились до пяти шагов.

- Ну что, дядька, - мрачно усмехнулась Кошка. - Голова к голове, в обнимку железки в сердце и кто в Валгаллу, кто в ряды валькирий? Или потешим публику?

- Потешим пока. Там видно будет.

Она наскочила на меня, удар пришёл в заранее готовый блок. Ровно настолько заранее, что игру заподозрил бы едва второй из сотни.

Сцепка. Я коротко шепнул: "К ложе" и оттолкнул Рыжую в ту сторону.

Борьба двух таких разных противников выглядела, наверное, забавно. Зрители ревели, глядя как шустрая и лёгкая рыжая девка, подобно лайке, прыгающей на медведя, пытается достать большого и не совсем поворотливого соперника. Мы несколько раз слегка зацепили друг друга, а Кошка эффектно дёрнула головой, стряхнув на меня песок с косы.

Вот и гостевая ложа. Три метра вверх сплошная стена, рядом, на зрительских рядах, охрана. Двенадцать полностью укрытых бронёй стражников. Для антуража при копьях и мечах, но у каждого в кобуре пистолет. Вариант только один.

Кошка, увернувшись, отбежала и показала мне язык, мол, не догонишь. Над головой захохотали. Десять шагов. Я поудобнее перехватил щит и поведя глазами вверх, одними губами сказал:

- Давай, Рыжая.

Она поняла. Короткий стремительный разбег, прыжок. Я рухнул на колено, вскидывая щит и с бешеным рёвом, напрягая все жилы, встал. Лёгкая-то лёгкая, но килограммов шестьдесят в ней наберется со всем барахлом.

Вокруг всё стихло. Девчонка таки вскочила в ложу.

- Всем стоять! Или я сейчас этому уроду яйца отрежу! Охрана вон отсюда!

Я, распихав опешивших охранников, забежал к Кошке. Она бесцеремонно засунула шашку между ног какому-то наряженному хлыщу. Но были здесь и знакомые лица.

- Вот ты ж сучья морда… - я осклабился, увидев главного, Председателя Закрытого Города. Он шарил рукой по поясу, пытаясь нащупать съехавшую назад кобуру. Уткнув ятаган ему в горло, я вытащил пистолет.

- Балаган закрыт, Ёся. Или мы тут сейчас устраиваем народную резню, или вместе с тобой уходим. И не забудь сказать, где мои люди. Шевелись, толстовец хренов!

По отдельному коридору, ведущему прямо из ложи, мы вышли в просторное, вполне современное помещение. Я засунул под дверь ножку стула, перед этим косо её обрубив. В окнах были видны улицы и ряды похожих один на другой домов. Равенство в действии.

- Где мои люди?

- Захватили только тебя, двух солдат и второго водителя. Остальные ушли. Те двое стали палить почём зря, во все стороны, что за оружие у вас...

- Кто приказал? - я посмотрел на Кошку. Она вела своего пленника на шашке.

Председатель заёрзал глазами.

- Я его не знаю. Прилетел на таком страшном самолёте, чёрном, большом. Но он человек, я клянусь.

- Не торопись клясться. Он должен ещё раз прилететь, я прав?

- Сегодня, да. Через полчаса. Я должен