Контора Игрек - Антон Орлов

– Он не полезет в драку. Он или заберет энергию, или воспользуется своими лярнийскими приемами – одно прикосновение, и человек в обмороке, никакого парализатора не надо.

– Тем лучше.

«Глаза, темные от тоски. Нет, они у него просто темные, сами по себе, а тоска – выражение, которое в последнее время никак из них не исчезает».

– Если бы с нами был Стив, на Вьянгасе все бы вышло иначе. Я бы такого не натворила.

– Против тебя не выдвинуто никаких обвинений. Я специально смотрел, я же изучал галактическое право. Защита от особо опасной формы терроризма – состава преступления нет. В Сети, кстати, полно адресованных тебе открытых писем от родителей тех ребят, которые на Вьянгасе оказались в зоне поражения. Почитай – может, хоть тогда перестанешь из-за этого переживать. И еще официальное письмо от тергаронских властей, они тебя к какой-то награде представили, потому что тергаронцы тоже там были.

– Но я-то знаю, что рубить в лапшу людей Маршала было незачем. Я просто озверела, как кот из того древнего мультика – помнишь, мы смотрели?

– Все они были убежденные конторские террористы, готовые пойти за Маршалом до конца. Таких, как Зойг или Роберт, среди них не было.

– Хуже всего то, что Маршала я упустила. Если бы он не ушел, я бы ни о чем не жалела.

– Я его найду, как в прошлый раз нашел.

Где-то в глубине дома Хинар включил музыку, такую же прозрачную и зыбкую, как туман за приоткрытым окном.

– Фласс… – пробормотала Тина.

– Что ты ругаешься, как Лиргисо? – удивился Поль.

– Я не ругаюсь. Это для энбоно ругательство, а вообще-то – имя лярнийского океана, который может проникать в другие измерения. Надо попробовать через него связаться со Стивом. На Незе у него точка выхода в районе Орибского архипелага…

– Идем, – Поль, сидевший на каменных перилах террасы, рывком встал.

– Куда?

– Возьмем машину и полетим на Орибы.

– Прямо сейчас?

– Да. Пока Лиргисо куда-то смылся. Он сразу почувствует, что мы от него что-то скрываем, а если узнает об этой идее – постарается помешать.

– На тебе его метка.

– Ага, надо снять и оставить здесь, у меня в комнате. Сможешь найти?

Аэрокар плыл сквозь туман, внизу время от времени мелькали оконца темной воды, просвечивающие сквозь молочную дымку, – единственный признак того, что машина куда-то двигается, а не зависла на месте. Полетом управлял бортовой компьютер, Тина и Поль сидели как пассажиры.

– У нас получится? – Тине пришлось сделать над собой усилие, чтобы нарушить молчание.

– Не знаю.

– Клисс, тук-тук, к вам стучится хорошая новость! – с порога объявил румяный и жизнерадостный, как распорядитель на свадьбе, менеджер корпорации «Иллюзориум». – Вы не вернетесь в тюрьму, у вас теперь есть интересная работа!

Саймон забился в угол и оттуда глядел на визитера со всякими нехорошими подозрениями. Уже было… Сперва Лиргисо предложил ему «интересную работу», потом – деятели из «Конторы Игрек». Ну когда же его наконец-то оставят в покое?!

– Не надо меня на работу принимать, – пробубнил он уныло, без особой надежды на успех. – Типа сами не обрадуетесь. Опасный я очень. Или что-нибудь подорву, или кино про вас такое сниму, что вся Галактика ахнет. Короче, сделаю пакость, я не могу иначе.

– Вот-вот, как раз такой персонаж нам и нужен! – Менеджер излучал энтузиазм и деловую эйфорию. – Вы, Клисс, будете изображать телеведущего – неврастеника, тайного пакостника, прирожденного черного пиарщика, любителя трупов, дерьма и криминальных кошмаров. По рукам?

– Такого телеведущего никто не станет держать, чтоб не разориться на штрафы, – резонно возразил Саймон.

– Это сейчас не станут держать, – посетитель уселся на единственный в камере стул, привинченный к полу. – В нашем цивилизованном мире. А я говорю о диком прошлом, о древней Земле на рубеже двадцатого – двадцать первого века. Мы раскручиваем «Проект ЗИП», это значит «Земля – Исторический Парк», и вы будете играть роль телеведущего в городе-музее, для воссоздания колорита эпохи. Мы все уладили, внесли за вас гарантию. Работа несложная: будьте самим собой – это единственное, что от вас требуется.

Саймон слушал и постепенно оттаивал: получается, что справедливость, в которую он не верил, все-таки существует и его страдания будут вознаграждены. Жратва как в ресторане; первоклассное медицинское обслуживание; комфортабельное жилье; охранять будут, как президента, поскольку «Иллюзориум» берет на себя ответственность за то, чтобы Саймон Клисс не сбежал из своей золотой клетки.

– Когда вы меня туда засадите, в этот город-музей?

Оказалось, не так скоро. Сперва надо все построить, набрать персонал и разрекламировать Землю-Парк – на это уйдет полтора-два года, не меньше. Зато у Клисса будет время, чтобы основательно изучить свой исторический период, познакомиться с сохранившимися видеоархивами конца двадцатого – начала двадцать первого века.

– Вы пока нужны Космополу, – добавил менеджер. – Космопол совместно с тергаронскими военными готовит операцию по уничтожению Маршала, бывшего главы «Конторы Игрек».

– А терганонцы каким боком тут замешаны?

– Вы разве не слышали о психотронном теракте на Вьянгасе?

Саймон ничегошеньки не слышал, ведь жадюги-охранники так и не вернули ему видик.

– Там пострадали тергаронские солдаты, и теперь их правительство рвет и мечет, – менеджер все с тем же деловито-жизнерадостным видом покачал головой. – Отдавить мозоль тергаронским воякам, какая глупость! Вы понадобитесь им как консультант.

Саймон осторожненько ухмыльнулся. Вот так-то, Саймон Клисс в цене, всеми востребован… А те недоумки-космополовцы на Аглоне еще не хотели за него деньги платить!

– …Раз меня до сих пор не выбросило – значит, мне удалось договориться с вашей Вселенной. Или скорее замаскироваться так, чтобы ее защитные механизмы перестали реагировать на меня как на раздражитель. Кое-чего я делать не должен, иначе они опять проснутся, и все начнется по новой.

Спокойное серебряное море под ночным небом. Небольшой островок, сплошная скала, залит звездным светом, и Стив выглядит совсем как обыкновенный человек: высокий, жилистый, широкоплечий, с неправильными чертами длинного худого лица и немного искривленным носом. Такой же, каким он был до облака Тешорва, пока не начал превращаться в живую голограмму. Прижавшись к нему, Тина почувствовала тепло его кожи и знакомый слабый запах пота, а Стив привычно провел пальцами по ее спутавшимся волосам. Словно не было ни воронки посреди пыльного аглонианского плато, ни Вьянгаса.

…Фласс отозвался сразу. Как будто прямо у тебя в голове кто-то чужой произносит странные ломаные фразы, вперемешку с ними возникают картинки, и вдобавок – ощущение чего-то мощного и громадного, как бескрайний лес или океан.