Пандемия - А. Дж. Риддл

Дверь домика распахнулась прежде, чем Десмонд успел вскочить с места. Вошедший, целясь в него из пистолета, быстро преодолел расстояние до дивана. Незнакомец покосился на затылок Пейтон, положившей голову на плечо Десмонда.

Женщина обернулась и застыла на месте.

– Папа!

Пейтон вскинула руки и заключила отца в объятия, не обращая внимания на оружие в его руках. Она сжала отца с такой силой, что у того чуть не вылезли глаза из орбит. Уильям был высок, короткие седые волосы аккуратно расчесаны, лицо изрезано морщинами, на покрасневших от ветра щеках – многодневная щетина. Он с трудом удерживал слезы счастья.

События последней недели заставили Десмонда усвоить данный в письме совет – никому не доверять. Он незаметно нашарил под одеялом пистолет.

Уильям приподнял свой ствол.

– Не стоит, Десмонд.

Пейтон оторвалась от отца, переводя взгляд между двумя мужчинами.

– Эй, мы не враги.

Уильям внимательно следил за каждым движением Десмонда.

– Это мы скоро узнаем. Возьми у него пистолет, Пейтон. Отдай его мне.

Стоя между отцом и любимым, женщина заколебалась. Она протянула руку, отбросила одеяло и вынула пистолет из наплечной кобуры Десмонда. Заслоняя бывшего любовника своим телом, Пейтон повернулась к отцу и выставила ладонь – всего в нескольких сантиметрах от ствола.

– И ты свой отдай, папа.

Уильям оценивающе взглянул на нее и наткнулся на не допускающий возражений взгляд, так хорошо знакомый Десмонду. Улыбнувшись краешком губ, он отдал пистолет дочери.

– Ты следил за нами, – предположил Десмонд.

Уильям отошел от окон и прислонился к каменной стене.

– Да.

– Почему?

– Из-за тебя.

– Не понял.

– Я собирал информацию о «Китионе» более тридцати лет, с момента чистки. Я – единственный, у кого есть хоть какой-то шанс остановить их. Теперь, когда «Зеркало» готово к запуску, они не могут позволить себе оставить меня в живых. Нетрудно догадаться, что ко мне кого-нибудь подошлют. Причем не случайного человека, а такого, кто способен предъявить единственный в мире весомый довод, который убедил бы меня подпустить к себе этого человека.

Уильям взглянул на Пейтон, давая понять, что она и есть тот самый убедительный довод и что Десмонд им воспользовался, чтобы выйти на него.

– Я не собираюсь тебя убивать, – ответил Десмонд. – Совершенно наоборот. Я больше всего на свете хочу помочь остановить их. Но я не единственный, от кого требуются объяснения. В 1991-м тебе прислали посылку. Значит, точно знали, где тебя искать. Почему тогда не уничтожили?

– Я много размышлял об этом последние двадцать пять лет.

– И?

– Когда мне станет ясно, что тебе можно верить, я расскажу, почему, как я думаю, мне сохранили жизнь.

Пейтон положила пистолеты на кухонный стол.

– Давайте уж верить друг другу прямо сейчас. У нас мало времени.

Она закашлялась, с трудом переводя дыхание.

«Ей становится хуже», – подумал Десмонд.

Уильям, бросив на дочь внимательный взгляд, тоже все понял.

– Да, время, разумеется, играет роль.

Пейтон указала на письмо.

– Начнем с начала, папа. Ведь ты писал это для Десмонда? С какой целью?

– Три недели назад он связался со мной по интернету. Я создал несколько веб-сайтов и подставных лиц, связанных с прежними проектами «Китиона». Они служили тропинкой, ведущей ко мне на случай, если кто-нибудь выйдет из подполья. – Уильям кивнул на Десмонда. – Однако нашел меня почему-то он. Сообщил, что «Зеркало» вступило в заключительную фазу, что его обманывали, обещая совсем не то.

Уильям повернулся к приятелю дочери.

– Ты сказал, что остановишь их, выведешь на чистую воду. Попросил о встрече. Я отказал, предложил сначала сделать публичное сообщение. Мне не хватило доверия. Я расценил это как возможную попытку выманить меня перед тем, как «Зеркало» будет запущено в дело. Поэтому дал тебе координаты в лесу.

– Где мы обнаружили железную коробку.

– Верно. Под ней заложено сорок пять килограммов взрывчатки Си-4. Не появись ты в компании Пейтон, тебя разорвало бы на мелкие кусочки.

Десмонд оглянулся на спутницу.

– И на том спасибо.

– Я подозревал, что ты возьмешь ее с собой в качестве приманки, но сначала должен был убедиться, что так и случилось.

– Ты позволил нам прочитать свою историю, чтобы увидеть, как я отреагирую?

– Да. – Уильям подошел к Пейтон. – И чтобы объясниться. Бо́льшую часть письма я написал для тебя, Пейтон, еще много лет назад. И для твоей сестры. Я хотел, чтобы вы узнали, что произошло на самом деле. Миллион раз раздумывал, не отправить ли его тебе, но риск был слишком велик. Я решил, что тебе лучше жить в неведении, чем погибнуть ради успокоения моей совести.

– Папа…

Пейтон опять заплакала. Уильям обнял ее.

Десмонд кивнул: все сходилось. Разрозненные кусочки мозаики встали на свои места.

Уильям выпустил дочь из объятий и вперил взгляд в Десмонда.

– Что случилось после того, как ты вышел на меня?

Десмонд почувствовал, что его еще испытывают, не верят до конца. Он начал рассказывать о своих злоключениях начиная с того дня, когда неделю назад очнулся в отеле «Конкорд».

– В сообщении содержалась фраза «скажи ей» и номер телефона Пейтон.

– Скажи – о чем?

– По-моему, теперь я разобрался.

Предваряя объяснение, Десмонд решил выложить все факты. Он описал встречу с журналистом, захват и заключение на борту «Кентаро Мару». В общих чертах передал историю побега с Эйвери, спасения Ханны, восстановления приложения Labyrinth Reality в Дадаабе.

– В Берлине приложение не имело входов или координат, однако в Дадаабе оно выдало местоположение указанного тобой места.