Шестое вымирание - Джеймс Роллинс

29 мая, 23 часа 29 минут по Тихоокеанскому летнему времени

Йосемитская долина, штат Калифорния

– Получилась не совсем та свадьба на берегу, о которой ты мечтала, – сказал Пейнтер, в одной руке нянча стакан с односолодовым виски, а другой обнимая любимую женщину.

– Все было замечательно, – крепче прижалась к нему Лиза.

Оба уже переоделись в повседневную одежду и уютно устроились на мягком диване перед массивным камином в главном зале гостиницы «Авалини». Гости расходились: кто поднимался к себе в номер, кто возвращался в город.

Бракосочетание состоялось на закате, на празднично расцвеченной просторной лужайке, среди изобилия цветов, в том числе любимых Лизой хризантем, с бордовыми лепестками с золотой окантовкой. Гостиница даже закрылась на время, в знак благодарности за то, что молодожены сделали для спасения долины. Впрочем, такая щедрость оказалась возможна потому, что туристы слишком медленно возвращались в эти места.

Биотерроризм и ядерные бомбы…

Потребуется какое-то время, чтобы восстановить добрую репутацию здешних мест, зато так оказалось гораздо проще устроить в самый последний момент праздничную церемонию. Лиза и Пейнтер ждали, когда Джош поправиться настолько, чтобы принять в ней участие, продемонстрировав новенький протез, последнюю разработку специалистов УППОНИР. За столом у них с Монком появилась новая общая тема. Младший брат Лизы проявил поразительную стойкость духа и даже всерьез намеревался вернуться в горы, к новым испытаниям.

И, наконец, это место было выбрано из-за его близости к озеру Моно, где по-прежнему продолжались работы по расчистке и наблюдению. Лиза трудилась в тесном контакте с вирусологом доктором Эдмундом Дентом и его командой. В свою очередь, Пейнтер воспользовался этой возможностью, чтобы провести время вне своего кабинета, вместе со своей невестой. С ежедневной рутиной справлялась Кэт. Правда, на эти выходные пришлось отлучиться и ей.

Они с Монком удалились к себе в номер сразу после ужина, уводя с собой двух дочерей. Рано утром им предстояло вылететь домой. В их отсутствие крепость в Вашингтоне остался охранять Грей, вынужденный находиться недалеко от дома по личным причинам.

А что касается других гостей…

Попыхивая сигарой, к молодым подсел Ковальски, с перекинутым через руку пиджаком и расстегнутыми двумя верхними пуговицами сорочки.

– Кажется, здесь курить запрещается, – предупредила его Лиза.

Достав окурок, великан смерил его долгим взглядом.

– Ну же, она ведь кубинская. Ничего более торжественного не придумаешь!

К ним подошла Дженна с Никко на поводке.

– Пойду прогуляюсь, – сказала она, направляясь на улицу. – Точнее, это Никко нужно прогуляться.

Как и Джош, лайка полностью поправилась и даже получила медаль за свой подвиг.

Хмуро проводив их взглядом, Ковальски покачал головой.

– Сначала Кейн[19], теперь вот эта псина… Скоро «Сигме» придется строить собственную псарню. – Он указал сигарой на Кроу. – И не думайте – я за ними убирать не буду!

– Договорились.

Кивнув, Джо удалился, окруженный облаком табачного дыма.

Вздохнув, Пейнтер протянул Лизе руку.

– Может, и нам с тобой тоже пора уходить?

– Разумеется. – Лиза накрыла его руку своей. – Но ты ведь не собираешься ложиться спать?

Пейнтер нежно привлек ее к себе и поцеловал, оторвавшись только для того, чтобы сказать:

– О каком сне может идти речь? Нам нужно создавать семью!

30 мая, 6 часов 36 минут

Ли-Вайнинг, штат Калифорния

Дженна направлялась по шоссе номер 395 в центр города на своем новом пикапе «Форд Ф-150» с только что наклеенными на двери звездами службы охраны национальных парков штата Калифорния. После всего случившегося машина была подарена ей департаментом. В салоне до сих пор пахло свежим кожзаменителем.

«Впрочем, долго машина такой не пробудет».

Устроившийся на заднем сиденье Никко ткнулся мордой Дженне в ухо. В обычной обстановке девушка строго отчитала бы его, однако сейчас она подняла руку и почесала ему шею. Хотя физически лайка полностью восстановилась, чуткий глаз Дженны до сих пор замечал признаки посттравматического стресса. Собака постоянно льнула к своей хозяйке и не ввязывалась ни в какие авантюры. И все же постепенно Никко приходил в себя.

«Как и я сама».

Дженна прекрасно помнила то ощущение, когда она словно ускользала от себя, теряясь в густом тумане, который заполнял ее сознание, стирая все остальное.

Даже сейчас девушка ежилась от этого жуткого воспоминания. Она ловила себя на том, что то и дело проверяет себя. Вот она забыла ключи; не есть ли это свидетельство необратимых изменений, происшедших в головном мозге? Вот она никак не может подобрать нужное слово, вспомнить адрес или номер телефона. В чем тут дело? Все эти мелочи приводили ее в замешательство.

Поэтому Дженна взяла за правило вставать с восходом солнца. Она всегда любила бывать ранним утром на озере. Солнечные лучи расцвечивали зеркальную гладь воды мириадами оттенков, меняющихся вместе с временами года. Улицы в это время еще оставались пустынными, а в туристический сезон поселок только начинал пробуждаться, зевая и потягиваясь.

Утренняя тишина всегда давала Дженне возможность подумать, собраться с мыслями. А сейчас ей это было нужно как никогда.

Но теперь раннее утро имело для нее еще одно значение.

Взяв рацию, девушка связалась с диспетчерской.