Аврора. Заря сгорает дотла - Кейт Андерсенн

Ро отстранилась: лицо ее горело румянцем, а сердце пело.

— Наверное, у этого зелья есть побочные действия… — пробормотала она, схватила дознавателя за руку и потащила прочь. — Во дворец это куда? Сюда?

Заметает «следы». Фаррел усмехнулся.

— Исмея молодец — ты видел, как люди на нее смотрели? Как на императрицу. И мы это сделали, Фарр, теперь у ОК есть шанс по-настоящему объединиться, и даже без всяких общих мередианов и маяков…

Ее снова повело в сторону. Фарр придержал. Ро схватилась за голову, мотнула ею и неловко усмехнулась.

— Теперь и умереть не жаль.

— Эй, заря, что за речи!

— Зорям полагается сгорать в положенный час… И это самый подходящий час… Ты… проследи, чтоб фестиваль завтра хорошо прошел, ладно? Площадь уже готова… Грустно, что не увижу, как это, да и лавку жалко…

— Я тебе дам лавку! А меня?

Фарр остановил ее и встряхнул за плечи. Голова Ро свесилась вбок, но она старалась сражаться изо всех сил.

— Так что, дознаватель, давай думать… — вскинула она палец вместе с подбородком и хохотнула, увидев, как он полон отчаяния. — Будто пьяная… А может, просто эти два зелья не компатебильны?..

— Не компа… что?

— Несовместимы. Ладно… Думаем…

Фарр тем временем подхватил ее на руки и спешил куда-то. Куда — для Ро уже не слишком имело значение: она обнимала его за шею и вещала:

— Им бы империю уничтожить, а меня зачем? Если убить — так тысяча способов проще. Опять же, яд вместо зелья… Увезти? Если любовь не прокатывает — а она не прокатывает — то я им зачем-то нужна, причем в полной зависимости… Гадость какая! Да я и вправду лучше умру! Но что же они сделать собираются, Фарр?.. Думай… Потому что я как-то уже не очень могу.

Идеальное свидание.

Глава 34. Финал первого тома: о дне всех королев, психотропах и мысе Несломленной Веры

Стольный город, раннее утро второго орботто. Дворец Чудесного Источника, башня тайной канцелярии.

Спасла цикорра. И контрастный душ. Но сначала цикорра.

Дворцовый повар Кунст на рассвете уже замешивал хлеб, как и полагается примерному работнику кухни. На дознавателя «француз» поглядел волком с высоты своих метр-с-кепкой, но при виде полуживой Авроры, показательно сваленной на лавку, смягчился. Раз это для «героини ОК», то соль он подсыпать не станет. А узнав в чем дело, еще и накормил булочками с вишней со вчера, заявив, что еда — лучшее противоядие сну, и пусть тут темные светлости не возражают, ибо что им понимать о мире живых дано, когда они сами давно мертвы? И вот таков его рецепт — побольше еды, пока Квилла Мель там копается и думает над противоядием.

Конечно, в нежных лучах занимающегося дня кружилась мучная пыль, и нельзя было не вступиться за несправедливо обиженную личность: взбодрившись мягкой, чуть ореховой цикоррой, Ро сообщила, что Фарр, вообще-то, ей в любви признался, а еще все чаще сердится, вот по-настоящему, и волноваться умеет, а это все признак…

Дознаватель тогда извинился, что она несет бред из-за не компа… то есть, несовместимости цитрусового зелья и этой песочной гадости. Но Кунст все равно посмотрел на Вайда с хитрой одобрительной улыбкой.

А что — эмоции прорываются на свет маяка Видящего. Тактическая карта в ледяной душе командора сменяется веером игральных. Тогда и булочки для него такого не жалко.

В общем, из купальни в башне тайной канцелярии, увешанной ловушками, Ро вышла более или менее живая. Со вполне реальной надеждой, что фестиваль королевы Мерче она успеет увидеть, пусть и на площади Увядших Роз, где после, вероятно, казнят Таурона. Какая мерзость.

Или, может, не казнят. А отправят на рудник — все полезнее. Но ведь его там деревья вызволят. Или нет?..

Деревья, вообще — они на чьей стороне?.. Ясность мысли вернулась не в полной мере, Аврорик. Факт.

В шикарное платье Спящей красавицы облачаться не хотелось, но браслет с ларипетрой Ро натянула побыстрее. Все еще обернутая полотенцем, огляделась: стол, стул, узкая кровать, шкаф. Педант и зануда — ну, да. И все ведь темное, как его светлость… Его великолепная светлость… Тихонько взвизгнула и засунула нос в дознавательский шкаф. Рубаха и штаны. Улыбнулась воспоминаниям с «Искателя». Ах — скажите, пожалуйста — вот и толстовка Нелло «отвали», какой Фарр у нас сентиментальный. Аврора притронулась пальцами к серому плотному полиэстру. Как же невообразимо давно это было…

Жив ли ты, неаполитанец?..

Пальцы нащупали что-то под молнией кармана. Ах, она ведь тогда подобрала пузырек… Аврора открыла карман, на ладонь выкатился мелкий «пробник», наполненный синей жидкостью.

В открытое окно влетел Арчи, закружил по комнате. Начал кричать беспокойно, и все вращал желтыми глазами. Аврора сначала шарахнулась, но потом несмело протянула руку.

— Что там, Арчи?.. Не кричи так-то…

А то в глазах двоится. Куда же Фарр запропастился?

Сокол издал еще один воинственный писк и приземлился прямехонько на ее браслет. Растопырил крылья и прокричал что-то едва не в лицо.

— Ладно, ладно, я посмотрю, — пообещала Ро и стащила с его лапы записку. — От Квиллы? Ну, ладно, от Квиллы и прочитать можно, тут ничего государственного быть не должно. Разве что Таурон что рассказал…

Так убалтывая себя и Арчи заодно, она развернула клочок бумаги. Ровным каллиграфическим почерком докторица сообщала:

«Привет, мальчик Фаррел,

В состав сыворотки входит древний костяной порошок. Не представляю, какому существу он принадлежал — для исследований нужна экспедиция далеко в горы, и гарантий ее успеха нет, как и возвращения. Без представления о его свойствах противоядия изготовить я не смогу.

Могу предложить пока симптоматическое лечение: цикорра, цитрусовое зелье.»

— Ага, — буркнула Аврора, — насчет цитрусового — спасибо на добром слове.

«Зелье морской соли тоже могло бы помочь — это самый мощный известный мне энергетик. Раз ее организм борется сам, то зелье