Поступь Империи - Михаил Алексеевич Ланцов

— На это сложно возразить, — согласился Дефо, — но как же высокое искусство?

— Высокое искусство… — покачал головой царевич. — Где вы и слов-то таких набрались? Просто делайте свою работу хорошо…

Эти споры возникали регулярно.

Можно даже сказать — часто. Но каждый раз разбивались о суровые скалы непокобелимости главного героя. Разводить шоу с творческой интеллигенцией, которая занимается черт знает чем за казенные деньги, он не собирался…

Однодневная конференция прошла достаточно спокойно, и в чем-то даже скомкано. Первый блин он редко бывает удачный.

Но она прошла.

А потом начался традиционный в таких делах банкет. В понимании Алексея. Он-то с высоты веков прекрасно знал, что нередко именно банкет является гвоздем программы. Вот и решил его организовать от души, с размахом, и посмотреть на то, как кто себя ведет в поддатом состоянии. Так сказать, на будущее. Инженеров и мастеров он тоже через такое испытание прогонял. Ведь, как известно, что у пьяного на языке…

Сам же он не пил практически по своему обыкновению. Так — пригублял. Все больше смотрел и слушал…

В зале появился один из доверенных людей Миледи. И аккуратно, без спешки и не привлекая лишнего внимания, подошел к царевичу, шепнув тому на ушко:

— С Нартовым беда.

Алексей ему кивнул и также тихо и спокойно вышел следом. Хотя банкет уже жил своей жизнью и, в общем-то, в нем не нуждался. Вон — споры о литературе потихоньку переходили в острую фазу: кто-то пытался таскать друг друга за бороды…

Отошли в сторонку.

— Что случилось?

Уже через пять минут царевич, быстро одевшись, ехал на разборки. Этакую импровизированную стрелку, если это так можно назвать. С двумя десятками лейб-кирасир и Герасимом.

Верхом.

На рысях.

Быстро добрались.

Уже было темно, но в особняке, на который ему указали, горел свет. И явно там спать не собирались. Да и ворота перед ними распахнули, словно ждали.

— Му? — грозно спросил Герасим у слуги.

Тот сжался, узнав голову лейб-кирасир, но выдавил из себя:

— Так… заприметил я вас. Как дверь не открыть? — и спешно добавил: — Там они, там. На первом этаже.

— Жив еще? — спросил выехавший вперед царевич, отчего слуга заробел еще сильнее. Но смог ответить:

— Семейный совет там. Пока не порешат, чего ему сделается? Помяли только.

— Не нравится мне это. Всем проверить оружие. Готовится к засаде.

— Му? — спросил Герасим у Алексея.

— Мне лучше с вами быть. И не так уж нас много, чтобы разделяться. Все готовы?

— Да-да… — хором прошептали лейб-кирасиры.

Царевич кивнул.

И Герасим взял командование на себя, отдавать распоряжения жестами. Бойцы спешились, оставив коней подбежавшим слугам. Бледным как смерть, что особенно ярко проступало в окружающем сумраке. И ринулись вперед. Быстро. Решительно. По отработанной схеме.

— МУ! МУ! — рявкнул Герасим, врываясь в числе первых в зал, где шел семейный совет.

Вроде и смешно.

Наверное.

Должно быть.

Но вид влетевших в зал лейб-кирасир в «полном фарше» и особенно Герасима к улыбкам не располагал.

Лицом в пол не уложили. Нет. Но это и не требовалось. У каждого из ворвавшегося лейб-кирасира в руках было по паре револьверов. Чего за глаза было достаточно, чтобы в считаные секунды положить всех присутствующих. А стрелять они умели. И об этом отлично знал каждый человек в Москве и не только.

— И что здесь происходит? — поинтересовался, входя Алексей. — Мне сообщили, что одного из моих лучших инженеров похитили и увезли сюда. Это, я надеюсь, просто недоразумение?

— Алексей Петрович, — осипшим голосом произнес старший, не решаясь встать с кресла. Просто чтобы не провоцировать лейб-кирасир. И смотря не в глаза царевичу, а в дуло револьвера, направленного на него. Сказал и осекся. Потому что от дальней стенки донеслось:

— М-м-м! М-м-м!

Там лежал на полу кто-то прикрытый тряпицей. С кровоподтеками. И дергался. Судя по узору движений — явно связанный.

— Проверь, — скомандовал царевич Герасиму.

Тот показал несколько жестов и один из бойцов выполнил приказ.

Раз.

И из-под тряпки извлекли Нартова. Изрядно помятого, крепко связанного и с кляпом во рту.

— Очень интересно. Даю вам одну попытку объясниться.

Старший собрался с духом и выдал единым порывом, что этот мерзавец посмел залезть под юбку его внучке. Дочери наследника. Опозорил ее и все семейство…

— Довольно, — остановил его царевич и, обращаясь к Нартову, поинтересовался, — по любви?

— По любви, — тихо ответил он. Говорить ему было трудно из-за слишком долгого нахождения кляпа во рту. А может и еще какая причина — вон челюсть как трет да мнет, может и туда прилетело.

— Врет он! — взвился старший.

— Девицу позови. — холодно произнес Алексей.

Тот хотел было возразить, но не решился.

Чуть помедлил.

Крикнул служанку. Распорядился. И та убежала куда-то выполнять.

Минуты через три спустилась она — дама сердца незадачливого инженера. Заплаканная, отчего с немало припухшим лицом.

Зашла.

Сразу не поняла, что к чему.

Лишь секунд через пятнадцать ойкнула, испуганно начав озираться.

— Мил девица, как тебя звать? — спросил царевич.

Она повернулась на голос и вздрогнула. Видимо, окончательно осознала всю глубину глубин в сложившейся ситуации.

— Настасья. — прошептала она.

— Скажи мне Настасья, по любви ли ты была с Андреем? Только крепко подумай. Судьба его решается.