Поступь Империи - Михаил Алексеевич Ланцов

— А как же его поддержка христианства?

— Это игра, не более. Принц безгранично ужасен.

— И вы, при такой оценке, не считаете его причастным к этому убийству? — невольно улыбнулся император.

— То, как его люди расправились с Кольбером или иезуитами в Речи Посполитой, показывает их высокий уровень подготовки. Он мог. Но у него нет мотива. Скорее его интересы в обратном. И я не удивлюсь, если его люди уже носом роют в поисках настоящего виновника. Тот ведь и ему все планы сломал.

— Хорошо. Но кто тогда?

— Филипп II герцог Орлеанский. Смерть короля Испании и цезаря империи Запада ему выгоднее всего. Более того — он мог. После смерти Кольбера он окружил Людовика своими людьми и через Дюбуа держит все ниточки всех шпионов Франции.

— И Людовик его не подозревает?

— Увы… Дюбуа сумел убедить Людовика в том, что его внука убили мои люди. И мотив придумали. Дескать, кризис власти в империи Запада позволит церкви что-то выиграть.

— А разве нет?

— В краткосрочной перспективе — да. Но церковь не живет одним днем. Захват силами христианства северной Африки, Балкан и Леванта с Малой Азией для Римской католической церкви не в пример выгоднее. Важнее. Нужнее. Ради этого мы готовы на очень многие жертвы.

— Хорошо. — покивал Иосиф. — Но вы ведь приехали не просто это обсудить? Что вы предлагаете? Я вас внимательно слушаю.

— Кризис власти в империи Запада теперь не избежать. А у христианской церкви остался последний защитник — вы из-за стремления французов, а теперь и испанцев отделится и обособится. Бурбоны они всегда Бурбоны! — раздраженно развел руками Папа. — Поэтому, когда этот кризис случится, я хотел бы надеется на то, что вы займете Италию. Ибо иное грозит для Рима катастрофой и новым пленением Пап.

— Я и так контролирую большую часть Италии.

— Но не всю…

После чего изложил свой план предлагаемой сделки. Реальной военной силы у Святого престола не имелось. Точнее она не представлялась подходящей для отражения французского вторжения. Повторения новых, крайне разорительных для Италии войн, которые сотрясали ее весь XV век и частью примыкающие, никто там не хотел. Включая Папу и римскую аристократию. Вот они и согласились — воссоединится с империей на особых условиях…

— А если империя Запада устоит?

— Можете быть уверены — с Филиппом Орлеанским этого не произойдет. Он ведь главный ее противник во Франции, через что возглавляет самый влиятельный круг аристократов, недовольных ростом влияния испанцев, которое начнется, если именно сын Филиппа V Испанского возглавит империю. Так что нет…

— А если решить вопрос с этим Орлеанским?

— Это ничего не изменит. За ним ведь стоят почти все аристократы страны. Никто из них не хочет делиться властью с испанцами. Преставится Филипп? Найдут кого-то иного.

Иосиф Габсбург задумался.

Ситуация выглядела крайне грязно, но интересно… слишком интересно. Ведь кое-какие свои обязательства Людовик выполнил и позволил Габсбургам присоединить ту же Баварию к своим владениям. А Италия, согласно уговору, должна был отойти империи Запада. Терять же ее не хотелось совершенно. Особенно сейчас, когда удалось захватить Балканы. Да, там все было сложно. Да, османов таки и не добили, вытеснив в Малую Азию. Но удержание Италии позволяло рассчитывать на продолжение войны и возрождение империи Востока в ее величии. Пусть и не сразу…

Иосиф закрыл глаза и потер лицо.

Он думал.

Напряженно.

Папа ждал. Он уже сказал что хотел и теперь наблюдал за реакцией собеседника…

Глава 5

1714, июнь, 28. Москва

Петр Алексеевич энергично вошел в небольшую комнату и рухнул на диван. Всем своим видом демонстрируя усталость.

Следом входили и размещались остальные.

Каждый, если приглядеться, ярко и самобытно. Вот Алексей с лаконичными, несколько чопорными и в чем-то экономными движениями. Вот Миледи, которая шла плавно, словно кошка…

Только что закончились переговоры с джунгарами. Долгие. Сложные. Они вместе воевали с Цин, поэтому было бы недурно скоординировать усилия. Союза джунгары в явной форме не искали. Дружбы — да, но не союза. Их лидер стремился сохранить максимальную независимость своей державы.

Российская сторона также была заинтересована в расширении сотрудничества. Поэтому переговоры с красивыми, но ничего не значащими формулами, почти сразу перешли в банальный торг. Как там было? «Это тебе. Это мне. Это опять тебе. Это обратно тебе. Это все время тебе…» Одна беда — джунгары мыслили примерно так же. И рассчитывали взять побольше да унести подальше.

Потно было.

Тяжело.

Сложно.

Еще и языка друг друга никто не знал и работали через переводчиков. Причем джунгары приехали со своими, а русские выставили своих.

Но обе стороны хотели договориться и у них все же таки получилось. Хотя и настрадались…

Главным итогом переговоров стало урегулирование ситуации с жузами улуса Золотой орды. Их уступили России за поставку большого количества оружия. Как артиллерии, так и стрелкового. Гладкоствольных, как и карабинов с мушкетами да пушками. Но для джунгар хватало и их. По сути, средний и большой жузы выкупили за сто двадцать тысяч «стволов» различного ручного оружия и сотню 6-фунтовок железных. России такая армия значимо не угрожала, но вот для всех остальных могла стать очень серьезной проблемой.

На том и разошлись.

Семь часов торговались!

Семь!

Казалось, что еще немного и до драки дойдет. Но нет. Джунгары просто вели себя как равные и не собирались уступать ни в чем просто так…

— Как же они достали! — раздраженно воскликнул Петр.

— Зато сколько