Арлекин - Демид

- Этого же отпустили – кивнул тренер на казаха. Хотя он другое дело. Тогда где так научился японскому?

Я попытался сохранить невозмутимое лицо, но чувствовал, что эмоции прорываются сквозь нацепленную маску.

- По словарю – наконец выдал я, смотря в чашку.

- По словарю трудно так выучить. Сато говорит, что у тебя идеальное произношение.

- Он значит из Японии? – уточнил я на всякий случай.

- Точно, из нее самой. Сато внук моего учителя. Решил мир посмотреть. Сейчас это у него четвертая страна.

Я удивленно приподнял брови, скосив глаза на японца.

- У учителя много учеников из разных стран – с гордостью сказал Иван Петрович - он удостоил меня чести, принять в гости своего внука.

- Тебя как зовут? – спросил меня японец.

- Демид – ответил я, сосредоточив внимание на чае, чтобы не думать о ставшем активным речевом модуле. Если он работает, то работает и лечебный, вот почему по утрам мышцы совсем не болят. Перспективы применения модулей были многообещающими.

- Слушай Демид, тут есть где развлечься? Тренировки я и дома видел.

- Сам здесь новенький, переехал к тетке на время подготовки к экзаменам. Ничего про местные развлечения не знаю.

- Жаль – погрустнел японец и отвернулся в сторону.

Мне же очень хотелось понять в какой момент я говорю по японски. Совершенно никакого разделения между общением с тренером и бывшим казахом не было.

- В тебе «есть дух», так говорил его дед и мой учитель – посмотрев на меня Иван Петрович отхлебнул из пиалы и погрузился в молчаливое воспоминание.

Я приподнял вопросительно брови смотря на Сато. Он скривил лицо и едва заметно пренебрежительно отмахнулся, словно это было в порядке вещей.

- В тебе есть «дух» - вдруг отмер тренер – я чувствую такое.

Снова незаметная снисходительная улыбка японца, словно перед ним был умалишенный ребенок.

- Приходи завтра с утра, у нас с Сато будет интересная тренировка.

- Приду – ответил я, поднимаясь – спасибо за чай.

Ночь прошла опять неспокойно. Подпольное «нечто» стало настойчивее тянуть свои отростки, видимо проголодавшись. Я же, до утра сбивал их, удивляясь бестолковости создания.

С утра к школе подошел сильно измотанным, бессонная ночь не прошла даром, даже при наличии лечебного модуля. Мне конечно хотелось думать, что он также активен, как и переводчик.

Во дворе школы уже было людно. Четверо, спортивного вида, азиатов укладывали в причудливые сооружения бронзовые, местами погнутые, пластины. Выстроив их в большой круг, они почтительно отошли в сторону и незаметно рассредоточились по периметру.

- То, что ты видишь, очень старое, безумно дорогое и думаю единственное в своем роде – произнес Иван Петрович, почтительно кланяясь образованному кругу.

- Не. Похожее выставлено в императорском дворце – спокойно заметил Сато – а это уже минимум два круга, про которые известно.

- Есть и не известные? – спросил я, не понимая предназначения железяк.

- Конечно. Реликвии, хранящиеся в правящих семьях, никто не афиширует. Мой дед считает, что если упражняться с этим каждый день, то я достигну просветления.

- Похоже пока не достиг – усмехнулся я, смотря в спину отвернувшемуся японцу.

- Мой «дух» пробудился, когда я зашел в этот круг – сказал тренер – и по любезному разрешению деда Сато, уважаемого Акио Сашико, ты тоже войдешь в него.

- С чего такая честь? – отступил я на шаг, подозрительно смотря на тренера.

- Это философия Их семьи – он кивнул на японца – искать тех, кто обладает «духом». Таких немного, но они есть, отыскать и раскрыть каждого, таков путь моего учителя.

- Да. А потом завербовать, увеличивая свою армию - без всякого стеснения рассмеялся Сато Сашико. Потом резко обернулся ко мне.

- Не можешь ты знать древнеяпонский – с сомнением произнес он.

- Конечно не могу – ответил я, отступая еще на шаг - давай ты сам в этот круг залезешь, а я просто посмотрю.

- Варвар – не удержался японец – просто находиться рядом с такой реликвией, большая честь, а за предложение вступить в него, многие бы отдали все богатство, что имеют и даже части своего тела.

- Так чего таскаешь с собой такое богатство? Узнает кто, враз всех покрошат в капусту.

- А.. – отмахнулся японец – без них дед не отпускал. Верит в свои сказки. Ладно смотри, это надо выполнять каждый день, чтобы мудрость древних вошла и закрепилась в сознании.

Сделав пару разминочных упражнений, он вошел в круг. Движение его было одинаковым, длинный шаг к ближней пластине, сильный выдох с круговым движением рук и долгий медленный вдох. Так он прошел по кругу, останавливаясь у каждой пластины, и вышел, утирая пот со лба.

- Заходи – устало произнес он – будешь потом оставшуюся жизнь хвастать, что видел малый круг силы.

- Есть еще и большой?

- Конечно, только Петровичу не говори – оскалился японец, видишь, как смотрит, думает мы с тобой, обсуждаем секреты нашей семьи.

- Вообще-то он слышит, что мы говорим.

- Только вот старокитайского не знает – делано поклонился Сато в сторону действительно настороженно прислушивающегося тренера.

- Кстати. Расскажешь где выучил? Или ты шпион подосланный, чтобы разузнать наши секреты?

- Конечно шпион – согласился я – было бы что узнавать, старые железки, японец и странный тренер, хороший набор для книжного детектива.

- Слишком хорошо говоришь, без всякого акцента, это подозрительно – рублено выдал он.

- Сами пригласили, вообще сюда не рвался – ухмыльнулся я, думая, что легенду о знании языков придется обязательно придумать.

- Давай закончим это представление – сощурив глаза сказал японец – зайди и выйди из круга. Этого хватит, чтобы Петрович не писал потом деду, что я прошел мимо одаренного.

- Точно не опасно? – уточнил я, и видя презрительную усмешку японца, зашел в круг.

Подошел к первой пластине, оглянулся на Сато и повторил его движения, смотря на пластину.

Свет резко мигнул, оттенком красного. Похоже, что-то в них что-то есть, сделал я вывод после моргания света и уже серьезно обошел по кругу все таблички.

- Пакет данных получен – прозвучало у меня в голове – начать развертывание в носителя?

- Можно отложить? – мысленно спросил я, не зная к чему приведет данное действо.

- Кодовое слово для развертывания?

- «Сашико» – быстро ответил я, первое что пришло в