Врачеватель. Универсал - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Странные какие-то используются заклинания при варке, — задумчиво произнесла целительница, изучая рецепт, а потом резко втянула воздух и спохватившись подскочила: — Какая же я бестолковая! Утка подгорает! — она рванула, да так, что подол платья взметнулся.

Странно, я паленого ничего не унюхал, пахнет вкусно и пробуждается аппетит. Оксана расстаралась, к ужину подготовилась, но заметно нервничает, пытается со мной взглядом не встречаться. Эх, жаль, но боюсь она не решится довести дело до логического окончания, когда в доме мужчина и женщина ужинают наедине.

— Александр Иванович, как насчет выпить за встречу? — задала вопрос целительница, когда утка с яблоками заняла почетное место на столе. — Бокалы не ставила, побоялась, что не так поймете.

— Оксана, ты меня обижаешь, — покачал я головой. — Пойми, ты вольна распоряжаться своей жизнью.

— Мы все от кого-то или чего-то зависим, в том числе и от обстоятельств, — выставляя на стол бокалы и пузатую бутылку с янтарной жидкостью, ответила молодая женщина.

— Но выбираем путь самостоятельно, — кивнул ей, а потом спросил: — Это вино или что-то крепкое?

— Настойка, — пожала та плечами. — Градусов меньше, чем у коньяка. Думаю, мне следует раскрепоститься, — она выжидательно на меня посмотрела.

— И расслабиться, — кивнул ей и взял бутылку.

— Но прежде, мы покушаем, а потом я расскажу историю своей жизни, ту, которую ото всех скрываю. Даже Мария и та не все знает. После этого ты уже сам решишь, как поступить, — она отвела взгляд и передернула плечами, а в ауре появились всполохи боли.

Нет, не физической, а моральной, как когда идут воспоминания о каком-то горестном и тяжелом событии.

— Оксана, давай выпьем за удачу, она всем необходима и, надеюсь, у тебя она поселилась и не покинет, — предложил я тост.

— Хорошие слова, — кивнула молодая женщина и чокнулась со мной.

Напиток и в самом деле отменный, с какими-то фруктовыми нотками и в нем совершенно не чувствуется алкоголя. Мы неспешно кушаем и ведем чуть ли не светскую беседу. Затронули погоду и проблемы в университете, и даже обсудили дела в медицине. Госпожа Лисицина сильно удивлена тому, как все организовал в больнице и что там любому необходимо оказать помощь.

— Почему-то нам не верят и на прием идут неохотно. Почти как те, у кого денег много, толстосумы предпочитают целительские клиники, чтобы в палатах обстановка была шикарной, — усмехнулась Оксана, а потом добавила: — Но поток пациентов увеличивается, больных начинают приводить студенты.

— Молва быстро разнесется, — отмахнулся я. — Сестру-то оставила дежурить, она домой не вернется?

— Заночует в больнице, — покачала головой молодая женщина. — Мария знает о твоем визите, и что собираюсь открыться, — она закусила губу и постучала указательным пальцем по краю бокала: — Налей.

— Как скажешь, — подбадривающе улыбнулся и просьбу выполнил.

— До края, чего ты на дно-то плеснул! — попросила Оксана.

Не стал спорить, понимая, что ей не так-то просто решиться на откровенный разговор, который непонятно к чему приведет. Она точно боится моей реакции, но надеется на лучшее. Похоже, крайняя мера — соблазнение, именно для этого она в таком наряде и пытается флиртовать. Хм, получается у нее не очень хорошо, опыта мало, но попытки не оставляет. Все же, женщины по природе своей интуитивно знают, как себя с сильным полом вести. Когда следует глазками стрельнуть, незаметно поправить платье, чтобы вырез на бедре или груди бросился в глаза тому, к кому неровно дышат.

— Семь лет назад, будучи ученицей одного целителя, я по уши влюбилась. Он был старше меня на семь лет, красавец и балагур, блистал знаниями, говорил стихами, водил в ресторан и оказывал знаки внимания. Хотя, нет, это была не любовь, даже не влюбленность, а восхищение и в какой-то степени гордость, что выбор такого господина пал на меня. Правда, он меня научил одеваться и отводил в дамские салоны, где учили как держать губную помаду и убеждали, что удел женщины подчиняться, — начала рассказ хозяйка дома.

— Что за бред? — покачал я головой.

— Они очень убедительно выглядели, — криво усмехнулась Оксана. — Правда, когда тебе сулят злотые горы и говорят, что готовы носить на руках и сдувать пылинки, то поверишь и в еще большую чушь.

— Не все одинаковы, — возразил ей.

— Возможно, — не стала она со мной спорить, жестом попросив вновь наполнить бокал. — Прости, воспоминания нелегко даются, особенно, если сама во всем виновата.

— Это уже в прошлом, — попытался ее ободрить, но Лисицина отрицательно качнула головой:

— Не делай поспешные выводы, моя глупость оказалась еще более несусветной. Забыла уточнить, что действовала по собственно воле, хотя и под давлением отца с матерью. Очень им клан моего будущего жениха приглянулся, да и сам сумел пыль в глаза пустить, при этом в кармане ветер гулял. Нет, он умудрялся дарить подарки, но частенько за них мне приходилось расплачиваться, очень он был в такие моменты рассеян. То отойдет по каким-то делам, а лавка уже закрывается, то забудет чековую книжку, то еще какая-то причина возникнет. Разумеется, делал попытки деньги вернуть, да только так подводил, что отказывалась. И как оказалась такой слепой дурой? Всегда действовала рассудительно, подруг предостерегала, а сама попала.

— Что-то меня сомнения берут, — хмыкнул я, — не могла ты так измениться.

— В одночасье вся пелена спала, когда так называемый муженек пытался изнасиловать Мари на нашей с ним кровати, в моем родовом поместье. Подсвечником его приложила, связала и в ту же ночь отправилась в бега, — она искоса на меня взглянула и вновь выпила настойку.

— А почему в полицию не обратилась? — поинтересовался я.

— Там, где в начальниках его приятель является напарником по карточному столу и похождениям в дома удовольствий? — ответила вопросом на вопрос целительница. — Я же грех на душу взяла, оставила графа истекать кровью и не применила свое умение. Нет, он не умер, чему бы я оказалась рада, хотя и сдалась бы за убийство. Но этой твари, моему мужу, ничего-то не сделается. Он когда связанный очнулся, то такого мне наговорил, что не понимаю, почему не поседела. А вот убить его не смогла, он выставил какой-то темный щит, пожирающий мою