Хогвартс - Inferiat

Последние дни слились для Нимфадоры в одну сплошную серу полосу. Окаменевшие друзья, похищение, подчинение Волдемортом, разрушение замка и, наконец, финальное — смерть того, кто ворвавшись в их жизнь стал кем-то незыблемым. Сириус…

Блэк осталась в школе только ради того, чтобы не возвращаться домой, стены которого казались ей склепом. Но и здесь ей не удавалось хоть как-то отвлечься. Все вокруг казалось каким-то нереальным. Как будто бы это был просто дурной сон, из которого все никак не удавалось проснуться.

— Ты видела, такая громадина… — донесся до нее обрывок восторженного разговора каких-то первачков. Но и среди учеников постарше немалое волнение вызвала белая с синим карета величиною с огромный дом, запряженная дюжиной гигантских крылатых коней с белыми гривами; она прилетела вечером накануне похорон и опустилась с небес на опушку изрядно поредевшего Запретного Леса.

От шума замка, Нимфадора отошла в сторонку по берегу озера, сев на траву и спрятавшись от докучливых взглядов за густым кустарником. Рядом с ней зияла воронка, видимо пропущенная несколькими бригадами строителей, которые в течение нескольких дней делали Хогвартс пригодными для обитания, и задумалась, глядя на сверкающую воду…

Может быть, одиночество прельщало ее потому, что после похищения, она остро чувствовала свою изолированность. Словно невидимый барьер отрезала ее от всего остального мира. В отсутствие подруг редко кто перебрасывался с ней и парой слов.

Впрочем, возможно дело было в том, что последний кто попросил ее рассказать о прошедших событиях — долго снимал одно безобидное, но мерзкое проклятье. А возможно — она сама не хотела ни с кем говорить, вопреки словам матери и отца чувствуя острую вину за смерть Сириуса….

И все-таки, сидя здесь, у кромки воды, раздавленная бременем вины и измученная тоской по вечно веселому дядюшке, которую еще не успело смягчить время, она не замечала у себя в душе никакого особенного страха. Светило солнце, вокруг смеялись ее одноклассники, и хотя она ощущала себя таким далекой от них, точно пришелец с другой планеты, ей все же было очень трудно поверить, что все это произошло взаправду…

Нимфадора долго сидела на берегу озера, глядя на воду, стараясь не думать о своем дяде и не вспоминать, что прямо напротив нее, на другом берегу, Сириус умер, утянув за собой самого страшного мага столетия…

— Кхм… я конечно не твой декан, но уже слишком поздно, чтобы сидеть здесь. — девушка вздрогнула, когда сбоку от нее послышался голос декана Слизерина. Северус выглядел еще бледнее, чем раньше. Его шея и голова были замотаны в бинты, пропитанные пахучей мазью. Он опирался на трость. Было странно, что она даже не услышала шагов.

— Вы правы… вы не мой декан, — дерзко ответила Нимфадора, только сейчас понимая, что солнце уже близилось к закату. — Снимайте баллы. Мне все равно.

Она с вызовом уставилось в ненавистное лицо зельевара. Тот факт, что в схватке Волдеморта выжил именно он, заставляло горячее сердце девушки полыхать яростью. Нимфадора специально нарывалась на конфликт, ожидая малейшего шанса выместить всю боль на том, на ком она могла.

— Я… кхм… думаю, ты будешь рада услышать, что твои подруги пришли в себя, — отвернулся Снейп, напряженно всматриваясь в другой берег, который все еще нес на себе отпечаток масштабной битвы двух магов. — Ты еще можешь навестить их до отбоя.

Нимфадора хотел сказать что-то едкое, но не могла выдавить из себя ни звука. Несмотря на то, что она была рада новости, встретиться со своими подругами. Кьяра и Пенни… теперь, когда они очнулись, это было не так просто. Девушка просто боялась.

Нимфадора удовлетворилась просто кивком, рассчитывая, что Снейп теперь просто уйдет. Но он не ушел.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — очень тихо произнес он. — Возможно тебе это уже говорили. Но… ты не виновата в произошедшем.

— Нет, не понимаешь, — сказала Нимфадора неожиданно громким и сильным голосом, прежде чем смогла осознать, что делает. В ней взметнулась безудержная ярость — уж кто-кто, а Снейп ничего не понимал в ее чувствах. — Ты… стоишь тут… И ты еще…

— Да, я стою тут, — ответил Снейп, не оборачиваясь. — А его уже нет. Как и Дамблдора, и многих других. Сильнее. Опытнее. Лучше. Но ты в этом не виновата. Да и Сириус точно бы не оценил…

— А ты?! — вскочила девушка, прерывая его слова и выхватывая палочку. Она уже мало понимала, что делала, просто ярость пополам с виной наконец вырвалась на свободу. — Ты? Виновен?! В том, что не помог ему…

— Помог? — неожиданно рассмеялся Снейп, ни как не реагируя на концентратор, направленный ему в лицо. — Я попытался. Ты уже встречалась с Волдемортом… ему хватило всего одного заклинания, чтобы практически убить меня… Чего говорить о какой-то старшекурснице, что еще не закончила школу.

— Я могла…

— Если ты думаешь, что что-то могла противопоставить практически архимагу, то я ошибся, и зря выделял тебя из стада пустоголовых болванов, что мне приходится учить, — хмыкнул Снейп, вновь отворачиваясь и любуясь бликами закатного солнца, отражающихся от волн.

— Зато на тебя моих сил хватит! — шипя, произнесла Нимфадора. Ее волосы почернели и пошли волнами, напоминая клубок рассерженных змей. И если бы кто-то еще мог видеть эту картину со стороны, он отметил бы поразительное сходство с еще одной девушкой, что также училась в стенах старого замка.

На несколько секунд зависла тишина. Нимфадора все так же стояла, подняв палочку, но не решаясь сделать первый шаг… Гнев, бурлящий в ней, словно бы выплеснулся, и утих оставляя после себя лишь ощущение… неловкости. Она, поколебавшись, опустила палочку вниз.

— Что вы имели в виду?

— Что именно…

— О том, что выделяли меня? — требовательно произнесла Нимфадора.

— У тебя хорошие способности к зельеварению, чарам, боевой магии, — пожал плечами Снейп. — Есть в кого… Ты не глупа. Только лень и отсутствие концентрации мешали тебе достичь успехов. А для аврора, которым ты вроде хочешь стать — эта дисциплина одна из самых важных. Обитатели Лютного часто используют яды… Не хотелось бы увидеть однажды некролог с твоей фамилией.

— Но вы… — вновь вспыхнула девушка,