Пандемия - А. Дж. Риддл

Ветер трепал самолет с эмблемой Красного Креста, как корабль во время урагана. Уильям сначала приблизился к одной из четырех посадочных полос, затем сменил вектор и сделал заход на другую полосу. В пассажирском отсеке Эйвери, Десмонд и Пейтон пристегнули ремни и наклонились вперед, упершись в подголовники. Пейтон сидела в кресле посреди салона, в самом надежном месте, Десмонд – рядом, подпирая ее туловище своим. Эйвери сидела по другую сторону прохода.

Десмонд положил на колени Пейтон открытую ладонь, Пейтон вложила в нее свою, и Десмонд крепко сжал ее руку. Напряжение заметно схлынуло. Прикосновение напомнило давно не действовавший, а теперь снова пробудившийся к жизни электрический контур. Нахлынул поток эмоций и воспоминаний.

Пейтон смотрела прямо перед собой. Краем глаза она заметила, что Эйвери наблюдает за ними, посылая в сторону Пейтон кинжальные взгляды.

Самолет тряхнуло, шасси коснулись аэродромного покрытия. Посадка прошла более мягко, чем у Эйвери на Шетландских островах.

Через десять минут самолет остановился у дальнего края взлетно-посадочной полосы, и Уильям вышел в пассажирский отсек.

– Мы с Десмондом проверим диспетчерский пункт.

Эйвери вскочила в готовности выразить несогласие, но Уильям остановил ее поднятием руки.

– Если нам не повезет, кто-то должен пилотировать самолет.

Пейтон мысленно обратила внимание на выбор слов: отец не сказал «если нас убьют» и, видимо, сделал это ради ее успокоения. Также это давало ему возможность поговорить с Десмондом наедине.

Мужчины надели бронежилеты, спустились по трапу и растворились в темноте. Пейтон проводила их взглядом, стоя в люке. На несколько минут между ней и Эйвери установилось неловкое молчание.

Наконец, та не выдержала:

– Ты его знала?

– Что?

– Раньше?

Пейтон пропустила вопрос мимо ушей.

– Это все из-за тебя, не так ли?

– Что?

Эйвери подошла ближе, остановившись вплотную перед Пейтон.

– Десмонд вступил в «Китион» из-за тебя. Из-за тебя хотел создать «Зеркало».

Пейтон, подавив желание сглотнуть слюну, постаралась ответить как можно более ровным тоном:

– Мне трудно судить.

– Ты его обидела?

– Мне не до бабских разговоров, Эйвери.

– Разговоры тут ни при чем.

Снаружи заскрипели ботинки, кто-то поднимался по трапу. В проеме пассажирского салона показался Десмонд, оценил положение и насторожился.

– Если вы двое не собираетесь убивать друг друга, лучше помогите.

* * *

На случай поспешного отступления они дозаправили и развернули самолет для взлета. Диспетчерский пункт был брошен, хотя, по всей видимости, им пользовались совсем недавно.

Уильям запустил прихваченный с собой беспилотник. Маленькая машинка почти не производила шума. Спутники сгрудились вокруг планшета в пассажирском отсеке, наблюдая за изображением, передаваемым камерой ночного видения беспилотника.

Поселок был безлюден. Здания в два-три этажа напомнили Пейтон Германию после Второй мировой войны, картину после бомбежки. Природа и сорняки постепенно вернули себе власть над территорией, каменные стены лежали на земле жертвами времени и силы тяготения, да еще хлеставшего загадочный остров ветра.

Беспилотник подлетел к лабораториям. Группа каменных и кирпичных построек образовала подкову со двором посредине. Весь комплекс окружал сетчатый забор с колючей проволокой. На железных воротах висел изогнутый щит с надписью по-русски, которую Пейтон не смогла разобрать. Все это сильно напоминало американскую тюрьму шестидесятых годов вроде Шоушенка.

Беспилотник сделал три круга, так и не обнаружив признаков жизни.

Уильям указал на дом у окраины.

– Сначала прочешем поселок, потом остановимся здесь. Ты, Пейтон, будешь наблюдать за показаниями беспилотника из дома. Пусть он себе летает; если заметишь какое-нибудь движение, сразу предупреждай. Десмонд и Эйвери пойдут со мной осматривать комплекс.

* * *