Маг поневоле - Иван Алексин

— А что тут думать? — я, кряхтя, поднялся. — С этими кандалами на ногах далеко не упрыгаешь. Так что, похоже, тут я и останусь. Я так понял, что Ратмир с Путятой вершителям тёплую встречу готовят?

— Могилу они тут себе готовят! — вновь вышел из себя коротышка. — Недоучки проклятые! Этот долговязый ещё и бахвалится, удумал. Мол, заклинание, позволяющее руны заранее начертить, не каждый адепт земли нынче знает. Всю дорогу вокруг себя на пару с подельничком своим исписали. Вот убогие то! — айхи смачно сплюнул, возмущённо потрясая своей лапкой и придвинувшись ко мне, заговорщицки зашептал: — Остановить его надо! Пока он всех не погубил! Сгинешь ведь ни за что! Я что думаю, — коротышка деловито засопел. — Как начнёт Ратмир энергию для своей волшбы копить, ты к нему и подскочи. Даже бить не надо; толкни просто, чтобы он концентрацию потерял. Его магическими потоками на радость Йоки и разорвёт!

— Скорее уж тебе на радость, — отмахнулся я от айхи, оглядываясь по сторонам. — И до чего ж ты всё–таки паскудная скотина, а?! — с чувством добавил я, качая головой. — Вон Ратмир вроде на тебя и управу нашёл, а ты всё равно владельца кольца в могилу свести норовишь. И как древние вас в узде держали. Ума не приложу!

— Ради тебя же стараюсь! Погибнешь не за грош медный! — начал было возмущаться Толик.

— Отстань, убогий, — лишь отмахнулся я. — Исчезни и больше мне на глаза не попадайся. А то я сейчас Ратмиру наш разговор перескажу. Надеюсь, он то заклятье, которым тебя поприветствовал, ещё не забыл.

— Да ты что?! — коротышка буквально захлебнулся от возмущения. — Я же…

— Ратмир!

С лёгким хлопком испуганная мордочка растворилась в воздухе.

Я удовлетворённо кивнул. Идти на поводу у мелкого гадёныша, я точно не собирался. Мне он Ратмиру заклинание сорвать посоветовал, а что Ратмиру через минуту начёт меня предложит, один Лишний знает. Как говорится, хочешь умереть молодым — доверься айхи.

А для себя я уже всё решил. Ратмира и впрямь придётся убивать. Ключи от наручей наверняка у него, да и колечко назад снять я только с мёртвого смогу. Вот только заклинание срывать ему я не собираюсь. Зачем? Чтобы затем к вершителям в лапы попасть? Ну, уж нет! Пускай Ратмир по ним хорошенько вдарит, а там, в начавшейся суматохе, я на него и накинусь. Заклинание, судя по всему, адепт воды задумал сложное, откат тоже будет не слабый, так что шанс справиться даже со скованными руками у меня будет. А там как карта ляжет. Либо сбегу, либо сдохну. Всё лучше, чем на алтарь Лишнего ложиться и сущность свою терять.

Мда. Как не отбрыкивался я от этой мысли, а деваться некуда! Внутри меня сидит перевёртыш. Тварь, которой местных с самого детства пугают! Как говорится; неприятно, но факт. Если до этого всеобщий интерес ко мне я ещё пытался списать на какие–то полученные в пустоши полезные способности дающие возможность выжить в проклятом городе, то смерть Никонта расставила всё на свои места. Заклинание, что жреца на тот свет отправило, само собой появиться, не могло. Я его просто не знал. И хорошо помню, присутствие в своём сознании чужого, что моей рукой руны выводил, складывая их в цепочку могущественного заклинания. Присутствие твари, что пока спит во мне. И что бы пробудить эту тварь, меня в город и приволокли. Понять бы ещё, зачем это им нужно? Она же не управляемая! Янхеля им мало было? Вон Никонт на свою голову, на мгновение эту тварь уже пробудил. А на что тогда надеется Ратмир? Неужто думает, что сумеет с будущим адептом Лишнего договориться? Или я опять чего–то не знаю?

— Глядика, очнулся, помёт берыги! — из–за камней появились мои однокашники. — А я так надеялся, что сдохнет!

— Я ещё на твоей могилке вару попью, Лузга, — усмехнулся я в ответ, прислонившись спиной к до боли ставшему родным камню. — Так что даже не надейся!

— И ведь не врёт, поди, мразь така! — меня обступили плотным кольцом. — Щас вытянет из нас Ратмир всю энергию для заклинания и сдохнем. А этот жить будет. Ничё ему не деется! Будто сам Линий ворожит!

— Может и ворожит. Почему нет, — не стал отрицать я. — А если даже и сдохну, то не как вы, послушными баранами под нож горло подставляя.

— А какой у нас выбор? — Марк в бессилии сжал кулаки. — Мы благодаря тебе отступники, теперича. Супротив храма пошли. Таким пощады нет! Одна надежда теперь, что Ратмир победив, задуманное им исполнит, да нас потом к делу пристроит. Даже Путята ему в рот заглядывать начал. Вон тебя после убийства отца Никонта не пришиб. — Верзила раздражённо притопнул ногой и с непритворным сожалением добавил: — А я так надеялся!

— А что так? — решил я прояснить этот вопрос. — Наверняка ведь хотел.

— Ещё как хотел! — влез в разговор Прикс. — Особенно когда у тебя два камушка что для догляду носят, нашли.

— А ещё порошок сонный и камешек, что воли всех, кто рядом находится, надолго лишает, — наябедничал Лузга. — Сотник аж побелел от ярости весь, как увидел. Я уже думал: тут и смертушка твоя! Ан нет, — юноша осуждающе покачал головой. — Ратмир как–то смог уговорить.

— Ещё и тащить тебя сюда на своём горбу пришлось! — выдвинул ещё одну претензию Марк. — Сам то вроде; кости да кожа, а тяжёлый.

— А где мы сейчас?

— Да Лишний его знает, — ответил угрюмо молчавший до этого Степан — Сначала назад мальца от пелены вернулись, потом к какой–то переулочек свернули. Уже час тут стоим. Только Невзора Путята зачем то дальше услал. Может дорогу разведать?

— Дорогу разведать! Как же! — презрительно фыркнул Лузга, отмахнувшись от близнеца. — Камешки он с собой унёс, что Вельду супостаты для догляду дали. Ратмир Путяте так при мне и сказал: “ Пускай, мол, думают, что мы не тут с этим недошлёпком затаились, а дальше топаем. Вот в засаду и попадут»!

— Чего сгалделись, выкормыши Стёртых?! — рассерженной змеюкой зашипел, появившийся из–за груды камней Ратмир. Следом за магом подошли Путята и Мартын. Матвея не было. Видно где–то в другом месте затаился. — Вершители вот–вот подойти должны. Не дай Лишний услышат!

— Пора бы уже, — тихо согласился с магом Путята. Десятник был непривычно возбуждён, энергичен и как то по злому весел. — Ну, теперь пущай идут! Слава Троим, подготовиться успели. Мартын, — Путята небрежно мазнул по мне взглядом. — Арбалет разрядишь, а дальше с этой паскуды глаз не спускай. Выживших мы сами добьём.

— Сделаю, господине, — Мартын по–хозяйски положил руку на соседний валун, смахнул рукой воображаемую пыль и уселся, положив арбалет на колени.

Я досадливо закусил губу, косясь на воя. И как теперь быть? Вряд ли Мартын будет безучастно смотреть, как я мага убиваю. Учитывая его рефлексы, я и шага в сторону Ратмира сделать, не успею, как на меня этот детина навалится!

Ратмир, прогнав между тем Лузгу и Марка к Матвею, уселся напротив меня, поглаживая палец. По всему видать, про колечко спросить хочет, да только Путята с Мартыном мешают. Самого айхи маг наверняка расспросил, да только разве от духа правды дождёшься? Наплетёт в три короба и при этом ещё и надуть попытается!