Маг поневоле - Иван Алексин

— Чего вылупился? — взглянул недовольно на Гонду. — Пей, давай, да опосля погуторим.

— Благодарствую, хозяин, — Гонда с сомнением покосившись на кружку, сделал вид, что пригубил и, поперхнувшись, поспешно потянулся к яйцу, начав его сосредоточенно очищать. — Прости, что по имени не величаю, дядечка. Меня Гондой кличут.

— Ишь ты, ловкий какой, — хмыкнул тот в ответ, вновь наполняя свою кружку. — Пить со мной брезгует, хлеба тож не преломил, а имя ему скажи. Неужто за городом все теперь такие невежи?

— Прости хозяин. Обиды нанести не хотел, — Гонда ничуть не смутился от того, что его хитрость раскрыли. Пить со странным знакомцем он всё равно не собирался. Да и с едой тоже решил поостеречься, не смотря на голод. Не то место, не тот хозяин. Тут бы самому целым убраться по добру. — Не приучен я к вару. Батя покойный в строгости держал.

Хозяин задумчиво пробарабанил пальцами по столу, рассматривая содержимое своей кружки. Гонда подобрался, нащупывая край табурета под собой.

— Не выходит у нас с тобой душевного разговору, — огорчённо вздохнул мужик и внезапно одним взмахом руки смахнул всю снедь со стола. Гонда внутренне сжался, ожидая грохота, но вся посуда, не долетев до пола, растаяла в воздухе. — Ну, чтож. Поговорим напрямую. Ты я вижу человек умный. Что я вокруг да около ходить буду? — хозяин зачем — то протёр ладонью и без того чистый стол и подняв глаза на юношу, строго спросил: — Живым отсюда выйти хочешь?

Гонда молча, кивнул, затаив дыхание.

— Ты на обувку свою не косись, — недобро скривил губы хозяин. — Из моего дома живым ни то, что через окно, через дверь ходу нет. Да что там живым, — решил пожаловаться мужик, — я и сам отсюда выйти не могу. Не веришь? Так попробуй. Мешать не буду.

Хозяин демонстративно не спеша встал и, отойдя к печке, присел на корточки, уставившись на огонь.

Осторожно, не сводя глаз с жуткого местного, Гонда привстал, ухватив рукой сапоги и не глядя, резко вдарил локтём назад в хрупкое стекло. И с трудом подавив стон, ухватился за ушибленную руку. Постоял, потирая саднящий локоть и вновь сел за стол, разжав пальцы.

— Я хочу выйти отсюда живым, дядечка.

— А дверь что же, проверять не будешь? — не на шутку удивился тот.

— А надо?

— Ты и вправду не дурак, — вернулся за стол, хозяин. — Может и выживешь. Вопрос у меня один, — всё напускное радушие слетело с мужика как шелуха с озимых. — Ты согласен отвести меня во дорец Инсора?

— Так я и сам туда дороги не знаю, дядечка!

— Мне не нужно показывать дорогу, — раздражённо отмахнулся в ответ мужик. — Мне нужно чтобы ты согласился пойти туда со мной.

— А если я соглашусь? Мне с того какая корысть?

Согласится, всё рано придётся. Иначе смерть неминучая! Вот только сразу, без торга, согласие давать никак нельзя! Тогда нелюдь, лишь только во дворец попав, его живота и лишит. Зачем ему в живых потенциальный беглец нужен? Потому торг и необходим! Убедить страшного незнакомца, что Гонда не из страха, а ради наживы с ним идёт. И пока награды не получит, не в жисть его не бросит. Глядишь, и не тронет до поры. А там или сбежать удастся, или вершителей повстречают.

— Поможешь — награжу! — – мужик достал из сундуку грубую холщовую рубаху и не спеша натянул на себя. — Мне до сферы слияния, что у алтаря Неназываемого стоит, добраться надо. Я тогда жизнь свою обратно в полной мере вернуть смогу, — улыбка вогнавшая Гонду в дрожь. — Видишь. Я с тобой откровенен. И сам туда попасть без помощи живого я тоже не сумею. Помоги мне завладеть сферой и не только останешься жив, — незнакомец, наклонив голову, прожёг Гонду взглядом. — Поможешь мне — и я возьму тебя к себе в ученики.

— В ученики? — Гонда почувствовал, как у него запершило в горле. — А ты разве маг?

— Колдую помаленьку, — не стал отрицать тот и взмахнул рукой. Стена напротив Гонды всколыхнулась, потекла смазанным пятном и на её месте возник мерцающий чёрный круг. — Дай мне свою руку и пошли, — мотнул незнакомец головой в сторону круга. — И раз мы всё же поладили, можешь, теперь, звать меня дядя Янхель.

* * *

Падение нельзя было назвать приятным. Кости рук буквально затрещали, норовя раскрошиться под весом собственного тела, вспыхнуло адской болью левое колено, а ещё какой–то острый камень удачно под ребро подставиться сумел! Я дико взвыл, умудрившись в считанные мгновения выпалить весь свой запас матерных слов. А тут ещё сверху адский жар навалился, словно гигантский дракон в спину дыхнул. Стало совсем весело.

Стиснув зубы до зубовного скрежета, я быстро вскочил и охнул, схватившись руками за колено. Вокруг царил хаос. Дико вопили школяры, вернее вопил близнец, яростно сдирая с себя пылающую одежду, двое других лишь сдавлено хрипели, катаясь по земле маленькими факелами. Справа от меня матерился Мартын. Воин, хоть и был весь в копоти, но сам, судя по всему, не пострадал, спасённый амулетом, но вот пришедший в негодность арбалет пришлось бросить. Жвыкнув железом вой развернулся в сторону развалин, навстречу пятёрки ратников выскочивших их дома. Выскочить — выскочили. Но приближаться не стали, замерев в десятке шагов от нас. Всё вокруг под ногами вновь окрасилось в тёмно–жёлтые цвета. Ну, вот и всё. Из–под этого заклинания за долю секунды не выскочишь. Вон и внутренний голос молчит, понимает, что в этой ситуации рыпаться бесполезно!

— Нет!

Сильные руки, схватит за одежду, резко дёрнули назад, прижимая к себе. И тут же я оказался внутри шара переливающегося всеми цветами радуги. Будто мыльный пузырь надули. Ратмир! Видать тоже понял, что по нам сейчас ещё одним заклинанием шарахнут. А чего тут не понять? Уж больно резко Невронд со своими людьми остановился. Добивать не кинулся. Ждут, пока маги свои аргументы до конца исчерпают. Знать бы, что за пакость в этот раз нам приготовили. И выдержит ли её защита?

И тут неизвестный маг ударил. Казалось, сверху на голову обрушилось само небо. С треском лопнул пузырь и на плечи навалилась неимоверная тяжесть, вдавливая в землю и размазывая по камням. Вдавило сильно, до треска в костях, и тут же отпустило. Я с трудом отлепился от земли, приподнялся на трясущихся руках, сел, очумело качая головой. Да уж! Теперь я понимаю, что чувствует черепаха, когда на неё слон наступает! Болело буквально всё. А что ты хотел? Скажи спасибо, что вообще жив остался. Как ещё кишки наружу не выдавили. Вот только болячки свои пересчитывать времени нет. Невронд с воями никуда не делись. Странно, что до сих пор горло резать не начали.

Я приподнял голову и злорадно оскалился. Не до меня пока десятнику! Двое его воинов на земле лежат, дымятся, один как раз в этот момент на камни, кровью заливаясь, оседает, а сам Невронд на пару с Русиным с трудом от наскоков Путяты отбивается. В бою десятник Никонта был страшен. Огромный меч опускался со страшной силой, наполняя воздух жутким свистом и скрежетом железа, сам Путята ни мгновения не оставался на одном месте, обрушивая удары на своих врагов со всех сторон. Те пятились, не помышляя об атаке, отступали в разные стороны, но держались. Измором берут! Даже Путята не выдержит долго в таком темпе. А что же Мартын? Оглянувшись в сторону воя, я встретился с взглядом мёртвых глаз. Так. Тут всё понятно. Второе заклинание Мартын не пережил. А Ратмир?