Книга гор - Сергей Лукьяненко

– Почему? – совсем не риторически спросил я. Все, что хоть отдаленно касалось принцессы, меня интересовало.

– По многим причинам. Планета была колонизирована беглыми монархистами во главе с наследным принцем Таром. На остатках кораблей военного флота они спаслись с восставшей планеты Итания, спаслись, отправившись в неисследованную область космоса. Им удалось открыть эту планету, пригодную для жизни, но крайне ограниченную в природных ресурсах. Достаточно сказать, что лишь полпроцента ее территории может использоваться для земледелия, а запасы полезных ископаемых ограничиваются металлическими рудами и крайне бедными урановыми породами. Нищая биосфера, практически отсутствуют уголь и нефть. Запасы пресной воды сосредоточены в горных ледниках и нескольких озерах, они ничтожно малы и обеспечивают существование не более миллиона людей. Наш мир, ставший спасением для горстки беглецов, не представлял никакого интереса для захватчиков. Развиваясь в течение пятисот лет без постороннего вмешательства, наши предки создали общественный строй, имеющий множество своеобразных ритуалов и правил. Связанный договорами о дружбе с десятками соседних цивилизаций, рассматривающих нас как забавную и безобидную случайность, наш мир сумел достичь величия.

Эрнадо неторопливо вынул из ножен меч:

– Это было нашим первым шагом к славе. Атомарный меч, созданный в лабораториях императора Тара Восьмого, приковал к нам внимание всей Вселенной. Дело в том, – пояснил он, увидев мое недоумение, – что уже много сотен лет было известно нейтрализующее поле, широко применяемое в планетарных войнах. Именно это поле, вырабатываемое генератором убежища, помешало тебе развалить меня в молекулярную пыль. В радиусе действия генератора невозможно применение лучевого, взрывного и прочего энергетического оружия. В нейтрализующем поле глохнут реактивные и бензиновые двигатели, с трудом функционируют лишь маломощные электрические. Войны, происходившие на планетах, превратились в дикарские побоища холодным оружием, ведущиеся под прикрытием генераторов поля. Использовались отравляющие вещества и биологическое оружие, поэтому солдаты сражались в противогазах, а то и в космических скафандрах. Атомарный меч, перед которым обычное холодное оружие не более чем бесполезный хлам, стремились иметь все развитые планеты. Именно поэтому они не позволили друг другу завоевать нас. В течение пятидесяти трех лет, пока секрет атомарных мечей не был раскрыт другими цивилизациями, мы неслыханно разбогатели и стали одним из общепризнанных центров производства оружия.

А дальше последовали другие изобретения. Молекулярный деструктор, модификацией которого является твой пистолет. Гиперпространственный локатор, гравитационные и паутинные мины, электронная мошкара…

Сержант на мгновение замолчал. Порылся в кармане плаща, достал плоскую коробочку. Щелкнул крышкой. Извлек из коробочки крошечную оранжевую капсулу, сдавил ее пальцами. Послышался слабый хруст, запахло недозрелым лимоном. Легкий, кисловато-сладкий, свежий аромат… Я насторожился, ожидая демонстрации нового оружия. Но Эрнадо невозмутимо отправил капсулу в рот. Замер на секунду с безмятежно-довольным выражением на лице. Сказал, перехватив мой недоуменный взгляд:

– Это слабый стимулятор. Его употребление приятно, но наносит определенный вред организму.

– А у вас нет другого стимулятора? – с внезапно проснувшимся интересом спросил я. – Его употребляют, вдыхая дым тлеющих сушеных листьев. Тоже приятно и вредно.

На лице Сержанта появилось легкое недоумение, смешанное с отвращением.

– Дурацкий метод, – без всякой дипломатии заявил он. – Никогда о таком не слышал… Хочешь?

Он протянул мне коробочку с капсулами. Цитрусовый аромат таял в воздухе.

– Нет, – после секундного колебания ответил я. – Если уж приходится избавляться от одной вредной привычки, то не следует заводить другую. Ведь к этим капсулкам наверняка привыкают?

Эрнадо, кажется, смутился.

– Да, – пробормотал он. – Бросить, правда, можно…

– Не надо, – твердо повторил я.

Эрнадо кивнул:

– Хорошо. Я же, с твоего разрешения…

Он сделал несколько жевательных движений. И продолжал:

– В производстве оружия мы почти сравнялись с исчезнувшими цивилизациями прошлого. Теми, что исчезли из-за чрезмерных успехов в оружейном деле. Наших мастеров сравнивали с оружейниками Сеятелей, а эта раса не знала равных в межзвездных войнах. Независимость и богатство планеты позволяли следовать множеству красивых традиций. Среди них особо выделялась церемония Обручения принцессы.

По спине у меня прошел холодок. Я подался вперед, к Эрнадо, боясь упустить хоть слово.

– Обручение принцессы символизирует единство нашей планеты со всеми обитаемыми мирами Вселенной. В сопровождении нескольких охранников принцесса в день своего четырнадцатилетия отправляется в путешествие. Она посещает самые разные планеты, цивилизованные и отсталые, и знающие о нашем мире, и не успевшие еще покорить свою звездную систему. Принцесса путешествует инкогнито, в одиночестве. Охрана вмешивается лишь в случае прямой опасности для ее жизни или чести.

– Я помню, как энергично действовала охрана на моей планете, – не удержался я.

Эрнадо улыбнулся:

– А я помню, как ты отважно бросился ее защищать. Мы находились в десяти метрах от вас. Но опасности не было.

Принцессе ничего не стоило уничтожить трех самонадеянных аборигенов.

– Но почему же тогда… – Я осекся. Понял.

– Ей захотелось проверить тебя, Серж.

– Продолжай, – буркнул я.

– Не обижайся, Серж. Ни на меня, ни на нее.

– Ладно, рассказывай.

– На одной из планет принцесса выбирает себе жениха. Он получает из ее рук кольцо, способное по приказу принцессы перенести его на нашу планету. Ну а когда принцессе исполняется девятнадцать, назначается ее свадьба.

– И жених выдергивается из своего мира прямо под венец? – иронически предположил я.

– Конечно же нет, Серж. Объявляется турнир претендентов. Все желающие участвовать собираются на планете для состязаний.

– Не позавидуешь вашим принцессам, – меня охватила злость. – Сидеть и ждать, кто победит на жениховских игрищах.

– Победитель известен заранее, – мягко сказал Сержант. – Имя подлинного избранника негласно доводится до всех участников. Победить его – дурной тон и весьма рискованное предприятие.

– Почему? Достаточно смелый и сильный авантюрист…

– Ну, хотя бы потому, что император может не одобрить будущего зятя. Свадьба будет отложена или отменена. А несостоявшийся жених с горя покончит с собой… или его корабль не выйдет из гиперперехода.

– Ясно. – Я отвел взгляд. – Сержант, а те, предварительные женихи… символизирующие единство со Вселенной… Они часто побеждали в турнирах?

– Они в них иногда участвовали, – беспощадно произнес Эрнадо. – Но, как правило, принцесса не считает нужным тревожить юношу, приглянувшегося ей пять лет назад.