Полуночный гость - Алон Морх

Элейн воткнула лопату в землю.

— Ты что?! — выкрикнули Кормак и Бундо одновременно.

Эльфийка замерла и подняла на них взгляд:

— Копаю.

— Ну не на пороге же, — махнул на неё Кормак.

— Это что, нам их ещё тащить прикажешь?

— У меня есть телега.

Закинув тела в телегу, они покатили к лесу, где принялись копать могилу.

— Бундо? — спросила Элейн.

— А? — отвлёкся гном.

— Кирит. Он дорогой?

— Бесценный! Ну а в нашем случае, если в фарш не изрубят, то внукам хватит с лихвой и ещё правнукам останется.

Вскоре с могилой было покончено.

— Идёшь, Бундо? — спросил Кормак.

— А? — переспросил гном и обернулся.

— Идёшь?

— Не, я тут постою, устал, — Элейн и Кормак пошли к таверне, но гном их окликнул. — Кормак, тут есть рядом какой-нибудь валун?

— Вон у той сосны, — указал рукой направление трактирщик.

Бундо кивнул и продолжил смотреть на могилу.

— Что это с ним? — спросил Кормак у эльфийки.

— Хандрит, наверно, — предположила Элейн.

— А камень зачем?

— Не знаю. Может, он его съест, и ему полегчает.

— Гномы не едят камни!

— Откуда знаешь?

Они остановились и взглянули на Бундо.

— Я же трактирщик и перевидал на своём веку много гномов. Если бы они уминали камни, я бы заметил.

***

Хартен пустил коня рысью по раскисшей дороге. Колея убаюкивающе петляла между холмов и убегала прочь. Повозки Велдана нигде не было видно, но солдат не унывал. Он ловил лицом порывы ветра и насвистывал вместе с соловьями, оккупировавшими придорожные берёзы.

Вскоре Хартен добрался до Восточного тракта. Ровная, как стрела, дорога, оставленная неблагодарным потомкам от великой империи, прорезала леса, холмы, и казалось, ничего не могло потревожить её монолитную стать. Ничего, кроме времени и крестьян, разбирающих артерии континента на свои мелкие нужды.

Объезжая одну повозку за другой и всматриваясь в лица возниц, Хартен, наконец, нагнал Велдана. Его остановили на дороге люди и настойчиво не давали проехать.

— Мир добрым путникам, — Хартен поднял правую руку, демонстрируя отсутствие в ней оружия. Затем он мимолётно переглянулся с торговцем и выехал вперёд. — Людно сегодня на дорогах.

— Здесь начинаются земли лорда Ваура. Каждый проезжающий должен платить налог, — ответили люди.

— Лорд Ваур? — Хартен нахмурил брови. — А мне всегда казалось, что его владения вон за тем поворотом. Там, если мне не изменяет память, и сторожка имеется, чтобы налог брать.

— Что ты мелешь? — один из них сделал несколько шагов вперёд, но почти сразу остановился, увидев, как солдат опустил руку на эфес меча.

— Лишь говорю, что там, во владениях лорда, всё как у людей. Даже чаем поят, и путники всё платят исправно сами и совершенно не ожидают, когда на них выпрыгнет шайка оборванцев.

— Мы тут по приказу лорда!

— Тогда вы, возможно, согласитесь проехать с нами чуть дальше во владения лорда, где вас повесят, — Хартен сделал акцент на последнем слове и со свойственной корявой улыбкой обвёл бандитов надменным взглядом. — Лорды не любят, когда у них воруют.

— Поезжай!

— Они со мной.

— Хорошо.

— Да хранит вас Броус, добрые путники.

Толпа расступилась и позволила проехать.

— Спасибо, — поблагодарил Велдан, — не запомнил, как вас зовут.

— Я не говорил. Хартен.

— Они следят? — спросил Велдан.

Солдат обернулся и помахал бандитам рукой:

— Обиделись. Предлагаю их не провоцировать и ехать строго вперёд.

— Жаль…

— Да?

— Мы как раз намеревались объехать сторожку, — произнёс Велдан.

— Где-то теряешь, а где-то находишь.

— Ещё раз спасибо. Без вас мы бы уже давно лежали бы в канаве.

— Никакой товар не стоит жизни.

— Думаете? — нахмурил брови торговец.

— Уверен, — кивнул Хартен. — Да и они бы не решились. Огласка для них смерти подобна. Наверно сейчас, поджав хвост, бегут на другой перекрёсток или прячутся по норам.

Через несколько вёрст к повозке Велдана примкнули несколько его друзей-авантюристов, жаждущих заработать. Они одним большим караваном двинулись в путь, не забывая объезжать пункты сбора налогов бесчисленного количества лордов, чтобы в результате маржа оказалась ещё больше, а от успеха скрипело на зубах.

Самым опасным местом на всём пути оказался Большой Хребет. Он величественно возвышался над долиной и предостерегал путников своими белыми шапками. Что-что, а снега там круглый год лежало с избытком.

Караван стал медленно подниматься ввысь, петляя по узким горным серпантинам, вмещавшим не больше двух повозок по праздникам. Наблюдая со стороны и всматриваясь в живописные и чарующие тёмные обрывы, Хартен дивился своим смелым попутчикам. Как сказал один умный человек: «Торговца не остановить, если прибыль возрастает в три раза».

Вьюга застала их на перегоне от одного безопасного углубления в скалах до другого. Скромные уголки, любезно выдолбленные карликами, принимали путников всех мастей, но не сегодня. Пришлось Хартену с торговцами сгруппироваться между телегами и скалой и молиться богам о прощении. Ведь порой людскую алчность видно небожителям, точно смертным звёзды.

Больше недели потребовалось путникам, чтобы выбраться из-под чугунных туч хребта и высыпать на залитую солнцем долину. Тут Хартен простился с торговцами и, ведомый наживой, направился к морю.

***

Кормак проснулся ни свет ни заря от какого-то стука. Он будто заменил голосистого петуха, надоедавшего каждое утро. Трактирщик поднялся, открыл окно и выглянул. Шум доносился со двора.

Пришлось выйти на улицу и стать свидетелем гномьей увлеченности, от которой буквально летели каменные щепы.

— Что за шум? — сонно пробубнила Элейн, вставая рядом с трактирщиком.

— Теперь понятно, зачем ему камень, — произнёс Кормак.

— Наверно, он так справляется со скукой.

— Думаешь?

— А почему бы и нет. Спроси!

— Бундо! — крикнул Кормак с порога. Подойти ближе и потревожить гнома они не решились. — Что это?

— Мой идол позора, — тихо произнёс Бундо.

— Кто-кто? — переспросила Элейн, не расслышав.

— Идол позора, — повторил для неё трактирщик.

— От скуки такое не делают!

— Бундо! — снова крикнул Кормак. — А он для чего?

— Я поклялся перед Каменными предками не убивать, — гном обернулся, — а вчера всё пошло прахом. Сразу двое, немыслимо!

— Если бы не мы их, то они убили бы нас, — произнесла эльфийка.

— Да, — кивнул Бундо, — но это не оправдание.

— А эти истуканы, — сказал трактирщик, так как из камня уже виднелись фигуры гномов, — предки? Что-то вроде жертвоприношения за неудачу?

— Именно. Все должны видеть мой позор. Тут есть ещё хорошие валуны?

— Не знаю, не искал. Как ты вообще его сюда дотащил?

— Гнома, у которого есть цель, нельзя остановить, — изрёк Бундо. — Не стойте над душой! Идите спать.

— Поспишь тут, — буркнула Элейн и вернулась в таверну.

— Если что нужно, ты говори, — бросил Кормак.

— Хорошо, — кивнул гном и продолжил отсекать от камня лишнее.

Трактирщику уже не хотелось спать.