Колонизатор - Дмитрий Старицкий

- И? ... – обратился я в слух. Ян часто толковые мысли подбрасывал, стоило прислушаться.

- Бригада лесорубов, пара бензопил, КамАЗ с краном и монстра с прицепом и кониками. Отводишь их туда, где никого нет, а есть старый берёзовый лес. Три ходки монстры и на все наши печки нормального топлива хватит на зиму. А бревна уже можно будет и тут попилить, да поколоть на дрова. Особливо если с колунами не ваганькаться, а специальные дровоколки купить. Тогда и любая баба справится. Там делов-то, что полешко вставить и разок кувалдой по торцу тюкнуть, вместо четырех-восьми замахов колуном.

- Дело говорит, - поддакнул егерь.

А Ян уже рисовал такую дровоколку прутиком на песке для наглядности. Ничего особенного два кольца из арматуры с приваренными по бокам стержнями из неё же в качестве крепления и ножек. На нижнем кольце толстый крестовой нож, на который ставят чурбак, который поддерживает в вертикальном положении верхнее кольцо. Один удар кувалдой сверху по торцу чурбака… и четыре полена сразу готовы. Только чурбаки заранее напилить из бревна. Простенько и со вкусом.

- Я и сам такой девайс сварю из арматуры, - предлагает Ян. - Вся хитрость тут в крестовом ноже. А его нет.

- Убедил, - согласился я. – Но только после того как на конезаводе построите мне пару погребов. И после уборки урожая. Образец такой купим, а нож твой хитрый думаю кузнецу сковать по силам будет.

- Кстати о погребах, - раздухарился Ян на рационализацию. – Ледник можно так же организовать. Просто пойти туда, где зима и чистый лёд. На Байкал, к примеру. И напили его там бензопилами. Сюда вывезти и установить в погребе как хладагент. А то холодильник американский всё же маловат для всего. И керосина требует.

Оттер выступивший на лбу пот и сказал главное для себя.

– И тут в белорусской веске такой же ледник надо сделать.

- И дров им привезти, – усмехнулся я.

- Зачем возить. Лесорубами они сами пойдут.

- Хорошо. – решил я. – Планируй такие операции по людям, и по матобеспечению. Дело нужное. Проект мне на стол, тогда и организуем такую командировку.

Потом усмехнувшись, я спросил.

- Обосрались твои односельчане в лес за дровами ходить, когда леопарда живьем увидели?

- И это тоже, - смутившись сознался Колбас. – Ружья бы нам не помешали. А то вся защита вески только спирали Бруно по периметру. А этого мало.

Глава 6

Бли-и-и-и-ин! Ну не разорваться же мне. Только к жене наладился, прибыли на конезавод Тарабрин с мичманом. Вывалились из ««окна»» посередине манежа на таком же фургоне, как и я покупал в Англии, только запряженном парочкой мощных высоких шайров. Слава богу, никого на манеже в тот момент не было.

И тут же стали раздеваться. Жарко у нас, в отличие от ветреного летнего Лондона. Там, где-то двадцать по Цельсию, а у нас сегодня за тридцать зашкаливает. И ни ветерка.

Шайры – мерины. Крепкие пятилетки редкой масти: сами темно-коричневые, почти черные, но гривы и хвосты светлые и мохнатые бабки в белых чулках. Не знаю даже как такая масть называется.

Первым их встретил Шишкин с ехидным вопросом.

- И чем я тут этих громил кормить буду?

- Что было, то и купили в придачу к фургону, - отмахнулся от него мичман, сняв жилет и расстегивая рубашку. – Не понравятся они тебе, Ваня, так осенью на ярмарке продадим. А пока распрягай и веди в конюшню.

Тут и я приехал от белорусов, весь в раздумьях о безопасности новых поселенцев.

- Нам завтра, по Лондону на примерку к портному, - обрадовал Тарабрин, вместо ««здравствуй»».

- Ну, хорошо, - отвечаю с некоторым раздражением. – Только вот когда я к жене попаду?

Тут Тарабрин отвел меня в сторонку от остальных и тихо спросил.

- А ты так и не научился играть со временем в свою пользу?

И видя недоумение в моих глазах продолжил.

- Вот мы были в Лондоне… Да, ладно - к черту Лондон. Ты тут в Крыму, к примеру, неделю торчишь. Потом ушел к себе в Москву осевого времени и перешел к жене на Тамань на начало этой же недели. Сам с собой не встретишься – между вами пролив будет. Понимаешь теперь? В Москву девяностых же ходил уже так, когда сам же – ранешный - в ней одновременно жил и ничего, мир не обрушился.

Я почесал репу в районе затылка. А, впрочем, почему бы и нет? Надо только всё тщательно рассчитать.

- Ещё вопросы есть? – смотрит на меня участливо Тарабрин. Прямо добрый профессор с не догоняющим идею аспирантом.

- Есть, - отвечаю. – Нужно штук тридцать охотничьих ружей. Сразу. Белорусов вооружать для их же спокойствия на солепромысле, а что-то военное давать им не хочется. Нет пока полного к ним доверия. Вот и советуюсь с тобой: где купить лучше: в царской России или СССР. У нас в эРэФии с этим сам знаешь какие проблемы с бюрократией. Или сразу в Америку за ними направляться?

- СССР отпадает, - отвечает проводник. - Не бывает у меня столько советских денег на руках разом, чтобы одновременно три десятка ружей покупать. Разве что Иж-17, одностволку. Она всего восемнадцать рублей стоит. А какие ружья ты хочешь?

- Желательно ««Зауэр – Три кольца»». Они вроде как понадёжнее будут, как наши охотники мне говорили. – Озвучиваю я пожелания.

- ««Зауэр»» - ширпотреб среднего ценового разбора, - отвечает Тарабрин. – И ««Три кольца»» твои всего лишь обозначение того, что ружьё сделано из крупповской стали. Клеймо такое. И больше ничего. Есть и лучше ружья - ««Хуберт ле Паж»» для горизонтальных стволов, ««Братья Меркель»» для боксфлинта. Я не говорю уже о ружьях ««Холанд и Холанд»», но это в Англии и дорого очень. Да и делают их мало. Но если денег жалко, то… попробуй обчистить одной прекрасной ночью магазин Охотничьего союза в Германии. Ты же у нас великий экспроприатор. Там тебе всё сразу будет в комплекте. Только моих людей в это не втягивай. Для этого у тебя уже свои находники есть в достаточном количестве.

- На Макарьевой ярмарке, помню