Г.Р.О.М. - Никита Киров

— Он обещал? — я кивнул на быка.

— Не, шеф его, — она замотала головой. — Это телохранитель его, Гена.

— Шеф мой, — пробасил Гена, думая, что делать дальше. Но драться не кидался. — Она сбежала, я за ней…

— Да давайте кто-нибудь один! — громко произнёс я.

— Привёз он меня в сауну, оказывается, — продолжала Юля, вытерев лоб предплечьем. — А Аркадий Иваныч там в одном халате сидел пьяный, и там ещё девушки какие-то, хохочут, а он их лапал. Я его спрашиваю, а он давай меня к себе тянуть! — воскликнула она. — Со всей силы. А я говорю — нет, нельзя! А он — чё ты ломаешься? Заплатить тебе, может? И за деньгами полез. А я выскочила, куртку там оставила. Сюда пришла, брата подождать. А этот приехал, шефу давай звонить, и меня потащил, снова туда увезти. Да никогда в жизни! Не хочу я туда! — она смотрела на меня с мольбой.

Так, она сегодня уже говорила про отца. Угу, я вспомнил, обстановка у неё дома тоже так себе. Отца разбил паралич после инсульта, денег нет, младший брат учится на очном отделении в медицинской академии, а сама Юля на заочке в другом вузе, и подрабатывает ещё кассиршей в столовке.

Вот и связалась с богатым дядей, думая, что он поможет, а тот наговорил ей много чего, лишь бы под юбку залезть. А она поверила. Но смотрим дальше.

— А ты чё думала, просто так он тебя возит везде? — Гена оскалил зубы в усмешке. — А кто расплачиваться-то за всё будет? Вот и надо было не понтоваться, а ножки просто — хоба!

— Ты потише, — я встал между ними. — Шутник, блин, крокодил Гена.

Так, это телохранитель, а заодно и помощник по всем вопрос. Если говорить начистоту — такой человек нужен просто чтобы хвастаться, мол, у меня собственный телохранитель есть. Это как понтоваться дорогими швейцарскими часами фирмы «Патек Филипп» или Мерседесом. Телохранитель — статусный предмет обстановки в эти времена, потому что от серьёзного покушения он защитить не сможет, тем более один.

А этот Аркадий Иваныч коммерсант или бандит? Был бы бандит, приехал бы кто-то другой, более наглый, и Юльку бы заломал без всяких. Ещё бы и по лицу ей дал кулаком. А этот Гена — просто телохранитель. Так, ладно, разбираемся дальше.

Ха, а машина-то хоть и дорогая, но явно очень подержанная. Это не навороченный шестисотый «кабан», такой в городе есть всего один, и принадлежит он крупному авторитету. Эта машинка более старая, ей лет пятнадцать минимум, видно, что дно уже покрывается ржавчиной.

— Ну а чё? — продолжал Гена доказывать свою правоту. — Она на тачке модной ездит, а Аркадий Иваныч ей помогает вовсю, хотя не должен, это ваще не его тема. И чё, она думает, так и дальше будет? Какая-то тёлка колхозная о себе возомнила до фига чего-то. Он таких каждую неделю меняет пачками, а то и по две штуки за раз.

— Ты потише, Гена, базаришь много, — я шагнул к нему ближе, и он смутился, отошёл на шаг от неожиданности. — Ты что, думаешь, какой-то незаменимый? Так я тебе скажу одну вещь — тут полгорода видело, как ты её против воли тащил, — я показал на жилые дома вблизи. — Приедет наряд, тебя упакуют, дело пришьют по 126-й, похищение человека, вот и уедешь на двенадцать лет. Свидетели будут, это я тебе гарантирую.

— А я-то чё? — удивился Гена.

— Ну ёпрст, ты чего, думаешь, Аркадий Иваныч тебя покрывать будет? — я сделал вид, что удивился его несообразительности. — Скажет, что ты его неправильно понял, что это ты сам решил девушку похитить, а он отмажется. И уедешь ты в Воркуту, а он здесь останется, по саунам развлекаться будет ходить, о тебе даже и не вспомнит. Надо оно тебе, Гена?

— Ну, не надо, — пробормотал он, хлопая глазками.

Ну, всё же его взяли на работу из-за впечатляющих габаритов и мышц, так что спрашивать с него как с умного, точно не стоит, платят-то ему явно как дураку. Гена аж вспотел.

— Давай так, братан, — я подошёл к нему ближе и похлопал по плечу. — Ты мне скажешь, где этот Аркадий Иваныч сидит… В сауне же?

— Не, он поужинать поехал, цыплёнка табака кушать, — Гена сглотнул, и я услышал, как у него заурчало в желудке. Голодный. — Там встреча у него. А потом опять в сауну.

— Езжай тогда, братан, поужинай сам, — я подтолкнул его к машине. — А я твоим шефом сам всё перетру.

— А, ну, так-то оно так, — неуверенно произнёс он. — Но…

— Езжай уже, а то ППС уже едет. Огребёшь дубинкой. Били дубинкой по печени?

— Били, — обиженно пробурчал Гена, отошёл и сел в Мерс.

Двигатель заурчал, машина начала отъезжать, гравий заскрипел под колёсами. Я оглядел Юльку. Ветер как раз холодный подул, весна же всё же таки, не лето, хоть и тепло было днём, а она так и стояла одной маечке и юбке, аж кожа пупырышками покрылась. Да и только что была физподготовка, разгорячилась, простудится ещё. Я скинул свою джинсовку, надел ей на плечи и отвёл к скамейке за танк.

— Ну и что это было, Юлька? — спросил я спокойным голосом, усаживая её рядом с собой.

Юля шмыгнула носом, смотря вниз. Вид такой, будто хотела заплакать, но она почти никогда не плачет, по крайней мере, у кого-то на глазах.

Помню, как на улице она поначалу играла с пацанами в футбол и участвовала во всех прочих играх, и разбитые коленки её вообще никак не смущали.

Потом, конечно, такие игры прекратились, когда уже все пацаны заметили, что у неё заметно выросли грудь и бёдра, и тут уже было не до игр. Но со мной она продолжала общаться, уже много лет.

Но ни к чему серьёзному это не приводило. Хотя, как вижу сейчас, шанс-то у меня был всегда, но я его не видел, а надо было только руку протянуть.

— Да он же просто помогал поначалу, — начала говорить Юля.

— Ты прикалываешься? — проговорил я. — Неужели ты не поняла, что это не просто так всё будет? Ты же