Обреченные - Шелли Крейн

– А у тебя не будет неприятностей из-за того, что ты вышел? – прошептала я.

– Не-а. Просто скажу, что иду к тебе. – Он подмигнул мне и стукнулся кулаком с Калебом. – Увидимся позже, Провидица.

Я слишком волновалась, чтобы возражать. Я просто ждала. Родни вошел в коридор и важно прошествовал по нему. Это был серьезный ковбой. Я готова была рассмеяться. Подойдя к нашей комнате, он щелкнул пальцами, давая нам знак. Я взяла Линн за руку и двинулась по коридору, но Калеб тоже пошел. Я остановилась:

– Ты не пойдешь. Тебе нужно успеть вернуться в свою комнату.

– Я отведу тебя в твою комнату, – произнес Калеб упрямо.

– Но Родни здесь, – возразила я. – Ты же сказал, что доверяешь ему, так доверяй. Тебе не поздоровится, если тебя поймают за нарушением правил, особенно учитывая то, что должно произойти сегодня. Пожалуйста. – Калеб нахмурился. – Малыш, – добавила я, и он остановился напротив двери.

– Иди, красавица, пока я не передумал, – сказал он, но из-за его ямочки мне было сложно это сделать.

Я притянула его за воротник, чтобы наши губы встретились. Я понимала: это может быть наш последний поцелуй перед тем, как Калеба посадят в тюрьму, так что вложила в него все. При звуке, который вырвался у Калеба, мой пульс зашкалил. Кайл стукнул нас, чтобы привлечь внимание. Я вздохнула и нехотя отстранилась.

Волосы у Калеба были взъерошены и забавно торчали во все стороны. Я провела по ним рукой и захихикала, когда он закрыл глаза от удовольствия, словно это было лучшее, что он когда-либо чувствовал. У меня снова возникло это волнующее ощущение, что я могу все. Я поцеловала Калеба в губы еще раз и увела Линн за собой в коридор. Родни открыл сначала ее дверь, она быстро вошла и, состроив веселую рожицу, захлопнула ее.

Затем Родни открыл мою:

– Увидимся через полчаса. Мы встречаемся в бальном зале, чтобы узнать распорядок на сегодня.

– Хорошо, – ответила я. – Слушай, а почему у нас возникли бы проблемы, если бы нас застали вне наших комнат?

– Асы действительно серьезно относятся к выключению света, и никому не разрешается выходить из своей комнаты до восьми часов утра. Это делается для того, чтобы мы не начали крутить романы не с нашими нареченными. Они ввели это правило, когда поняли, что запечатления прекратились, а Виртуозы все равно женятся.

– О! – Ну, думаю, я не стала бы винить их в этом. – Хорошо. Я пойду приму душ. Буду готова, когда ты вернешься.

– Надень что-нибудь красивое. Я чувствую, что твой день в качестве Провидицы только начинается.

– Значит, никаких развлечений для меня? Ты это хочешь сказать? – пошутила я.

– Ты обязательно повеселишься. Ведь я с тобой, – ответил Родни и снова подмигнул. – Пока, Провидица.

– Мэгги, – поправила я. – Пожалуйста, мне и так довольно трудно. Хочется, чтобы хоть кто-нибудь здесь относился ко мне нормально. Я все та же девушка, которую ты спас в лесу.

– Ладно, – уступил он после паузы. – И хотя ты уже не та девушка, которую я спас в лесу, я сделаю все, что в моих силах.

– Спасибо и на этом. Скоро увидимся.

– Ага, – согласился Родни и помахал мне, блеснув ковбойской усмешкой, когда я закрывала дверь.

– Во что я ввязалась? – пробормотала я, а затем приняла горячий душ и задумалась над тем, что надеть в свой первый официальный день в качестве лидера Виртуозов.

Вскоре после того как я выскочила из душа, в мою дверь постучали. Я посмотрела на настенные часы и поняла, что это не может быть Родни. Для него слишком рано, а я опоздаю, если придется развлекать гостей вместо того, чтобы собираться.

Я выглянула в щель и, улыбнувшись, распахнула дверь, чтобы впустить бабушку, Марию, Джен и Рэйчел.

«Она выглядит… отдохнувшей».

Рэйчел обняла меня и задержала в своих объятиях. Сейчас она была мне как мама и казалась очень хорошей матерью. Отстранившись немного, она грустно улыбнулась, словно услышала мои мысли:

– Как ты держишься?

– Я в порядке, – ответила я и провела рукой по влажным волосам. – Но мне нужно собираться.

– Для этого мы и здесь, – сообщила Джен и взяла меня за руку, чтобы посмотреть на ногти. – У тебя есть какой-нибудь светлый лак?

– Что? Что вы…

– Мы твои фрейлины, – присоединилась к разговору Мария. – Они ведь так называются, бабуль?

– Что-то вроде этого, мисс Я-читаю-слишком-много-романов, – ответила бабушка и обняла нас. – Милая, Совет хочет, чтобы сегодня утром тебя холили и лелеяли… так как ты, безусловно, тоскуешь по Калебу… будучи разлучена с ним на всю ночь, – лукаво добавила она и насмешливо подняла бровь.

– О да. – Я прочистила горло и отвернулась от усмехающихся Джен и Рэйчел. – Я чувствую себя просто ужасно, – уныло заявила я с двойной долей сарказма. Все засмеялись, и Рэйчел покачала головой.

– Я знала, что он не останется в стороне, – улыбнулась она с гордостью. – Мой мальчик.

– Так это они послали вас сюда, чтобы помочь мне одеться? – спросила я.

– Ага, – кивнула бабушка и подошла к моему чемодану. – Надень это. – Она протянула мне голубое платье без рукавов европейской длины. – Вы только представьте, – она задержала дыхание и приложила руку к сердцу, – чтобы Провидица одевалась сама!

– Вам не нужно этого делать, – попыталась возразить я.

– О, брось. Я не против. Просто не люблю, когда они говорят мне, что я должна, потому что считают Провидицу ни на что в жизни не способной. Тебе стоит воспринять это как оскорбление, девочка. Даже королева одевается самостоятельно.

Я засмеялась:

– Попытаюсь не чувствовать себя оскорбленной. Я так рада, что вы все здесь. – Я проглотила комок в горле.

– Что бы сегодня ни случилось, Мэгги, – начала Рэйчел, и я увидела, что она с трудом сдерживается. Мне пришлось отвести взгляд. – Мы здесь. Ты всегда будешь членом нашей семьи.

– Даже если нам придется выкрасть тебя и стать непокорным кланом, – пробормотала бабушка себе под нос.

– Бабушка! – осуждающе прошептала Джен. – Тебя выкинут из Совета, если будешь говорить так.

– Ну и пусть! – рассердилась бабушка. – Я все равно справлюсь с этими старыми простофилями. Если они еще раз оскорбят мою девочку или навредят ей, – она взъерошила мои волосы, – я поступлю с ними по-свински, и мы уедем отсюда.

Я захихикала. Следом хихикнула Рэйчел. И наконец мы все рассмеялись.

– Что значит «поступлю по-свински»? – поинтересовалась Мария. – Ты считаешь их свиньями?

– Самыми настоящими! – хмыкнула бабушка и пошла выбирать мне сережки. – Простофили и свиньи в большинстве своем.

– Совершенно не понимаю, из-за чего весь сыр-бор, – заметила я. – Я знаю, что я ваш… я имею в виду, я…