Гиперсеть - Василий Головачев

Лилия непонимающе оглянулась на Кирилла.

– Это он кинул камешек в мой огород, – усмехнулся тот. – Мы с ним недавно… э-э… поспорили.

– По какому поводу?

– По поводу вмешательства в земную реальность. Хорошо, что ему подсунули виртуальный инвариант, иначе он наломал бы таких дров!..

– Это мое право! – огрызнулся Лаврик. – Что хочу, то и делаю! И никому не мешаю. Тебе тоже предлагали, да извилин не хватило… – Лаврик отшатнулся, заметив движение Кирилла.

Лилия удержала мужа.

– Ты что, Кир?! Я тебя не узнаю.

– Он реагирует только на пощечины, – усмехнулся Кирилл. – Как говорят: битиё определяет сознание. Итак, любезнейший господин Киндинов, вы решительно настаиваете на том, чтобы мы оставили вас в покое. Я правильно понял?

Лаврик затравленно огляделся, сказал с вызовом:

– Да, настаиваю! И вообще вы вошли ко мне без разрешения, я сейчас позову охранника или служителя правопорядка.

– А я уже здесь, – раздался знакомый скрипучий голос, и в комнату вошёл подполковник Петров собственной персоной, сопровождаемый двумя рослыми парнями в камуфляжной форме.

– ПСП! – прошептала Лилия.

– Что вы сказали? – благожелательно посмотрел на неё Петров; на этот раз он был одет в полевую форму офицера Российской армии. – Кстати, как вы здесь оказались, мадам? По моим данным, вы умерли.

– У вас устаревшие данные, – сухо сказал Кирилл. – По моим данным, вы тоже умерли… три раза. Что вам угодно, господин подполковник?

– Мне угодно допросить вас и сопроводить к месту ограничения свободы.

– А разве эта камера, – Кирилл сделал широкий жест, – не является местом ограничения свободы? Нас и так никуда не выпускают.

– Ну что вы, полковник, – скривил губы Петров. – Это же почти курорт. У нас имеются настоящие камеры, не чета этим.

– На Земле или здесь? Вы случайно не заблудились, уважаемый? Мы ведь находимся в гостях у оператора иезода Диаблинги.

– Не знаю никакой Диаблинги, – нахмурился Петров. – У меня есть приказ, и я его выполняю. Итак, вы согласны добровольно ответить на наши вопросы?

За спинами солдат Петрова возник Утолин в переливчатой сеточке молний. Лилия невольно округлила глаза, увидев капитана. Подчинённые Петрова оглянулись, отреагировав на её взгляд, и Кирилл бросился в атаку, понимая, что более удобного момента не будет.

Парни в камуфляже открыли огонь из автоматов. Пули без звука входили в тело Утолина, пропадая без следа, а он смотрел на стрелков и улыбался, будто был не живым человеком, а призраком.

Кирилл достал крайнего справа, туго толкнув его в мясистый затылок. Затем ухватил за ствол автомата повернувшегося к нему второго боевика, ввинтился спиралью к нему в объятия и вонзил локоть в живот солдата, направляя автомат на Петрова.

Парень охнул, инстинктивно нажал на гашетку, и подполковник Петров, успевший только-только достать пистолет, получил очередь в грудь и умер. Уже в четвёртый раз!

Продолжая движение, Кирилл ударил кулаком назад, в лицо спецназовца, повернулся к нему боком и ребром ладони завершил движение. Добил вставшего на четвереньки первого боевика ПСП.

«Отлично, полковник, – послышался мысленный «детский» голосок Утолина. – Кондиций не теряешь. Забирай Лавра – и за мной!»

Кирилл оглянулся на Лаврика, сидевшего в кресле с открытым ртом.

– Надеюсь, ты все понял. Или будешь дожидаться более профессиональной команды?

– Н-но я же… Гадство! Здесь так интересно!

«Быстрее! Сейчас проснётся охрана иезода!»

– Вылезай и пошли.

– Куда?

– У нас есть проводник.

Только теперь до Лаврентия дошло, что в комнате находится Утолин. Брови его прыгнули вверх.

– Капитан?!

Кирилл выдернул его из кресла, подтолкнул к выходу. Все четверо выбрались в тамбур перед спальней, и перед ними развернулся круглый коридор с пульсирующими светящимися стенами.

«Не отставайте!»

Утолин скользнул в коридор, остановился. Остальные догнали его, стали рядом. Тотчас же сзади возникла светящаяся пелена, скрыв тамбур, а коридор помчался вперёд, как эскалатор метро. Во всяком случае, иллюзия движения была полная.

Через несколько секунд впереди показалась ещё одна светящаяся стена, пассажиры необычного объёмного «метро» пронизали её и оказались в самой настоящей пещере с каменными стенами и потолком, усыпанными сверкающими драгоценными камнями. Посреди пещеры располагался знакомый четырёхмоторный самолёт, нос, крылья и хвост которого тонули в стенах. Люк в его фюзеляже был открыт.

«Залезайте!»

Утолин скрылся в самолёте. Лилия смело последовала за ним. Лаврик замешкался. Лицо его побледнело, губы упрямо сжались, глаза отразили внутреннюю борьбу.

– Я с вами не пойду…

Из стены за его спиной вынырнули одна за другой четыре фригуры в чёрных куртках, вскинули пистолеты-пулемёты.

Кирилл одним движением втолкнул Лаврика в салон самолёта и прыгнул сам. Раздались выстрелы. Пули с чавканьем вонзились в фюзеляж, влетели в люк, заскакали по салону, как огромные жужжащие шмели.

Люк сам собой встал на место, отрезая путь команде СНОС. Самолёт косо пошёл вверх, пронизывая потолок пещеры. В салоне стало темно. Затем джокер-фантом, способный, как оказалось, выполнять вполне реальные действия, вылетел за пределы иезода, и салон заполнился ярким светом.

Люди на полу длинного и совершенно пустого – ни сидений, ни лавок вдоль бортов, ни каких-либо выступов или тюков с грузом – салона зашевелились. Лаврик сел, почесал грудь, выругался. Кирилл помог подняться Лилии, направился к кабине пилотов, где скрылся Утолин. За ним потянулись остальные.

Пилоты в кабине отсутствовали. Утолин сидел в одном из кресел и забавлялся тем, что дергал и крутил штурвал, хотя это никак не сказывалось на бесшумном и ровном полёте. Самолёт взмыл над городом, продолжая подниматься в атмосферу Ицаха, и под ним расстилалась грандиозная панорама чужого мира, мира геометрической гармонии и реализованного математического совершенства.

Каждое его здание представляло собой геометрический шедевр, соединяясь с другими красивейшими арками, мостами и виадуками, и все вместе они создавали сложнейший объёмный узор, приковывающий взгляд и вызывающий восхищение мастерством создателей. Назад медленно уплывал сияющий, ажурный, невесомый, буквально взлетающий как ракета пик – иезод, центр контроля «низших» реальностей Гиперсети.

– Все живы? – обернулся Утолин.

– Хотелось бы кое-что уточнить, – сказал Кирилл, у которого в душе снова зашевелились сомнения.

– Валяй, – осклабился капитан, поворачиваясь к ним вместе с креслом. – Я тебя вполне понимаю.