Проводник - Родион Кораблев

Другая Сторона. Земли Улья. Торн.

«ПОГАНЫЕ твари! Да когда же вы закончитесь?!» — терпение главного следопыта подходило к концу. Да что там — он просто кипел от ярости. А ведь по меркам хранцев Торн являлся воплощением сдержанности, уступая в этом только усопшему Салхему. Но тот был известным отморозком.

Чтобы подчиненные не взбунтовались и выполняли приказы, Торн изображал спокойствие, но на бойцов не давил, уступив эту сомнительную роль вожаку. Впрочем, собратья его и не винили в своих бедах, зато эмоции не сильно скрывали и постоянно матерились. Некоторые шепотом, другие — с чувством, толком, расстановкой.

По правде говоря, бесконечные летающие твари не были непреодолимым препятствием. Опасным соперником — да, но не смертельной угрозой. Если бы не внутренний разлад, то хранцы не испытывали бы столь сильные затруднения. Насытив энергетическое тело, наемники легко блокировали мелочь, а высокая скорость и превосходное владение холодным оружием позволяли перемалывать даже крупных торпед рой за роем. Тем не менее, когда надоедливых тварей становилось слишком много, им иногда удавалось цеплять самых слабых из собратьев. В результате они падали под действием яда и восстанавливались только через несколько часов. Поначалу племя останавливалось после каждого такого случая, но потом разгневанный слабостью подчиненных Керх велел тащить парализованных товарищей, что не добавило радости остальными.

Чем дальше хранцы заходили на территорию Улья, тем большее сопротивление их ждало. Мелких ос они продолжали игнорировать, но вот твари побольше стали представлять серьезную угрозу — когда сбивались в большие стаи. Один на один любой из собратьев легко выходил победителем, но когда на тебя кидается десяток смертоносных торпед… никакое поле не выдерживает — просто перегружается и ослабевает. Хорошо еще, что хранцев было много, а сам Торн, Керх и еще несколько старших хранцев могли выйти вперед и сломать атаку, благо твари не отличались умом и сообразительностью, и кидались на ближайших врагов, даже самых сильных. Таких схваток Торн не боялся — защита коснувшегося силы справиться и с большей стаей. Но он мрачно думал, что будет, если их окружат сотни сильных врагов…

Больше всего его подчиненных бесил голод. Постоянное уплотнение энергетического тела съедало все силы и ресурсы, а взамен враги давали не так много пыльцы. Размен получался не в их пользу — расход превышал поступление, вот воины и голодали. Голодали! Они! Элитные охотники, в долине, полной добычи! Торн раздраженно сплюнул, но тут же одернул себя. Нельзя показывать слабость, остальные на него равняются, а их поддержка ему ой как понадобится.

Естественно, что тяжелые условия похода не прибавляли популярности вожаку, которого проклинали даже самые яростные фанаты. Если Торн поднимет сейчас вопрос о лидерстве, то Керх в ту же секунду вылетит со своего поста. Самое смешное, что молодой вожак этого не понимал и пер вперед как тупой буйвол.

Однако Торн молчал. Пока молчал. Дело надо закончить… Кроме того, он чуял, что люди — где-то рядом, хотя все умения и способности молчали и у него, и у собратьев. Но он знал, что беглецы впереди. Каким-то чудом они сумели найти укрытие и поддержку посреди странных летающих чудовищ, расплодившихся в неимоверных количествах. Эта мысль и гнала его вперед.

БАМ! Торн обернулся и увидел, как вдали взорвался торпедоподобный монстр. У кого-то явно не выдержали нервы…

— Кто стрелял?! Финк, чертов поганец! Я тебе сейчас башку твою тупую откручу! Я же приказал не тратить пули! — Керх подскочил к нарушителю, и сильным ударом сшиб хмурого хранца с ног.

Финк покатился, но быстро встал, зло посмотрел на вожака и огрызнулся:

— Керх! Долго мы еще будем выслеживать проклятых людей?

— Заткнись! Подними ружье и следуй за мной, иначе клянусь Храном ты здесь и останешься!

Старший следопыт напряженно смотрел на перепалку, готовый вмешаться, но чувствовал, что этого не понадобиться — Керх редко использовал слова, предпочитая сразу бить. А сейчас тратит время на разговоры. Чувствует, что теряет власть? Или не хочет доводить дело до крайности? А может, повзрослел, наконец, и понял, что нельзя так обходиться с остатками их народа?

Торн грустно усмехнулся. Месяц назад он бы обрадовался таким изменением в поведение вожака, но сейчас ему было плевать. Решение принято… Жаль, что Хенс погиб. Он бы сумел узнать настроение Финка после взбучки, хотя чего тут узнавать. Партия Торна сейчас получила нового члена. Столько же осталось за Керхом? Пятеро, четверо, а может и вовсе никого?

— Хорошо, старший. Я действовал недостойно, потому что был ранен и устал, — Финк пошел на попятную, но говорил тихим, напряженным голосом.

— Это не оправдание! Подними чертово ружье и становись в строй. Твой выстрел созвал тварей со всей округи. Ну точно!

От досады вожак топнул ногой и проорал:

— ВСЕ В КРУГ! Торн, мы с тобой впереди. Покажем этим поганцам, с кем они связались! Может хоть тогда они от нас отстанут!

Керх выкрикивал команду без энтузиазма. Было видно, что вожак тоже устал, хотя фанатичный блеск в его глазах никуда не делся — он жаждал мести.

Торн поднял голову. Они бежали по низине, но и отсюда он видел, что с разных сторон на них мчались три крупных роя. Не меньше сотни особей в каждом. Как бы он ни относился к Керху, приказ вожака был правильным и Финк заслужил взбучку. Вместо спокойного отдыха им сейчас предстоит сражение с неутомимыми тварями.

Старший следопыт крякнул досады и расчехлил два огромных тесака. Кто бы ему сказал, что придется использовать холодное оружие не для удовольствия, а для выживания…

* * *

Другая Сторона. Алекс.

Алекс прошелся вдоль границы, пока не обнаружил очередной спящий рой. Зрение, усиленное Быстрым мышлением, этому крайне способствовало, и он углядел осиное лежбище в глубине мини-рощи. Чем дальше, тем больше разведчик убеждался, что выгоднее иметь не развитое чувство само по себе, а уметь обрабатывать сигнал. Даже без помощи Универсального фильтра, разогнанное сознание подмечало странности ландшафта. Именно оно наделяло органы чувств новыми возможностями, причем не за счет скорости самой по себе, а потому что в этом режиме Алекс мог задействовать неосознаваемые в обычной жизни функции мозга. Ту самую часть, которую иногда кличут подсознанием, хотя сознание цело и неделимо.