Нас немного - Дэвид Вебер

- Я хочу все это. - Она вздохнула, наконец опуская руки. Затем ее лицо посуровело, и она спокойно встретила его взгляд. - Все. Что случилось?

- В вашем другом состоянии...

- Как ты это называешь? - перебила она. - Если ты позволишь... этой Александре. Ты называешь это Александрой, Котяра?

- Да, ваше величество, - твердо сказал он. - Это императрица Александра. Женщина, которой я давным-давно служил.

- А другая?

- Ну, - Катроне поморщился. - Мы просто называем это ла-ла-ленд. У врачей есть длинное техническое название...

- Могу себе представить, - сухо сказала она. - Знаю ли я, что я императрица?

- Да, ваше величество, - сглотнул Катроне. - Но, честно говоря, там мы просто игнорируем все, что вы нам говорите делать. Хотя обычно вы не отдаете никаких приказов.

Он сделал паузу.

- Что я делаю? - спросила она.

- Все, что вам скажут, - сказал Катроне с суровым лицом. - Пожалуй, единственный положительный вклад, который вы вносите, - это спрашиваете, когда вернется ваш самый особенный друг. И если его нет рядом, вы пристаете ко мне, ваше величество.

- О, Господи, Томас. - Ее лицо побледнело, а на глазах выступили слезы. - О, Боже. Мне так жаль!

- Я не в обиде, - пожал плечами Катроне. - Я не рад, что это случилось с вами, ваше величество, но я рад, что это я. Я никогда не видел, чтобы вы делали это с каким-либо другим мужчиной... - Он снова сделал паузу, затем пожал плечами. - Кроме Роджера.

- Что?!

- Вы думаете, он Нью-Мадрид, - сказал Катроне. - Вы говорите все.

- И я это имела в виду, - выдавила Александра. Она глубоко вдохнула, раздув ноздри, и откинулась на спинку стула. - Ты сказал, что меня не было два дня?

- Да, ваше величество. Мы только что оставили вас с вашими дамами. За вами... следили охранники, чтобы убедиться, что никто из них не начал давать советов.

- Хорошо, - твердо сказала Александра. Затем она смягчилась и странно посмотрела на него. - Томас?

- Да, ваше величество?

Ее голос был намного мягче, и он внимательно наблюдал за выражением ее лица, задаваясь вопросом, не сбилась ли она снова с пути.

- Я - это я, - сказала она и удивила его ухмылкой. - Я могу видеть вопрос в твоих глазах. Но у меня есть свой собственный очень серьезный вопрос, на который я хотела бы получить честный ответ. Что мой сын велел вам делать? С моими выходками?

Руки Катроне вцепились в подлокотники его кресла, и он несколько долгих мгновений смотрел на дождь. Затем он снова посмотрел на нее и поднял глаза, чтобы встретиться с ее серыми глазами.

- Он приказал мне сделать все необходимое, чтобы помешать вам найти кого-то другого... компаньона-джентльмена, - прямо сказал он. - Все врачи согласились с тем, что любой подобный... компаньон-джентльмен мог бы посоветовать вам отдать любой приказ, который он придумает, когда вы будете в своем ла-ла состоянии.

- Боже мой, он ублюдок, не так ли? - в голосе Александры действительно слышался восторг, она покачала головой и потерла переносицу. - Мне трудно сформулировать следующий вопрос, Томас. Он сделал это?..

- Он сделал это на благо империи, - сказал Катроне таким же резким тоном, как и раньше. - И он сделал это, зная, с каким испытанием я столкнусь. Он сказал мне, что теперь мой срок службы - до тех пор, пока один из нас не умрет.

- И ты принял этот приказ? - спокойно спросила Александра.

- Я всегда служил вам, ваше величество, - сказал Катроне, внезапно став очень старым и усталым. - Я всегда буду служить. Но, да. Когда Роджер отдал этот приказ, я подчинился ему, как будто он исходил из уст моего императора.

- Хорошо, - сказала она. - Хорошо. Если он может требовать от тебя такой преданности, такого служения - от моей силы и моего паладина - тогда, да, возможно, я недооценила его.

Она сделала паузу, и ее губы задвигались, пытаясь не улыбнуться.

- Томас...?

- Нет, - сказал он.

- Ты не знаешь, о чем я собиралась спросить, - заметила она.

- Да, я знаю, - сказал он. - И ответ таков: нет. У нас никогда этого не было.

- Испытываешь искушение? - спросила она.

Он поднял голову, его глаза были горячими, почти сердитыми, и впился в нее взглядом. Мускул на одной щеке дернулся, и Александра тепло улыбнулась.

- Я приму это как "да", - сказала она, откидываясь на спинку стула, и подперла подбородок одной рукой, постукивая указательным пальцем по щеке. - Ты снова женился, не так ли, Кот?

- Да, - осторожно ответил Кот.

- Жаль.

- В чем дело, Катроне? - потребовал Роджер, шагая по коридору. - Черт возьми, я по уши в работе. Мы все по уши погружены в работу.

- Она ждет прямо сейчас, - ответил Катроне. - Она хочет что-то сказать, и когда она зовет, вы идете.

- Я просто привыкаю к тому, что со мной обращаются как со взрослым, - огрызнулся Роджер. - Я не в восторге от того, что со мной снова обращаются как с ребенком.

- Вы не ребенок, - сказала Элеонора, присоединяясь к ним из другого конца коридора. Депро была с ней, бежала рысью, чтобы не отстать от женщины пониже ростом, и чертовски хорошо проводила время, делая это в туфлях-лодочках.

- Да, это не так, - эхом отозвалась невеста Роджера, прыгая на одной ноге и отставая, когда она, наконец, сдалась и сорвала туфли. - С тобой обращаются как с ее наследником. Она хочет сказать что-то важное.

Туфли слетели, и она несла их в одной руке за ремешки, торопясь наверстать упущенное.

- Дело не только в вас, Роджер, - сказала Элеонора, кивнув Депро в знак благодарности. - Все ваши компаньоны, ваш персонал, Катроне, премьер-министр, весь кабинет министров и лидеры основных партий как в палате лордов, так и в палате общин.

- И в тронном зале, - прорычал Роджер. - Это амбар с дырками! Почему именно тронный зал?

- Я не знаю, - сказал Джулиан, присоединяясь к ним, - но она потребовала императорские регалии.

Кринди Фейн, Хонал и док Добреску последовали за Джулианом, и