Бог войны - Дэвид Вебер

– Но как такое возможно? – хрипло спросил Чарроу, а Базел пожал плечами:

– Лично я никогда не сталкивался с подобными вещами, пока Он не избрал меня, но когда я спросил его, что это такое, он сказал, что проклятый меч должен служить воротами в царство Шарны. – Чарроу с Вейжоном разом сплюнули при звуке этого имени. – Он объяснил, что Демоново Отродье хотел поразить меня через Харнака, но Харнак ни за что не стал бы этого делать, если бы на него не повлияли Темные Боги.

– Этот Харнак был наследником трона Навахка? – Чарроу не спрашивал, а почти утверждал, и Базел кивнул. – Тогда «вмешиваются» не слишком подходящее слово, милорд, – мрачно заметил капитан. – Это уже привычный сюжет. Кто-нибудь из Темных Богов запускает свои когти в наследника правителя, потом… смена правителя, и трон падает к нему или к ней в руки, словно спелое яблоко. Шарна проделывает это особенно ловко. Многие люди жаждущие власти обращаются к Гильдии Убийц, не понимая, что негодяи такое же орудие Шарны, как и те, кто им платит, – горестно заключил Чарроу. – На самом деле, я уверен, многие из них просто не осознают этого. Среди них никогда не бывает приверженцев каких бы то ни было богов, поэтому они рассматривают свою связь с Шарной просто как единовременную сделку. Но деятельность гильдии всегда направляют жрецы Шарны, и гильдия рада тому, что у нее имеется поддержка в церковных кругах. Но это означает лишь то, что тот, кто имеет дело с одними, должен иметь дело и с другими, знает он об этом или нет. А когда дверь приоткрыта…

Чарроу замолчал, передернув плечами. Базел медленно кивнул.

– Да, я тоже так думаю, – согласился он. – Я только надеюсь, что им хватало Харнака и они пока что не трогали никого из его братьев. Если это так, их усилия пропали впустую после его смерти. Из того, что я знаю о его отце, следует, что они не собираются раскидывать свои сети широко, иначе он обо всем догадается. Его душа чернее сапога, и он не отличается особым умом. Но при этом он не полный идиот, он не забрался бы так высоко, если бы не был достаточно хитер. Я уверен, что он вырвал бы у Харнака сердце своими руками, сын он ему или нет, если бы понял, что затевается. Он-то знает, как отреагируют его союзники, если узнают.

– А как они отреагируют? – негромко спросил Чарроу. Базел выпрямился, взгляд его карих глаз потяжелел.

– А как бы отреагировали ваши люди? – с вызовом спросил он. На какой-то миг его глаза встретились с глазами капитана, и Чарроу взмахнул рукой, словно извиняясь. Базел смотрел на него еще несколько мгновений, потом глубоко вдохнул, раздувая ноздри.

– Именно по этой причине я предпочитаю не обсуждать этого ни с кем, – пояснил он, снова мрачно отворачиваясь к огню. – Даже сейчас многие предпочитают считать, что градани по своей воле стали служить Тьме в Контоваре. Правда лишь в том, что мы действительно ей служили. Но не потому, что сами хотели этого, а потому, что их проклятые колдуны не оставили нам выбора. Лишь немногие градани получали помощь от богов, Света или Тьмы, все равно. Но едва ли у любого другого народа в мире найдется более серьезная причина ненавидеть Тьму, чем у нас. Как только просочится слух, что кто-то из градани связан с Тьмой, это тут же больно ударит по всем нам. Я не преувеличиваю.

– Нет, – тихо произнес Чарроу. – Нет, я понимаю и прошу простить меня. Судя по всему, во мне живет гораздо больше предрассудков, чем я думал.

– Ба! – Базел махнул рукой, словно что-то сметая. – Сколько градани ты встречал до того, как мы с Брандарком появились у вас на пороге?

– Ну… ни одного, – признался Чарроу.

– Значит, нет ничего странного в том, что ты верил всему, что о нас говорят.

– Это причина моей недальновидности, а не оправдание. Но наверное, ты прав. И еще ты прав в своих ожиданиях того, как воспримет большинство людей подобные известия. Но это уже дело Ордена.

– Так оно и есть, – согласился Базел. – Но ты сам сказал мне, что избранник – часть Ордена, хочет он этого или нет, ведь так? – Чарроу кивнул. – А если так, то нам с Вейжоном тоже придется иметь с этим дело.

– Всего лишь вдвоем? – Чарроу не смог скрыть своего скептицизма, и Базел засмеялся.

– Да, мы двое, еще Брандарк… и сорок-пятьдесят тысяч Конокрадов.

– Я думал, что ваше племя заключило перемирие с Кровавыми Мечами.

– Так и есть, то есть так было, пока мы с Харнаком немного не повздорили. Я ни разу не получал вестей от отца за все время нашего с Брандарком путешествия, поэтому очень может быть, что перемирие остается в силе. Но я уверен, что моему отцу не слишком понравилось, когда Харнак изнасиловал девушку, находившуюся под покровительством его собственного отца, обвинив в преступлении меня. Даже если сам он решил закрыть на это глаза, среди его капитанов есть такие, кто не потерпит подобных обвинений. Нет, я не хочу сказать, что все это из-за меня, но только дурак мог думать, что перемирие будет длиться вечно. А мой отец кто угодно, только не дурак. Я уверен, у него все было готово еще до того, как мы с Харнаком скрестили мечи. И даже если я ошибаюсь, он моментально двинет войска, когда узнает, с кем якшался Харнак.

– Значит, пока что он не знает, – заключил Чарроу.

– Нет. Я хотел написать ему, потому что мы не владеем магией, позволяющей передавать сообщения на расстояния. Но кажется, сам я приду быстрее письма. Пока что я имею счастье пользоваться расположением Томанака, с Орденом же оно пребывает постоянно. Так что нам предстоит именно такая работенка, которую Он поручает своим любимчикам вроде нас с вами. Кроме того, я сам не могу допустить, чтобы мой клан сражался вместо меня.

– Нет, нет, это я понимаю, – согласился Чарроу. Он откинулся в кресле и вытянул ноги, задумчиво покусывая нижнюю губу. Тишину нарушало только равномерное тиканье часов на каминной полке и негромкое потрескивание пламени. Через несколько мгновений Чарроу коротко кивнул и вздохнул:

– Прекрасно, милорд. Едва ли ты нуждаешься в моем разрешении, но, как бы то ни было, прими мое благословение. И мою помощь.

– Помощь? – нахмурился Базел. – Если ты