Мастер дорог - Андрей Земляной

Ассарта, королевство Агелау, Ашир.

Жемчужный остров, Малый дворец

Встреча майора Свиридова с властями Агелау состоялась в малом приемном зале королевского дворца, в присутствии королевы-матери, архимагистра Ши Саргонаи и других более или менее официальных лиц.

Мощный имплант в голове у искусника помог тому, так что, погрузив майора в транс, Саргонаи смог за сутки более или менее освоить русский язык, взяв его логические цепи и фонетику прямо из головы, поэтому он работал для майора переводчиком с агелау на русский и обратно. После того как король произнес краткую речь о том, как они рады видеть соотечественника национального героя Агелау, полковника гвардии герцога Рокова, и вообще рады видеть представителя другой цивилизации, начался собственно разговор, в ходе которого майору был вручен ларец с многостраничным отчетом самого Широкова и солидный ящик с ручками, назначение которого пояснил Саргонаи.

– Это, как любит говорить мой ученик, «доказательная часть». Видеофиксаторы с тем, что было, документы некоторых специальных служб, разумеется с переводом, и пара сувениров на память, которые он решил таким образом вам передать.

– Ученик? – Почему-то именно за это слово майор уцепился особым образом.

– Ну да. – Искусник кивнул. – Я его учил тому, что, как он говорил, полностью отсутствует на вашей планете. – И видя непонимающие глаза офицера, добавил, подняв руку, которую вдруг окутали языки черного пламени: – Магии, конечно.

Линсар, Проклятый материк,

алая зона 38 «Мертвая равнина»,

территория поселка Кайрас

Солнце уже клонилось к горизонту, когда Алексей вошел в местное гнездо разврата, носившее гордое название ночной клуб «Мотылек». Поселок был действительно большим, и на территории бывшей авиабазы проживало не меньше десяти тысяч человек. Но работы было мало, и тот, кто хотел есть что-то кроме белковых пайков, должен был активно искать точки приложения своих сил.

Работать на удовлетворение потребностей местных жителей и приезжающих оттянуться райсеров считалось, конечно, не очень почетным, но зато весьма прибыльным. Ночь с поселковой дамой в номерах на втором этаже стоила куда дороже, чем соитие с дамой из банды, но человек всегда был падок на внешние эффекты. Вот и девочки из обслуживания клуба, кое-как приодетые, чистые и относительно ухоженные, шли по сто монет серебром за ночь, или десятка в час.

Кабак и прилегающая стоянка были отделены от поселка мощным забором из бетонных плит, а для захода со стороны пустоши в бетоне был прорезан еще один проход. Без мощных ворот, но со сложным лабиринтом, сделанным из стальных листов и обложенным осколочными минами. Таким образом, каждого незваного гостя встречал проезд, по которому можно было двигаться только со скоростью пешехода, и мины, гарантированно превращавшие в решето и людей и технику.

На входе у Алексея отобрали весь огнестрел, оставив только нож и тесак на поясе, и, выдав затертый медный номерок, сделанный из расплющенной кумулятивной воронки, пропустили внутрь.

А сев за столик, Алексей столкнулся с еще одной реальностью этого мира, а именно практическим равноправием полов, что выражалось в примерно равном количестве обслуживающих персон как женского, так и мужского пола, и посетителях – женщинах, активно обхаживающих симпатичных им лиц мужского пола.

Зал был огромным, вмещавшим более трехсот человек сразу, плюс к этому на втором этаже имелась галерея с отдельными номерами, для приватных бесед и всего остального.

Официанты и официантки щеголяли в крошечных шортах, с обнаженным верхом, в обуви, похожей на мягкие тапочки.

Публика, в основном одетая в кривовато сшитую некрашеную кожу, брезент и технические ткани разного назначения, украшенные заклепками и цепями, жрала, пила и всячески радовалась жизни, поглядывая на «шоу» – трех костлявых девиц, вяло копошащихся у шестов, что по замыслу организаторов должно обозначать высший градус разврата и вызывать соответствующие эмоции у публики. Но у Алексея девицы вызывали лишь жалость и желание пристрелить, чтобы не мучились.

– Господин? – Девушка, подошедшая к его столику, склонила голову. – Желаете стандартное меню или мы можем для вас приготовить что-нибудь особое?

– Давайте стандартное. – Алексей кивнул. – Только поясните, что есть что. А то я в вашей кухне пока не разбираюсь.

В итоге остановились на мясе местного суслика, овощах и большом кувшине сока ругавы, который, однако, стоил дороже, чем произведенное местными умельцами вино.

Явление нового человека, да еще и в дорогой одежде, не могло не вызвать интереса завсегдатаев кабака, и вокруг начались сначала довольно аккуратные, а после уже совсем откровенные проходы молодых дам, с демонстрацией ног и высокого бюста. Были в этом потоке и местные и приезжие, но даже самая смелая, Лура-дыра, которая вопреки правилам подошла к самому столику и поинтересовалась насчет компании, получила спокойный, но твердый отказ.

Еще удивительнее было явление в клубе главного оружейника поселка, вместе со старым и дряхлым, но вполне дееспособным главным механиком. Они что-то пообсуждали с гостем, выпили весь заказанный гостем сок и, явно довольные переговорами, ушли.

– Добрый вечер. – Дама, подошедшая к столику Алексея, была полной противоположностью «леди» за столиками вокруг и танцующих на маленькой сцене. Нет, фигуры у всех были прекрасные. Стройные, подтянутые, с выпуклостями в нужных местах. Но вот запах какой-то химической дряни, видимо заменявшей мыло и воду, а также бритые головы или заросли какой-то комковатой пакли на том месте, где у людей росли волосы, начисто отбивали всякое желание.

Но эта дама была совсем из другой колоды. От нее приятно пахло тонким парфюмерным ароматом, светло-русые волосы, тщательно ухоженные и уложенные в красивую прическу, блестели в свете фонарей приятным блеском, а лицо, едва тронутое макияжем, с тонкими чертами и выразительными фиолетовыми глазами, под тонкими пушистыми бровями, было на редкость красиво, а на высоком лбу красовалась диадема тонкой работы с большим выпуклым камнем гладких очертаний. И да… Дама была одета в оранжевый комбез с глазом в белом круге, а имплант выдал информацию об активной метке Управления пропаганды Армии Тессарин. Правда, в статусе вольнонаемного, что означало среднюю позицию между «ты кто такая» и «пошла к демонам».

– Добрый вечер. – Алексей, как и положено по «высокому» этикету Тессарин, встал. – Могу ли я быть чем-то полезен даме?

Таисса Тассо, молодая, но довольно опытная сотрудница Третьего канала, не в первый раз бывала на Проклятом. Ее репортажи всегда ставили в основную сетку вещания, а гонорары уже позволили купить небольшую, но уютную квартирку на Гоби Хро, с видом на океан и речной залив. А карьера только начиналась. У всех телевизионных работников стоял перед глазами пример Тавио Гро, сумевшего пробиться от оператора до члена Большого Круга.

Когда в зал вошел ухоженный и стройный красавчик, Таисса сразу же предположила, что это работает кто-то из конкурентов или даже с ее канала. Да, считалось хорошим тоном не пересекаться во времени и пространстве, но, если доходило до серьезной работы, никто уже не соблюдал никакие правила.