Гросс - Иван Оченков

— Это само собой разумеется, — поспешил согласиться Колычев. — Ты у меня одна такая во всем белом свете.

— Кстати, мне показалось, или в твоем голосе прозвучала нотка ревности?

— С чего бы? — изобразил удивление Март.

— Ну, признайся, ты думаешь, что Николай запал на меня?

— И в мыслях не было! — пошел в отказ нареченный.

— Да? — недоверчиво посмотрела на него суженая и даже попыталась скользнуть в «сферу», но наткнулась на абсолютно непроницаемую оболочку.

— Кстати, а что в твоем призе? — вспомнил о свертке Ким.

— Если честно, — шмыгнул носом цесаревич, после чего глупо хихикнул и продолжил, — после тех панталон я немного опасаюсь открывать!

— Но надо же узнать? — логично заметил Виктор.

— В самом деле! — решился Николай и рванул завязку.

К счастью или наоборот, тут уж кому как, содержимое оказалось вполне традиционным. То есть, полуштоф запечатанного сургучом полугара, несколько стопок из мутного стекла, свежеиспеченная румяная сайка и банка мелкой копченой рыбы от рижского купца Бирманиса с непривычным названием «шпроты».

— Сейчас мы ее выпьем! — радостно сообщил своим друзьям цесаревич.

— Кузен, это вы? — внезапно возник рядом с ними какой-то молодой человек в темном пальто с щегольским белым кашне на шее. — Я уже несколько минут наблюдаю и глазам своим не верю…, что здесь вообще происходит?!

— Серж! — почти обрадовался появлению родственника великий князь. — Как хорошо, что я тебя встретил… знаешь, я давно хотел сказать тебе…

— Как вообще можно опуститься до подобного времяпрепровождения? — продолжал аристократ с презрительным выражением на лице.

— Пошел в жопу! — выпалил Коля, как бы ни впервые в жизни прибегший к столь крепкому выражению.

— Как ты сказал?!! — не поверил своим ушам член императорской фамилии.

— Кажется, его высочество достаточно ясно выразился, — встал между ними Март. — Ему неугодно ваше общество!

— Да как вы смеете? Кто вы, вообще, такой?!! — захлебнулся от возмущения князь.

Впрочем, все еще могло закончиться благополучно, но, к несчастью, у Николая очень уж накипело по отношению к родственнику, и он попытался дать ему в ухо. Тот, разумеется, увернулся и даже перехватил руку кузена, явно собираясь ее заломить, но тут вмешался уже скользнувший в «сферу» Колычев. Проведя для начала ментальную атаку по никак не ожидавшему подобного князю, синхронно нанес столь же резкий короткий прямой тычок точно в «солнышко» даже не кулаком, всего лишь костяшками среднего и безымянного пальцев, но Сержу хватило и такого, строго дозированного воздействия. Задыхаясь от боли, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть и тем более кричать, аристократ уселся пятой точкой в сугроб.

— По ходу, нам пора линять! — бросил остальным Март, хватая за руку Колю.

— Действительно, пошли отсюда, — согласилась с ним Саша, увлекая за собой Таню и так и не успевшего вмешаться Кима.

Мгновенно смешавшись с толпой, они поспешили покинуть место происшествия и остановились только на краю парка, в стороне от остальных гуляющих.

— Что будем делать? — обеспокоенно спросила Зимина, как только они остановились.

— Есть одна идея, — отозвался Колычев. — Сейчас вызову «Ночную Птицу», и мы по-быстрому доберемся до Зимнего. На корабле есть кое-какое оборудование. Думаю, что когда мы будем на месте, наш высокопоставленный друг успеет отрезветь.

— Я не об этом. То, что ты сделал, можно квалифицировать как нападение на члена императорской фамилии!

— А то, что сделал он, на «оскорбление величества», — отмахнулся Март. — Не думаю, что этот франт настолько глуп, чтобы поднимать шум!

— Его родители принадлежат к одной из самых влиятельных группировок при дворе!

— Слушай, давай решать проблемы по мере их поступления!

— Ребята, — воскликнул внимательно прислушивавшийся к их диалогу Ким.

— Что?! — почти одновременно отозвались они.

— А вы ничего не хотите нам рассказать?

— Ты о чем? — не понял сначала Колычев.

— О «князе», о «его высочестве»!

— Нехорошо получилось, — чертыхнулся про себя Март и с надеждой посмотрел на остальных. — Может, все-таки потом?

— Пока «Ночная Птица» долетит, время есть, — встала рядом с Витькой Татьяна.

— Ладно, слушайте…

Начальник дворцовой полиции — это только звучит гордо. На самом деле, у любого околоточного надзирателя в провинции гораздо больше власти и куда меньше ответственности, чем у главного придворного блюстителя закона. К тому же на эти места не метят десятки честолюбивых мерзавцев в эполетах. И уж конечно, там нет таких высокопоставленных нарушителей порядка, какие в изобилии водятся в Зимнем дворце, Царском селе или Гатчине! И сегодня генерал-майор князь Микеладзе в очередной раз имел возможность в этом убедиться.

— Добрый день, Автандил Александрович, — не предвещающим ничего доброго голосом поприветствовала его императрица. — Я хотела бы задать вам один вопрос…

— Слушаю, ваше императорское величество, — внутренне напрягся князь.

— Где мой сын?

— Кого вы имеете в виду? — решил уточнить на всякий случай генерал.

— Цесаревича! — процедила Евгения Александровна таким тоном, что можно было заморозить все припасы на царской кухне.

— Его императорское высочество пожелал остаться один и просил его не беспокоить, после чего закрылся в своих апартаментах!

— Его там нет!

— Этого не может быть…

— Я что, по-вашему, вру или представление разыгрываю? — возмутилась государыня. — Милейший, быть может, вам хочется вернуться на родину и пасти там баранов, или чем еще занимались ваши предки? Предупреждаю, так легко вы не отделаетесь и для начала посетите места с куда более холодным климатом…

Надо сказать, что родившемуся и выросшему в Петербурге князю ни разу в жизни не довелось побывать в Грузии, не говоря уж об Имеретии, и императрица, разумеется, была об этом прекрасно осведомлена. Но сегодня ее немного занесло, и она продолжала распекать генерала как мальчишку, не сразу даже обратив внимание на то, что старший сын появился и с некоторой опаской поглядывает за разыгравшейся сценой из-за угла.

— Ваше императорское высочество, — обратился к нему обладавший, как и большинство жандармов, профессиональной наблюдательностью Микеладзе. — Соблаговолите подойти к нам. Ваша венценосная матушка желает у вас кое-что узнать!

При этих словах Евгения Федоровна остановилась в некотором замешательстве. С одной стороны, она еще далеко не все сказала нерадивому начальнику охраны. С другой, сын нашелся, значит, все не так