Альпинист. Книга 2 - Тим Волков

— Откуда? — зачем-то спросил я.

— Синичка на хвосте принесла. Я все про вас про всех знаю, — уже другим тоном ответил делегат и я вдруг вспомнил слова Петровича про то, что КГБ уже загодя начал следить за нами и собирать всю информацию. — Так что не переживай ты так. Попал ты в список. И если сложится все, пойдешь на Пик Победы с основной группой.

Я едва не подскочил на стуле. Я не верил сказанному и мне казалось, что это какой-то розыгрыш.

— Мало того, мы даже приняли решение о том, кто будет руководителем группы ребят, — добавил Юрий Карпович.

— Кто? — спросил я, надеясь, что это будет Володька.

Он сможет, у него есть способности и опыт. А еще он…

— Это будешь ты, — ответил Юрий Карпович, выводя меня из задумчивости.

— Что? — только и смог вымолвить я.

— Руководителем группы по маршу на Пик Победы будешь ты, Герасимов Андрей. Ты доказал, что за каждого будешь биться до конца, не жалея себя. И поставленную цель выполнишь. Поэтому лучшей кандидатуры не придумать. Ты будешь. Вопрос решен и обсуждению не подлежит. Так что готовься.

Юрий Карпович хлопнул меня по плачу вытащил из кармана пачку сигарет и вышел из палатки, оставляя меня наедине со своими мыслями.

А мыслей было много. Чересчур много.

Глава 8

Отъезд

Юрий Карпович вернулся минуты через три. От него пахло сигаретным дымом, а сам он постукивал зубами от холода.

— Не думаю, что это хорошая идея, — произнес я, немного отойдя от первого шока.

— Это еще почему? — искренне удивился Юрий Карпович, наливая себе в кружку чая из термоса.

— Не со всеми ребятами у меня налажено общение, да и вообще…

— Ты про Костарева? — спросил делегат, чем вновь заставил меня удивиться. — Что глаза выпучил? Да все мне известно и про него, и про тебя. Ну был у вас небольшой конфликт. У всех бывает, все мы люди. Но теперь же тихо, верно?

С этим сложно было не согласиться, Костарев теперь был ниже травы и тише воды. Или это дело рук делегатов?

— Нет, я тут не причем! — рассмеялся Юрий Карпович, словно прочитав мой немой вопрос в глазах. — Ты самый идеальный кандидат. А за других не беспокойся. Ребята все психологически совместимы, нужные тесты мы уже провели.

— Когда? — не сдержался я.

— Это уже не твое дело. Главное — провели. И они в полном порядке.

— Но сахар…

— Про тот инцидент мне тоже известно. Ну да, кто-то пошутил, дерьмо в сахар подмешал. Спорная конечно шутка, но у всех чувство юмора разное. В общем, не в счет это. А чтобы ты не волновался, я тебе право одной замены дам.

— Что это?

— Можешь перед подъемом или на самом подъеме кого-нибудь одного из своей команды заменить. Ну, если вдруг кто начнет ненужные вещи творить. Только аккуратней. Ко мне подойдешь, шепнешь фамилию. Через час человек уже будет заменен под необходимой формулировкой — давление там повышенное, или обследование дополнительное. В общем, найдем повод.

Юрий Карпович похлопал меня по плечу.

— Неужели у меня показатели лучше? Я думал, что у Владимира…

— У него тоже хорошие, — перебил меня Юрий Карпович. — Но ведь не в одних физических показателях дело.

— А в чем же?

— Пойми, что покорением Пика Победы ничего не закончится. Наоборот, только начнется. Вас будут возить по всей стране, вы встречаться будете со школьниками, со студентами, с работниками заводов и политиками. Вы будете на виду у всех. Вы будете вдохновлять своим подвигом других людей. А лучше всего это сделать человеку с лицом фотогеничным. Вспомни Юру Гагарина. Добрая улыбка, теплый взгляд, простое запоминающееся лицо. Да он своей улыбкой для страны больше сделал, чем полетом. Скольких людей он этой улыбкой вдохновил? Миллионы. Люди — простые люди, рабочие, детвора, студенты, — смотрели на него и понимали, что он такой же, как и они. И что у каждого есть шанс покорить небывалые высоты, нужно только стараться — учиться и работать. Теперь понял?

— Понял, — кивнул я, сглотнув подступивший к горлу ком.

Становится «звездой» у меня не было никакого желания, но общую мысль послания Юрия Карповича я понял.

— Но ты, конечно же, должен понимать, что тебе нужен будет советник, опытный, который в случае чего сможет помочь, подсказать.

Юрий Карпович хитро улыбнулся. Мне его улыбка не понравилась.

— Советник? — переспросил я.

— Да ты не переживай. Про него даже никто не узнает. Официально в вашу группу он входить не будет.

— Как это?

— Согласно установке сверху Пик Победы должны покорить молодые ребята, чтобы показать всему миру, что молодежь у нас — хоть гвозди из них делай, хоть пули отливай. Поэтому мы и отобрали вас. А советник… На то он и советник — только чтобы давать советы. Понимаешь?

Увидев мой полный смятения взгляд, Юрий Карпович снисходительно улыбнулся.

— Пойми, что мероприятие важное. Провалить мы его не можем. Допустить жертв тоже. У нас, по сути, только одно у всех задание — покорить Пик Победы. Без всяких вариантов. Поэтому и команда будет крепкая. Следом за вашей группой пойдет вторая, запасная, все те же ребята, с которыми ты занимался, но только в резерве.

— Это если…

— Верно. На всякий пожарный случай, типа того, что произошел сегодня. Но такого, конечно, не будет, Эльбрус уже отобрал всех, кто не пригоден.

— Есть еще кто-то с горной болезнью? — насторожился я.

— Есть, — после паузы ответил Юрий Карпович. — Но не спрашивай кто, я не знаю. Потом тебе список дам, если интересно. Там не много.

«Но там могут быть мои друзья», — подумал я.

— Всякое на высоте может быть, — как-то странно произнес делегат, и я вдруг догадался, что он имеет ввиду.

О нашем восхождении будут давать информацию в газеты, радио, телевидение. Все практически в прямом эфире, новости будут выдавать как горячие пирожки — чтобы о достижения советского спорта узнавали сразу во всех уголках мирах. И наверняка будет сказано команда из скольких человек вышла на старт.

А если по пути на гору кто-то сорвется или погибнет, то его тут же заменит резервный человек… И никто посторонний об этом не узнает. В новостях будут продолжать вдохновенно сообщать, что все идет по плану.

Мне стало не по себе.

— Все будет в порядке, — успокоил меня Юрий Карпович. — Запасная группа нужна на всякий случай, по протоколу. Вон, у Юрия Гагарина был же резервный человек — Герман Титов. Вот так и у нас. А что, горы — так это покруче космоса будет.

Юрий Карпович даже расправил плечи от собственной проникновенной речи.

— Но это еще не все. Помимо резерва за вами будет идти с отставанием в один день еще и группа опытных альпинистов. Я думал туда и Молодова отправить, но сам понимаешь. Ему сейчас лечиться нужно, Крюкин Константин крепко его приложил.

Юрий Карпович прищурился. Уточнил:

— Так ты точно уверен, что у них с тренером не было конфликта?

— Уверен, — с нажимом ответил я. — Горная болезнь может сопровождаться изменением психики и…

— Хорошо-хорошо, — поспешно перебил меня делегат. — Я просто еще раз уточнить, потому что такое щепетильное дело. В общем, сам понимаешь. Так вот. Эта группа опытных альпинистов в возрастное ограничение не проходят, там люди все за сорок, у которых почти все семитысячники за плечами хожены не раз. Они будут отслеживать ваш подъем и в случае чего корректировать по рации. Это тоже, как ты понимаешь, для вашей безопасности. Только после их согласования можно будет изменять маршрут или отклоняться от курса.

— Не получится ли у нас слишком громоздкая бюрократическая машина? — улыбнулся я.

Но вот Юрия Карповича мои слова не развеселили. Напротив, он стал вдруг максимально серьезным.

— Это уже принято решение, к обсуждению не принимается, — жестко ответил он и я пожалел, что вообще об этом заикнулся. — Нужно будет строго исполнять приказы. И кто ослушается установленного регламента, будет привлечен… В общем, ничего хорошего пусть не ждет.

Юрий Карпович недвусмысленно поглядел на меня, и мне стало не по себе.

Вот тебе и организация процесса. Совершай подвиг, но в случае чего — по шапке получишь и отхватишь больше, чем унесешь.

— А список тех, кто прошел в состав групп можно будет посмотреть?

— Ух, какой скорый! — рассмеялся Юрий Карпович. — Не спеши, всему свое время. Сначала дело сделай.