Эксперимент - Константин Якименко

«Такому человеку место в тюрьме, а не в президентском кресле!»

«Вон из нашей страны!»

Я никогда не доходил до крайности. Я вовремя успевал его спасти, если дело начинало пахнуть уголовщиной. Меня всегда слушали в первую очередь.

Как мне было смешно!

Ведь я уже знал, чем закончится эта игра.

Я не стал отдавать предпочтение никому из них перед самыми выборами.

«У каждого из кандидатов есть свои достоинства и недостатки. Вам решать. Голосуйте, за кого хотите».

Я мог сказать все, что угодно. Это не имело никакого значения.

Потому что в конце концов ВСЕ РЕШИЛ Я.

Я не стал ждать результатов голосования. Я выступил по телевидению в тот же день.

«Может, у них и есть свои достоинства. Но разве вы не видите, что для такого поста можно найти гораздо более достойного человека? Вот он, перед вами. Этот человек — Я!»

Никто не мог со мной спорить. Никто и не хотел со мной спорить.

В тот же день меня официально провозгласили президентом США.

Так я узаконил свою власть.

Свою АБСОЛЮТНУЮ власть.

Теперь я совершенно официально мог устанавливать свои законы.

Раньше люди не могли спорить со мной. Теперь они еще и НЕ ИМЕЛИ ПРАВА это делать.

Я был доволен собой. Я считал, что достиг уже почти самой вершины.

Что я взял почти все, что мог взять. И нет в этом мире такого, чего я не могу взять.

Я шел по тому пути, который сам себе прокладывал. И я не встречал на этом пути никаких препятствий. Я и не думал, что может быть что-то такое, что мне не по силам.

Что-то такое, чего я НИКОГДА не смогу получить.

Но однажды все вдруг сломалось…

* * *

Я не слишком утруждал себя, когда был президентом.

Я не тратил много времени на то, чтобы издавать какие-то законы или пересматривать их.

В моей жизни ничего особенно не изменилось. Просто теперь я официально именовался «Президент Соединенных Штатов такой-то».

И все-таки, по крайней мере, по утрам я заходил в свой кабинет и проводил часок-другой в кресле.

Мне нравилось это место. Именно здесь я полнее всего чувствовал свою ВЛАСТЬ.

Я не старался специально менять правительство. Я надеялся, что они занимаются своим делом. Убрал только нескольких человек, которые вызывали у меня антипатию.

Не так уж важно было, кто занимал эти места. Все равно НИ ОДИН из них не пошел бы против меня.

У меня не было желания развалить экономику США. Пускай же должности занимают те люди, которые знают свое дело.

Не помню, когда я первый раз увидел ЕЕ.

Она была секретаршей у кого-то из сотрудников моего аппарата. Иногда она заходила и приносила мне какие-то бумаги.

Основную часть этих бумаг я отдавал кому-нибудь другому. Остальные рассортировывал и в конечном итоге тоже отправлял в разные инстанции. У меня никогда не было особого желания копаться в бумагах.

Обычно она заходила утром, когда я еще был в кабинете.

Потом она все реже приходила с бумагами. Чаще — с чашечкой кофе или другого крепкого напитка. Спрашивала, как мое здоровье. Не перетруждаюсь ли я?

Смешно: я — и перетруждаюсь.

И все-таки мне было приятно, что она беспокоилась обо мне.

Потом она заходила все чаще и чаще…

Иногда я делал ей подарки. То, что обычно дарят женщинам: цветы, косметику, конфеты.

Когда в своей жизни я еще хоть кому-нибудь сделал подарок?

Она улыбалась. Ей было приятно получать подарки от меня.

Если бы я захотел, я мог получить от нее все. В любой момент, каждый день, когда она появлялась, у меня была такая возможность.

Тогда это даже не приходило мне в голову. Теперь я понимаю, почему.

Секс был для меня слишком привычным делом. Любая женщина мира могла мне это дать, если бы я захотел. Но от НЕЕ мне нужно было что-то еще.

Я надеялся, что она ИСКРЕННЕ беспокоится о моем здоровье. Не потому, что это входит в ее обязанности. И тем более не из-за моей СПОСОБНОСТИ.

Она была единственным человеком в мире, для кого я делал исключение.

Мы часто ходили с ней куда-нибудь. Я водил ее в театры, рестораны. Мы разговаривали о каких-то вещах, которые имели очень малое отношение к нашей жизни.

Я старался избегать спорных тем. Я боялся, что она будет соглашаться со мной. Не потому, что она так думает. А потому что так думаю я.

Мне хотелось, чтобы хоть раз в жизни у меня все было как у НОРМАЛЬНОГО человека.

Можно ли сказать, что я ЛЮБИЛ ее?

НЕ ЗНАЮ!..

Если бы я знал, что такое любовь, я бы ответил на этот вопрос.

Я всегда считал, что любовь — это прежде всего секс. И еще желание переложить часть своих забот на плечи другого. Всегда иметь возможность выплакаться кому-нибудь в жилетку, когда в этом возникает необходимость.

Разве у меня когда-нибудь была такая необходимость?

Нет. Но только теперь я почувствовал, что такое ОДИНОЧЕСТВО.

Моя способность обрекала меня на одиночество.

Я был единственным. Я был уникальным. И не было на Земле человека, который мог бы понять, что это значит.

Потому что все они стояли гораздо ниже меня. И вынуждены были принимать меня таким, какой я есть.

Я избегал говорить с ней о моей способности. Я не боялся того, что она может сказать. Скорее боялся, что она ничего не скажет. Что она воспримет это совершенно спокойно. Так же, как все остальные люди.

Как будто так и должно быть.

Да, я не знал, что такое ЛЮБОВЬ. Но я уже знал, что такое СТРАХ.

Я мог получить все в любой момент. Но я ждал. Я не делал ничего, кроме этих пустяковых подарков. У нас не было ничего, кроме спокойных прогулок по городу с посещением вышеуказанных заведений.

Я ждал, чтобы она сделала первый шаг.

Первый раз в жизни я ждал. Первый раз в жизни я хотел, чтобы все случилось не по-моему. Чтобы все было так, КАК ОНА ХОЧЕТ!

Скоро я дождался…

Это произошло во время нашего путешествия по Америке.

Мы были в небольшом провинциальном городишке. Он был чем-то похож на мой родной город, хотя и находился совсем в другой стране.

Я не хотел больше ждать. Я хотел получить ответ ЗДЕСЬ, СЕЙЧАС.

Было уже темно, как обычно. Мы пошли прогуляться. Я всегда предпочитал гулять в темноте.