Мао - Игорь Пронин

— В тот раз я кончил… — признался Саид. — Удивительная баба. А ты — баран. Если и резаться, то сперва надо не выпить, а такую бабу трахнуть. Что мы и сделаем. Только я — первый. Но мне нужно противоядие.

— Этот эффект мне неизвестен, — отвечает Райфайзен. — Не знаю, что сказать. Но я вот подумал — а и правда, зачем резаться? Стрелки за окном не знают, что я арестован, мы их пройдем. Надо только Каролину устранить.

— Ты ее трахал? — перебил его Саид. — Менгеле что-то про ее контракт говорил. Она тут всем дает, да?

— Обязана по контракту, — помялся Райфайзен, — но на практике — только Менгеле и бородатому Францу. И тот и другой кормят ее сказками про сокровища нибелунгов.

— Чего? — спрашиваем мы.

— Она сдвинутая на этих сокровищах. Вроде как верит в них и хочет отыскать. Она имеет предположение, что они попали в Афганистан. Вот и приехала. А Менгеле и особенно Франц ей рассказывают небылицы всякие и обещают экспедицию. Вот что: ты заговори с ней, тебя Мао звать? Да. Ты заговори, обещай рассказать про нибелунгов, а Саид ее сзади по голове. Ключи от наручников у нее в кармане, я уверен.

— Нет, — сказал Саид. — Раз такое дело, я с ней буду говорить. У меня к ней есть предложение. Будет мне противоядие самое лучшее. А Мао притворится пьяным, будет лежать рядом, в удобный момент шарахнет ее по голове чем-нибудь.

Мы с Саидом пошли в наше крыло искать что-нибудь тяжелое и нашли на столе какой-то бинокль, привинченный к железке и повернутый вниз. Не успел я его прикинуть на руку, как послышались шаги. Я повалился на стол и сделал вид, что сплю. Сквозь веки и краешком глаза все-таки увидел, как подошла Каролина.

— Так. Один очнулся, другой отключился. Так?

— Так, — Саид начал издалека. — А ты знаешь, девочка, отчего я в Афганистане? Я могу тебе рассказать. Это интересная история.

— Он все-таки выпил спирт? — кивнула Каролина на меня.

— Да, все, что было. Отключка полная. Так вот, я — историк. Я особенно интересуюсь всякими пропавшими сокровищами…

— У меня нет больше наручников… Пойдем-ка, я пристегну тебя к Райфайзену.

— Ха, так ты не интересуешься сокровищем нибелунгов?

Я думаю, что нечего было Саиду мудрить. Ему просто надо было повторять: сокровища нибелунгов, сокровища нибелунгов, сокровища нибелунгов… Она на эти слова так реагировала, как моя сестрица на барабанщиков, просто застывала и переставала дышать. Вот Саид, пока она не дышала, впарил ей историю, как нибелунги бежали от фашистов сначала в Чечню, а потом в Афган, но и тут вычислили, что они евреи, и пришлось им все закопать, Саид знает где. Каролина выслушала и взялась за пистолет:

— От кого слышал?

— Да все местные говорят, — Саид немного замандражировал. — Только ты меня не пугай, я не скажу, потому что дал страшную клятву. Ну разве только ты мне сделаешь минет.

Каролина ответила сразу:

— Да пожалуйста, но если соврал, я тебе потом еще один сделаю, последний. До утра не доживешь. И учти… — Она покосилась на меня, но тут Саид потянул к ней лапы, и она саданула по ним рукояткой пистолета, отвлеклась. А я, как настоящий артист, похрапывать стал. — И учти, одной рукой держусь за тебя, другой за пистолет. Не шути со мной — и умрешь легко.

Саид развел руками: мол, а как же? Обижаешь, тетка. Она встала на колени и занялась. Я, продолжая похрапывать, чуть привстал, взял этот бинокль килограмма на четыре и замахнулся. У Каролины волосы длинные, ничего она сбоку не видела. Саид что-то крикнул мне, но я не разобрал, уже бил. Здорово ударил, даже брызги на нас полетели. Каролина стала заваливаться назад, вцепившись зубами в член Саида, и он на нее повалился, матюкая почему-то меня. Потом Каролина дернулась и выстрелила. Попала себе в ногу. Потом умерла, но я не думаю, что от пули.