Мастер - Дмитрий Шидловский

Уже неделю Доченко с генералом жили в крымской степи — в том самом месте, где должен был находиться проход в родной мир. Ежедневно Доченко не реже, чем раз в час, пробовал «открыть дверь». Ничего — ответом был лишь свет красной лампочки. На восьмой день тщетность всех попыток стала ясна обоим.

За эти дни они обросли хозяйством. Купили у проходивших по соседней дороге шатер, несколько циновок, котелок, хворост, который был здесь не дешевым товаром, кое-какую еду, несколько бурдюков воды. Доченко готовил, генерал сетовал на жизнь.

Купленные ими рабыни ютились в углу шатра. Невзирая на всю неопределенность положения, генерал попробовал-таки заняться с ними сексом — с третьей попытки он овладел негритянкой, терзал ее минут пять и отвалился на циновки, не без удовольствия констатировав, что торговец не обманул: ему действительно достались девственницы. Доченко он к рабыням не подпускал, постоянно напоминая, что куплены они на его деньги и для него.

Сейчас генерал сидел в шатре и из котелка хлебал приготовленное Доченко варево. Невольницы жались в уголок и голодными глазами смотрели на поглощающего пищу толстяка — живую собственность хозяева держали впроголодь.

С улицы зашел Доченко и сердито кинул пульт на циновку.

— Ничего? — грустно спросил генерал.

— Ничего.

— Что делать будем?

— Здесь больше ловить нечего, — задумчиво произнес Доченко.

— Черт, влипли! Что предлагаешь?

— Не знаю…

— Может, попробуем выйти под Псков, к нашей базе? Вдруг они там восстановили оборудование, и мы сможем пройти? — с надеждой произнес генерал.

— Может, — глядя в потолок, отозвался Доченко.

— Ну, так давай собираться, — нетерпеливо произнес генерал. — Деньги у меня есть. Когда выберемся, вернешь, что на тебя потратим.

— Давай, — процедил Доченко. — Только сдается, если бы оборудование работало, за нами бы выслали группу спасения.

— Ты к чему это?

— А к тому, что мы здесь надолго, — вздохнул Доченко и плотоядно посмотрел на собеседника.

— И что? — в голосе у генерала зазвучала неуверенность.

— А зачем ты мне здесь нужен, толстый боров? — оскалился Доченко.

— Ты что, Олег? Да куда вы без меня? Меня же спасать придут, — запыхтел генерал.

— И узнают, что тебя разбойники убили, — хмыкнул Доченко. — А без тебя нам очень хорошо будет. Ты больше других берешь. Мы ведь к тебе обратились только потому, что спецназ округа без тебя нельзя использовать. На твое место Фомичева поставят. Он куда сговорчивее. И девок с невольничьих рынков ему не надо. Он зеленые с удовольствием берет.

— Олег…

Закончить фразы не удалось — Доченко навалился на него всей массой и принялся душить своими огромными ручищами. Генерал сопротивлялся, но безуспешно. Через несколько минут он дернулся в последний раз и затих.

Убедившись, что подельник мертв, Доченко выпрямился во весь свой немалый рост. Невольницы смотрели на него с ужасом. Он смерил девушек взглядом. «Неплохой стартовый капитал. Одна порченная, но ничего. Мы здесь такие дела закрутим…»

Доченко верил в свою судьбу. Архангелогородский паренек из маленькой деревеньки, он приехал в Петербург, чтобы выучиться на археолога. Первый и последний в своей семье, один из немногих в деревне, он получил высшее образование, чем возвысился — в собственных глазах — над земляками.

Настали времена дикого рынка, и, забросив лопату и щетку, он начал челночить между Турцией и Питером, причем торговцем оказался отменным. Но барыш, в отличие от новых коллег, вложил в образование. Получил сертификат на работу с ценными бумагами и нырнул в круговорот спекуляций.

Прошли годы, и владелец инвестиционно-консалтинговой фирмы Олег Доченко уже занимался серыми и теневыми операциями по свержению администраций предприятий, которые хотели захватить его клиенты. Скупить через подставных лиц акции, провести альтернативное собрание акционеров, организовать пиар-акции[5]против старой администрации…

Но это ли было вершиной для такого человека, как он? Доченко мечтал о большем. Он видел себя директором крупного промышленного комбината, членом правительства, или — чем черт не шутит? — почему талантливый брокер не может стать главой государства, если в свое время это удалось полуграмотному семинаристу?

Но время шло. Высокие посты занимали другие. Ему же, проведшему очередную операцию по свержению директора какого-нибудь предприятия, выплачивали оговоренные суммы, говорили приятные слова — и просили ждать нового заказа. Никто не хотел видеть того потенциала, который нес в себе этот архангелогородский мужик.

Однако унывать Доченко не привык. «Везет тому, кто сам везет», — было его любимой поговоркой. Он занялся посредничеством в инвестиционной деятельности — дело муторное и не слишком доходное. Ничего, перетерпим. Он точно знал: рано или поздно, но придет, неизбежно придет проект, который вознесет на вершину; верил в свою удачу.

Проект «со связью» он щелкнул, как орешек. Двести тысяч долларов — затея, прямо скажем, скромная. Да и шесть тысяч долларов комиссионных — не такие уж большие деньги. Хотя и не лишние.

И тут — столь необычное развитие событий. Доченко воодушевился; взыграли угасший было интерес к истории — и амбиции. Он уже пересчитывал будущие доходы от продажи Ивану Грозному и Стефану Баторию автоматов, гаубиц, танков… Да и не в одних доходах дело. Что может даже дивизия стрельцов против роты спецназа двадцать первого века? И почему бы талантливому брокеру не стать царем всея Руси, если когда-то полуграмотный семинарист… Московский трон ждал — теперь он знал это точно. С военной мощью Руси, усиленной военными достижениями двадцатого века, можно присоединить и Польшу. Не говоря уже о какой-то там Северороссии этого мира. Бред, нонсенс — ее и вовсе быть не должно. Он исправит ошибку истории. И тогда… Император Великой Восточной империи — вот это для него, для Олега Доченко.

Досадные случайности — дурак генерал, какой-то технический сбой — снова спутали все карты. Ничего, везет тому, кто сам везет. Он своего добьется. Он это умеет. Его ждет великое будущее.