Я - обычный - Владислав Жеребьев

– То есть как мертвые? – ахнул юрист. – Мертвые не ходят и уж тем более не бегают.

– Они воняют, Леха, как трупы воняют, – продолжил я. – Марк говорит, что так только трупы могут, и пятна, пятна на них трупные.

– Надо отходить, – кивнул Марк на лежащих. – Ситуация изменилась, и еще черт знает, как они нас засекли. Может, они не только видеть могут, но и биополе чувствовать или еще хрень какую, так что предлагаю временно сделать ноги в укрытие и пошерстить Интернет. Сеть еще работает?

– Как ни удивительно, но да, – подтвердил я. – Почти все телеканалы отсохли, кроме центральных, нет большинства радиостанций, но мобильная связь и глобальная сеть пока в порядке.

– Валим, – решил охранник. – Краску и колышки оставь здесь, никто их не возьмет. В любом случае с мертвяками да ночью я дела иметь не намерен.

– Вот уж не мог подумать, что ты их боишься, – улыбнулся я.

– Не боюсь, но днем и с автоматом в руке. – Марк покачал головой и брезгливо потыкал ногу женщины. – Видел я такое и не раз, но оно не бегало, а тихонечко лежало в уголке. В любом случае нужен новый план. Сам же видел, как их валить приходится. Не меньше четырех пуль в голову и только тогда труп становится окончательным. Сколько у нас времени ушло на то, чтобы двоих завалить? Секунд двадцать?

– Не считал как-то, – признался я. – Я больше боялся, стрелял, да старался в портки не наделать.

– Поверь мне, времени потрачено много, – пояснил охранник, – особенно для двух автоматчиков против пары безоружных людей. Это мы на двоих столько сил и патронов потратили, а что будет, если их, скажем, с десяток нарисуется, а то и с полсотни? Ты видел улицы? Там их толпы. Зарегистрированное население нашего мегаполиса до катастрофы составляло семь миллионов, это исключая различных залетных, туристов и гастарбайтеров. С ними так больше десяти. Вдумайся в цифру! Миллионов!

Все внутри меня похолодело, как только я нарисовал у себя в голове истинную картину происходящего. Не знаю уж как, почему и зачем, но миллионы обычных людей вдруг превратились в злобных мертвяков, стремящихся разорвать, разрушить, умертвить всех тех, кто не стал подобен им. Миллионы, миллионы ходячих трупов, смердящих, с развороченными головами и поломанными конечностями, но от этого не менее смертельно опасных. Это был конец.

– Джип бы нам большой, – наконец смог выдать я, – а лучше танк. Без танка я на улицу не ногой.

– Экий сообразительный, – расплылся в улыбке охранник. – Вот и я про то же. Нет у нас средства против них, либо обойма в голову, либо бежать.

– Обсудим, – кивнул я. – Доберемся до своего офиса и обсудим. В любом случае город покидать надо, и покидать срочно, без промедлений.

Сгрудившись около монитора, мы втроем, уже несколько часов копали информацию в Интернете на предмет вдруг оживших трупов, а ее, как оказалось, там было предостаточно.

– Вот смотри, – Леха ткнул в одну из ссылок в поисковике, – это отчет пожарной команды в Ставропольском крае. Они первые столкнулись с данным явлением и еле унесли ноги. Если бы не пожарные робы и шлемы, то этого отчета и не было бы. Советуют рубить голову, а еще лучше стрелять, там у них помощь подоспела в виде ближайшего полицейского патруля, так что опытным методом доказано. Человек не курица, без головы не фурычит.

– Что там дальше? – отмахнулся я. – Про головы нам и так понятно.

– Вот, – в ход пошла вторая ссылка. – Расчлененка. Если, допустим, отрубить бешеному руку или ногу, то сам он функционирует все так же нормально, а отрубленная конечность, не связанная больше с мозговым центром, остается лежать на земле. То есть, располовинив инфицированного, мы получим одну абсолютно мертвую половину, скажем нижнюю, и вторую, потерявшую скорость и возможность маневра.

– Не подходит, – поморщился Марк. – У нас ни сил, ни средств нет, чтобы мертвяков чикать. Читай, что дальше.

– Инфицированные реагируют на свет, в темноте либо ночью останавливаются и стоят стоймя, не реагируя на внешние раздражители. Только это в условиях полной темноты. Скажем, запрем ходячего в кладовке и лампочку выкрутим, он себе там и останется. Передвигаться рекомендуют в темноте и с приборами ночного видения, исключая фонари, зажигалки, спички и любой другой источник света. Он для них что красная тряпка для быка. Стоит включить в темном помещении фонарик и на тебя накинутся со всех сторон.

– Незадача, – я выпрямил спину и болезненно поморщился. После недавних физических упражнений с кисточкой и беготней что-то защемило в мышцах, и спина отчаянно ныла, постоянно давая о себе знать вспышками боли.

– Леха, посмотри, – скинув пиджак, я задрал рубаху на спине, – нет ничего? Болит зараза, мочи больше нет.

– Болит, слопай таблетку, – посоветовал юрист и, оторвавшись от монитора, присвистнул: – Ничего себе!

– Что там? – тут же забеспокоился я.

– Синяк, – Леха начал делать пассы руками, изображая масштабы ушиба. – С ладонь такой, здоровенный. Когда ты такой посадить успел?

– Не помню, – заправив рубашку в брюки, я снова накинул на плечи пиджак, – вроде и не ударялся нигде, а тут такое.

– Хорошо, травмированные, – осадил мои жалобы Марк, – вот тут интересная вещь, смотрите.

Еще один клик по ссылке выбросил нас на немецкий форум любителей местных марок машин. Ранее тут живо обсуждались новинки модельного ряда, планировались встречи, переправляли запчасти и занимались еще чертовой уймой различных мелочей, но за последние дни страницы автоклуба превратились в хронику боевых действий.

– Ну и что, – пожал я плечами, быстро пробежавшись по строчкам, – все то же. Башку с плеч и готово. Тут правда их огнеметами пытались жечь и колесами давить, но эффект не особо впечатлил. Один мужик советует разрывные, или аналог нашего СВД и семь шестьдесят два. Только где их взять-то, да и нет среди нас снайпера.

– Не то смотришь, – хмыкнул охранник, – вот ниже читай, пишет наш с тобой соотечественник, как я погляжу, Денис.

– Эмигрант? – предпожил я.

– Не суть, – человек обслуживает датацентр в Берлине и сейчас пишет оттуда. Живы-живехоньки компьютерные гении из Москвы, Питера, Новгорода, это только наши. У них там, смотрю, серьезная система защиты.

– Более того, – вспомнил я. – Обслуживающий персонал находится в отдельном боксе, который разделен перегородкой с влаго– и воздухонепроницаемым залом, в котором стоят стойки с оборудованием. Для того чтобы войти в их комнату, надо иметь определенный допуск, несколько электронных ключей и быть сотрудником корпорации. У них даже система противопожарной безопасности вакуумная. При возникновении пожара из помещения попросту откачивается воздух, не давая пищу огню, и пожар сам по себе помирает. Ни хлопот, ни забот.

– Ага, до первого обрыва на линии электропередач, – отмахнулся Марк, – дальше читай.

– Так, – начал я пролистывать сообщение, – с Китаем все понятно, как, впрочем, с Индией, Вьетнамом и вообще всеми густонаселенными районами земного шара. Опа, Канада почти не пострадала. То есть инфицированные есть и у них, но прохладно и активность у них снижена по самое не балуйся. Местные стражи правопорядка быстро зачищают районы, выбивая мертвечину из городов, впрочем, Ванкувер пришлось оставить. Густонаселен, мало возможности для маневра.