Соддит. Салямиллион - Адам Робертс

(Лично я полагаю, что поверхности так не поступают.)

— Нет-нет, — ответил Гэндеф. — Откуда ты взял такую нелепую идею? Сначала нам нужно узнать, где находятся ворота. Их края видны только в лунном свете. Но сегодня новолуние, поэтому лунного света не будет. И я сомневаюсь, что завтра или послезавтра мы тоже что-нибудь увидим. Кроме того, нам могут помешать облака.

Он задумчиво пососал мундштук трубки.

— Скорее всего, нам придется провести здесь две недели. Или вообще отказаться от похода на восток.

Бинго ожидал, что подобные слова вызовут у гномов возмущенные протесты. Но бородачи лежали в траве в состоянии глубокого уныния. Соддит решил, что их моральный дух был подорван гибелью товарищей.

— По мнению ученых, лунный свет является лучами Солнца, отраженными от Луны, — сказал Бинго. — Что, если мы осветим скалу отраженным солнечным светом? Как эти Угольные ворота узнают о замене?

Гэндеф сделал вид, что не услышал маленького соддита — наверное, так оно и было. Однако Мори уловил идею. Он тут же вышел из депрессии, одолжил у Торри щит и с помощью Бинго установил его с таким расчетом, чтобы солнечный свет отражался от серебристой внутренней поверхности и падал прямо на черную скалу. В тот же миг они увидели контур ворот и элегантную надпись, высеченную на эльфийском языке.

— Гэндеф, о чем повествуют эти прекрасные и загадочные буквы? — с благоговением спросил Бинго.

— Не понимаю, что ты шепчешь, — отозвался колдун.

— Я спрашиваю об эльфийских письменах над воротами, — повторил громко соддит и указал пальцем в нужном направлении. — Что они означают?

— А ты не можешь говорить погромче?

— Что означает та эльфийская надпись? Туда смотрите! Туда!

Бинго кричал прямо в ухо колдуну. Наконец, тот заметил вытянутый палец соддита.

— Ого! — воскликнул колдун. — Взгляните-ка на это! Какие-то эльфийские буквы! Вы видите их?

— Что они означают? — заорали в унисон три гнома.

— Интересно, о чем тут написано? — спросил колдун.

Несколько долгих минут он рассматривал надпись и шептал себе под нос:

— Ну-ка, ну-ка... Проклятье! Я не знаю такой буквы. Немного похоже на «П». Может быть, подкоп? Кто-нибудь из вас понимает по-эльфийски?

Его слова не впечатлили гномов, выстроившихся в ряд.

— Ты хочешь сказать, что не знаешь? — разочарованным тоном спросил Мори.

Даже не расслышав этого упрека, Гэндеф понял его по лицам спутников.

— А откуда мне знать? — мрачно спросил он. — Я не эльф, а колдун. Так что подбирайте слова поаккуратнее. К колдунам нужно относиться с уважением. Жалкие карлики.

— Хорошо, — сердито тряхнув бородой, крикнул Мори. — Не нужно переводить нам надпись. Просто открой ворота, и все.

— Я же сказал, что не могу прочитать эту надпись, — заявил возмущенный старик. — Но у меня появилась неплохая идея. Может, мне просто использовать чары и открыть ворота, а?

Гномы кивнули — не только короткими шеями, но и всеми телами. Ритмичный взмах их бород было яснее любых слов. Гэндеф встал перед скалой и раскурил погасшую трубку.

— Смотрите внимательно, — сказал он спутникам. — Это самые мощные чары на открытие, которые я знаю.

Он быстро выдохнул, сделал глубокий вдох и произнес гулким голосом:

— Квандог квандогли!

Ничего не случилось.

— Квандог квандогли! — повторил колдун.

И снова ничего не произошло.

Какое-то время Гэндеф молча посасывал мундштук.

— Попробуйте другие открывающие чары, — предложил ему соддит.

Колдун посмотрел на него, глубокомысленно кивнул и прочистил горло.

— Квандог квандогли! — рявкнул он.

— Не думаю, что эти чары нам помогут, — продолжил Бинго.

— Квандог квандогли, квандог квандогли, квандог квандогли, — скороговоркой произнес старик.

— Может быть...

— КванДОГ, — смодулировал Гэндеф. — КВАНдогли.

— Мне почему-то кажется, что эти слова не являются магическими, — крикнул соддит во всю мощь своих легких.

Солнечный свет начал тускнеть. Готовясь к безлунной ночи, гномы устроили стоянку неподалеку от черной скалы. Каждый взгляд на озеро вызывал у Бинго нервную дрожь. К тому времени он уже боялся смотреть на этот зловещий водоем.

— А если...

— Ква-аа-ндогли, — пропел колдун, используя странную музыкальную каденцию и понижая голос от фальцета до баритона на финальном слоге.

— Может, вы попробуете другие магические слова...

— КВАНДОГ! — закричал Гэндеф. — КВАНДОГЛИ! КВАН-АХ! КХОХ! А-КОФ-КАХ-КУФКАХ!

Такого жуткого кашля Бинго еще не видел. Колдун корчился в спазмах.

— УХ-КХУ! УХ-КХУ! КХУ-УХ! УХ-КХУ!

Затем он продолжил так:

— КХЛАК! КХЛАК! КХЛАК!

Хриплое дыхание с силой вырывалось из легких:

— ГУХХ! У-ГУХХ!

Его шляпа упала, и голова закачалась вперед и назад.

— ХТО-ХТО! КТО-КТО!

Казалось, что он задавал вопрос. И затем сам же отвечал на него:

— КОАХ-КОХ КОХ-КОХ КОХ-КОХ КОФХ.

Все это сменилось тихим и жалобным «Ооооо Боже-е» и тут же перешло на новый круг:

— Харгх! Харгх! Харгх! Харгх! Харгх!

Когда кашель, наконец, утих, старик со стоном повалился на землю и хрипло прошептал:

— Через минуту я буду в порядке.

Он сунул руку в карман пончо, пытаясь найти кисет с табаком.

— Смотрите! — крикнул Бинго.

Трудно сказать, какое сочетание звуков и букв, нечаянно произведенных колдуном, открыло тайные врата. Но теперь они были широко распахнуты. Вероятно, старик, сам того не осознав, произнес магическое слово среди кашля. Гномы приободрились и повеселели. Казалось, что удача повернулась к ним лицом.

Подняв бормочущего колдуна, они потащили его в пещеру. Едва последний гном переступил порог, дверь заскрипела и начала закрываться.

* * *

Путешественники зажгли факелы и осветили огромную пещеру. Она напоминала высеченный в скале куполообразный коридор с многочисленными лестницами и ступенями, которые вели к верхним и нижним проходам.

— Давайте устроим здесь стоянку, — предложил озадаченный Мори. — После отдыха мы выберем путь и попробуем пройти под горой.

Все охотно согласились.

Они разожгли костер, установили над ним котел и сварили солонину с просоленным картофелем и чесноком. Эту ядреную (быстро наполняющую животы и вызывающую жажду) пищу гномы запили соленым пивом. Через сорок минут после приступа кашля колдун пришел в себя и отведал кусочек мясца (я бы даже сказал, кусище). Заев солонину картофелиной (половинкой) и запив ее небольшим глотком пива, он повторил эту процедуру около шестнадцати раз. Насытившись и напившись, Гэндеф угрюмо осмотрелся по сторонам.