Спасение - Питер Гамильтон

Кандара, не сводя глаз с Джессики, отрывисто кивнула.

– Держу.

Она горизонтально вытянула левую руку, кожа вдоль предплечья раздалась, открыв серебристый цилиндр, точно направленный в голову Джессике.

– Посмотрите, что за хрень долбаную она несет.

Лазерный луч, протянувшийся от запястья над тыльной стороной ладони Алика, погас. Алик осторожно шагнул вперед. Морща лоб, нагнулся над обмякшим телом. Задержал дыхание и неохотно потянул за рукоять. Лезвие, выходя, издало мерзкий чмокающий звук. Алик склонился еще немного. Все услышали, как резко он втянул в себя воздух. И растерянно уставился на Джессику.

– Какого?..

– Что там? – спросил Юрий.

– Я… – Алик поежился. – Не понимаю.

Юрий нетерпеливо шагнул к нему, осмотрел огромную рану в черепе Феритона.

– Дерьмо.

Он послал Джессике ошеломленный взгляд.

– Что там за чертовщина? – вопросил Каллум.

– Это мозг оликса, – ответила ему Джессика.

– Что за бред!

– Смотрите сами, – сказала она. – Это не серое вещество человека. Оликсы вытащили у Феритона мозг и подсадили взамен одного из квинты. Ничего не напоминает?

Юрий скривился.

Подошедший Каллум поморщился при виде трупа, но заставил себя заглянуть в кровавую кашу. Он знал, как выглядит человеческий мозг, а масса тканей в черепе Феритона была какой угодно, только не человеческой. Совершенно не та структура: компактно расположенные длинные пряди вместо обычного хаоса долей и под густыми пятнами крови белая, как рыбье брюхо, поверхность.

– Черти полосатые!

– Это мозг единицы квинты, – сказала Джессика. – А значит, остальные четыре объединенных с ним тела видели и слышали все, что видел и слышал Феритон, – в том числе и свой разбитый корабль. И узнали все про вашу службу мониторинга оликсов.

– Дьявольщина, – обескураженно проворчал Юрий.

– Как понимать «свой разбитый корабль»? – удивилась Кандара.

– Тот корабль на планете. Это транспорт средней дальности оликсов. Он возвращался в их анклав, когда мои коллеги вышибли его из червоточины.

– У оликсов есть червоточины? – опешил Каллум. – Но… – Он повернулся к Юрию. – Вы все это знали?

Юрий покачал головой, не сводя глаз с Джессики.

– Я потому и поняла, что Феритон составляет часть оликсовой квинты, – продолжала та. – Четвертая камера «Спасения жизни» скрывает не драгоценные артефакты. В ней выход из червоточины, ведущей к их анклаву. Как всегда у них.

– Как всегда? – переспросил Каллум.

– Оликсы всегда прибывают на таких кораблях, как «Спасение жизни». Эта уловка позволяет понаблюдать за обнаруженными расами, прежде чем вознести их.

– Вознести? – слабым голосом повторило Элдлунд.

– Забрать в странствие к Богу у Конца Времен. И, поверьте, присоединяются к ним не добровольно. Они захватывают все найденные разумные расы. У них в анклаве уже тысячи пленников, если не больше того.

– Не верю ни единому слову, – рявкнул Алик. – В смысле тебе-то откуда бы знать всю эту хрень?

Джессика погрустнела.

– Дело в том, что я – неана.

– Что еще за чертовщина?!

– Пришельцы, но не оликсы. Мы совсем другие.

– Ох, слезы Христовы!

– Помните парадокс Ферми? – спросила Джессика. – Ферми задавался вопросом: «Где они?» Вы всегда полагали, что жизнь в галактике редкость и при ее размерах вам не доведется совпасть по времени с другими видами. Это верно лишь отчасти. Когда возникший разум дает о себе знать радиопередачами, появляются оликсы – с их лживой дружбой и религиозной алчностью. Так что верный ответ на вопрос Ферми: «Мы скрываемся». И вам теперь придется вместе с нами таиться в безмолвной темноте между звездами. Она вас укроет.

– А твой коллега – это Соко, не так ли? – спросил Юрий.

– Да. Он при перестрелке на Алтее позволил людям Батиста Девруа себя захватить. Мы с самого прибытия пытались отследить проводимые оликсами похищения. С Горацио Сеймуром нам повезло. Подручным оликсов вроде Девруа велели похищать незаметных людей, а Горацио бы таким и был, если бы не Гвендолин. Она оказалась непредвиденным обстоятельством, которого не сумел бы предусмотреть самый талантливый сводчик.

– Дерьмо святое, – прошептал серый как пепел Луи. Кажется, его опять затошнило.

– Итак, Соко вышиб этот корабль из червоточины, – подытожил Юрий. – Привел его сюда. И включил маяк, прежде чем вернуться в анабиоз.

– Верно. Наши тела способны сопротивляться биотехнологиям оликсов. Им бы не удалось его вознести, хотя сразу они могли этого не распознать. Что и дало ему время на внедрение. Я с той перестрелки на складе ждала, когда же обнаружат выведенный из строя корабль оликсов.

– Сукины дети! – выбранился Алик. – Так что, остальные на кораблевознесены?

– Оликсы искренне верят в своего Бога у Конца Времен. Который при гибели этой вселенной объединит в себе сознания всех видов. Но жизнь – такая редкость, и так много цивилизаций обречено погибнуть задолго до конца времен, что оликсы считают своим долгом довести все разумные виды до эволюционной вершины. Однако их богу нужны только ваши мысли, ваша личность – но не тело. Оликсы выкрадывали людей с самого начала эксперимента. Это мы запустили слухи, что К-клетки дают возможность трансплантации мозга, – потому что знали, как они будут действовать: запустят к вам захваченные и выпотрошенные тела. Но главной их целью, причиной похищения такого множества людей был поиск наилучшего способа сохранения человеческого мозга на время паломничества. Их технологии куда изощреннее того, что они открыли вам.

– Безумие, – возразил Каллум. – Даже если вселенная циклична и коллапсирует, это произойдет через миллиарды лет. Никакая технология не сохранит мозг на такой срок.

– Путь оликсов рассчитан не на миллиарды лет, – устало ответила Джессика. – Их анклав чрезвычайно искусно манипулирует пространством-временем: внутри его проходят минуты, а снаружи протекают тысячелетия. Вот почему с ними так трудно сражаться.

– Потому вы сюда и пришли? – спросила Кандара. – Чтобы втянуть нас в какую-то галактическую войну? Для противодействия крестовому походу?

– Нет, вы предоставлены самим себе. Я не знаю, где сейчас неаны и существуют ли они еще. Мой народ бежал от оликсов целую вечность назад: неизвестно, в какие дали они ушли. Я знаю, что какая-то часть неан осталась в этой галактике, потому что от них я пришла. Но мы лишены всякой памяти о них, ведь мы могли попасть в плен. Мы с коллегами не раз все обсуждали. И логика подсказывает нам, что неаны совсем покинули галактику. Возможно, оставили автоматические станции, высматривающие новые виды, к которым могли направить таких помощников, как я.