Глубина - Сергей Лукьяненко

Вытираю вспотевшее вмиг лицо.

Еще никогда эти странные сны не накатывали на меня в глубине.

Господа, что же делать? Сидеть и ждать, пока меня разбудят?

Или идти – в очередной безумной попытке преодолеть мост?

Ждать как-то… скучно, что ли…

Иду.

И снова ощущение чужого присутствия. Кто-то идущий рядом. Так, что я не могу его видеть, но слышу шаги.

Останавливаюсь – звуки стихают.

– Эй! – кричу я. – Может быть, хватит играть в эти игры?

Тишина.

Что это, я ищу собеседника в собственном сне?

Ладно. В конце концов я знаю, как проснуться. Проверено… всем, кроме электроники, черт возьми.

Почему бы не провести очередной эксперимент?

Иду на свет.

Туман постепенно светлеет. Он уже белый, чистый, яркий, будто флюоресцирующий.

И вот впереди вырастают скалы.

Левая стена – синий лед, правая – алый огонь…

Стою перед волосяным мостом. Как просто было преодолеть его – в «Аль-Кабаре». Там он и построен-то был, как ловушка на дайверов… Но здесь, в моем зациклившемся сне, не помогает старый верный стишок. Исчезнет иллюзия – исчезнет и мост.

Чего я еще не пробовал, интересно…

Представим себе, что это канат. Канат над бурной рекой. А я – сумасшедший старый турист или не менее сумасшедший малолетний скаут. Будем переправляться?

Будем!

Приседаю на корточки. Берусь за нить. Руки она не режет, прекрасно.

Оплетаю канат ногами. Повисаю над пустотой. И начинаю ползти.

Смех, да и только! Как все было просто!

Если я пройду этот мост, может быть, сны перестанут меня терзать?

Ползу.

Небывалый аттракцион… человек на канате… ваши ставки, господа… посмотрите, как он по канату ползет…

А ведь не все так просто!

Нить начинает резать ладони. Вначале просто неприятно. Будто тащишь слишком тяжелую сумку со слишком узкой ручкой.

Черт…

Нить уже впивается в руки. Пальцы скользят в крови – моей собственной крови.

Дьявол…

Нет, нить не становится тоньше. Просто я ползу слишком долго. Просто я не рассчитал длины моста. Не понял, что капля точит камень, время стирает горы.

А волосяные мосты режут самоуверенные ладони…

– Не так!

Голос едва слышен – я все-таки отполз достаточно далеко от начала своей безумной переправы. И даже запрокинув голову, не могу увидеть того, кто кричит мне, пытаясь то ли предупредить, то ли напугать и помешать…

– Не так!

Капля крови срывается с нити и падает мне на переносицу. За ней – вторая.

Начинаю ползти, сцепив зубы, уже понимая, что сил не хватит… и все-таки…

Левая стена – синий лед…

Правая стена – алый огонь…

Неизменный выбор…

Огонь – это быстрее.

Быстрее и дотла.

Резким рывком бросаю тело вправо и срываю израненные руки с нити…

Только одного нельзя сказать о правой стене – что она убивает чище.

Я еще замечаю, как мои руки превращаются в черную, густую, смрадную копоть.

Боли, правда, не успеваю испытать.

И на том спасибо повелителям снов…

Рассеивающийся туман над головой. Пробитая крышка анабиозной камеры.

Лежу, закусив губу. Да… сюрприз, сюрприз…

Не ожидал, что этот сон будет преследовать меня даже в виртуальном мире. Видимо, все дело в том, что по дурацким правилам игры я лежал во сне достаточно долго.

Открываю крышку, на этот раз ломать стекло не приходится. Подозрительно смотрю на свои ладони, будто ожидаю увидеть на них тонкие нитяные порезы…

Нет – и хорошо.

Наплюем на сны. У нас другие дела. Куда серьезнее.

Нахожу неизменный труп, натягиваю его форму.

Знакомой уже дорогой иду к пробитой обшивке корабля.

Тому, что вся наша команда сидит на травке, поджидая меня, удивляться не приходится. Я – единственный дайвер. Наконечник тарана, острие стрелы. Космический корабль, который будет выводить на орбиту многоступенчатая ракета…

О судьбе отработанных ступеней думать не хочется.

– А вот и я! – кричу, спрыгивая вниз.

Падла ухмыляется, почесывает затылок и протягивает мне пистолет.

– Откуда? – удивляюсь я. На отставшего оружия вроде бы не предусматривается…

– Мы же не в бирюльки играем, – туманно объясняет Падла.

Логично. Светлая память безвестным героям «Лабиринта Смерти». Интересуюсь:

– Кто-то ушел вперед?

– Да. Два сержанта, девчонка и еще трое парней, – сообщает Маньяк.

– Ребята, кто из нас играл в этот вариант «Лабиринта»? – спрашиваю я.

Пат тянет руку, будто на уроке:

– Я играл! Только не здесь, а в локализованной версии! Там, впереди, пещера с двумя кабанами, да? Они бьются лапами и пускают ракеты?

– Скорее медведи, чем кабаны, – поправляю я.

– Я их сделаю! – азартно говорит Пат. – Я знаю тактику!

– Кто еще играл? – игнорирую его чистосердечное предложение.

Маньяк усмехается, поигрывая пистолетом. Все остальные, увы, лишь разводят руками.

– Тогда пошли, – непроизвольно беру командование на себя. – Первую парочку уродов делаю я… с Патом. Хорошо? Вы наблюдаете издалека, стараясь не попасть под ракетный залп. Дальше – посмотрим.

Возражений нет, и мы направляемся к скалам. Над головой кружат проклятые птицы. Я уже понял, что поначалу они не нападают, но все-таки поглядываю временами вверх.

У входа в пещеру останавливаются все, кроме нас с Патом. Что они оттуда увидят? Да ничего, пожалуй… Ладно, хотя бы не попадут под удар.

Стены все ровнее, пещера превращается в туннель. Пат, сдвинув на затылок пестрый армейский берет, крадется чуть впереди, временами бросая на меня азартные взгляды. Не проворонил бы…

Но нас поджидает неожиданность.

Вместо двух монстров – на полу ошметки плоти и железа.

– Ого, а та команда прошла, – разочарованно говорит Пат. – Леня, а здоровски!

Почему-то мне так не кажется. Хотя… если «не наша» половина группы продержится достаточно долго, время мы сэкономим.

Подзываем остальных.

Зуко радостно улюлюкает при виде поверженных врагов. Приходится объяснять, что в этой победе нет нашей заслуги.