Обратники - Наташа Эвс

— У вас нет доступа в некоторые отделы заведения. — Антон покрутил брелок вокруг пальца и улыбнулся. — А ее взяли с поличным. Нарушение.

Тут вбежал Януш, и, ужаснувшись виду сестры, кинулся на охрану.

Скоро запахло дымом, а в комнате появился Джозеф, который махнул рукой в воздухе, изображая фигуру. Я сразу почувствовал оковы и понял, что Джозеф повесил блок. Мы с Серафимом переглянулись, и он догадался, что нужно сделать. Когда блок был открыт, Джозеф снова повесил его, с подозрением оглядывая всех нас.

— Отпустите ее, иначе развалю все к чертовой матери! — ревел Ян, воспламеняя вещи и расплавляя металлические предметы.

— Освободите девушку, — приказал Джозеф, вероятно, от того, что его блок снова и снова дешифруют, и он не может установить, от кого идет такая сила.

Стефанию отпустили, и мы молча ушли на свой этаж, оставив озадаченного Джозефа.

— Что ты там делала? — негодовал Януш, заглядывая сестре в лицо. — Что, такая необходимость гулять среди ночи?

— Я делаю серьезный выбор, имею право узнать чуть больше, чем нам показывают, — фыркнула Стефания, потирая запястья. — Но этот поступок уже слишком… Я что, преступление совершила, заглянув за закрытую дверь?

— Сволочи, — выругался Януш и пнул в стену.

— Успокойся уже, — окликнул его Серафим. — Хватит с нас пепелищ.

— Свалить отсюда — и дело с концом, — пробурчал Ян.

— Поздно, — Эва дернула бровями, — сами мы не выберемся. И Марк говорит, что нас не отпустят.

— Что мне твой Марк? — процедил Януш, игнорируя меня. — Я сам себе хозяин, если надо, поплыву на бревне, но прогибаться под этих козлов не буду.

— Давайте закроем тему неприятия меня и выстроим свой план действий, — предложил я. — Нам остается только согласиться с предложением Валентина, дальше будем прощупывать почву, узнавать детали для следующих решений.

— Согласна, — кивнула Эвелин. — Выбора все равно нет.

— У овец в стойле нет выбора, — бросил Януш. — Я не собираюсь быть овцой, а вы как хотите.

— Только нам не мешай в таком случае, — сказал Серафим. — Ты ведь не контролируешь себя…

— Вы меня достали! — перебил Ян. — Достали своим тупым смирением, своей стадностью. Если я не думаю, как вы, значит я идиот?

— Брат, хватит, — окликнула его Стефания.

Видя, как Януш нахмурился, собираясь возразить, я остановил его:

— Прости нас. Пожалуйста. Верю, что ты не подведешь. Пусть твои решения остаются с тобой, просто будь очень внимательным, потому что придется много и неприятно удивляться.

После такой речи все озадаченно посмотрели на меня, даже Ян заметно растерялся, не ожидая от меня подобного. Но я иначе не мог. Меня тоже достали эти перепалки, ссоры, недовольство. Мы могли переругаться все, но что бы это дало, кроме поражения. Я чувствовал приближение чего-то неприятного и понимал, что это будет большим испытанием, но на словах объяснить не мог, ведь по факту еще ничего не произошло.

Как бы мне хотелось, чтобы никакое событие, связанное с моим прошлым, не имело сейчас места, чтобы интуиция меня обманула, чтобы все это было сном, от которого мы все скоро очнемся и продолжим свою жизнь с той точки, с которой все полетело кувырком.

Утром нас на удивление долго не будили, и когда по коридору прошел человек, призывая выходить, все появились уже собранными. Мы прошли в зал с большим овальным столом цвета слоновой кости и такими же по цвету деревянными стульями и расселись кто где. У дальнего конца стола нас ждал Валентин. Он грациозно сидел в кресле главного, держа руки на резных подлокотниках, и внимательно наблюдал за нами, прищурив темные глаза. Рядом с ним расположились Джозеф, Роберт, Томас, Хлоя и Антон.

Дождавшись нашего внимания, Валентин улыбнулся:

— Надеюсь, вам дали выспаться. Я хотел бы, чтобы моим гостям здесь было хорошо.

— Ближе к делу, — отозвался Януш.

— Впрочем, и правда. — Потенциальный начальник выдержал паузу и окинул нас взглядом. — Итак, ваш ответ на мое предложение.

— Твои люди чуть не сломали моей сестре руки, когда она прошлась по зданию и решила узнать чуть больше, — с вызовом бросил Ян. — Это твое гостеприимство? Какое желание работать ты от нас ждешь?

Валентин посмотрел на своих помощников и укоризненно качнул головой со словами:

— Я против насилия. Это недопустимо, и виновные будут наказаны. Обещаю вам. Но теперь мне нужен ответ.

— Предложение заманчивое, — вызвалась Эвелин. — Но как нам быть с местами прежней работы? Мы ведь просто не вышли по графику. Некоторых из нас ждут.

— Могу заверить: эта проблема решена. — Валентин откинулся на спинку кресла и улыбнулся. — Не стоит переживать. Теперь вас ждем только мы.

— Хорошо, допустим. А вы отвечаете за свои слова про условия работы? — снова спросила Эвелин. — Если после подписания договора я все же захочу уехать, могу беспрепятственно покинуть остров?

— Давайте уточним, — сказал Валентин. — Вы спрашивали про уезд с острова при первоначальном отказе. Если договор подписан, покинуть остров можно только после отработки определенного срока. Все, как обычно, ничего нового.

— То есть, в обоих случаях у нас есть возможность уехать? — продолжила Эва.

— Точно. Правда, с разными условиями.

— Если мы соглашаемся и подписываем договор, сразу же приступаем к работе? — поинтересовался Леон.

— Договор — сразу, а работа после подготовки, — ответил Валентин. — С вами будет проведен инструктаж и подготовительный курс. А для тебя есть место в лаборатории. И обещаю, будет интересно.

Леон восторженно посмотрел на нас, и я понял, что в душе он уже подписал все бумаги.

— Если у меня есть возможность в любой момент отказаться и уехать, почему бы и нет, — пожала плечом Эва. — Я знаю законы, и пункты трудового договора мне известны.

Стефания вздохнула и посмотрела на Антона со словами:

— Останусь, если приму извинения за насилие этой ночью.

Валентин бросил суровый взгляд на своего помощника, тот без слов поднялся и склонился в извинении:

— Мы погорячились. Ошибку учтем, просим у гостьи снисхождения.

Стефания улыбнулась и повела плечами.

— Ладно, принимаю. И остаюсь.

— Стеф! — возмутился Януш. — Ты что делаешь?

— Оставь ее, — отозвался Леон. — Она взрослая и имеет право выбора.

— Тебя забыл спросить! — огрызнулся Ян и обратился к сестре: — Стеф, ты хорошо подумала?

Стефания бросила мимолетный загадочный взгляд на Томаса и кивнула.

Серафим многозначительно повернулся ко мне, ожидая ответа, а я оглянулся на Николь и Мию, которые вели себя всегда тише всех. Николь подняла на меня большие глаза, в которых читался испуг. Вероятно, она слышала то, что не дано нам. После того, как Николь утвердительно качнула головой, я вопросительно посмотрел на Мию, но ее взгляд говорил сам за себя, и мне не нужно было